Её Величество была неправа

— С этого и следовало начинать.

Сене было невероятно обидно находиться в объятиях Астрии. Угрожать войной? Как она могла использовать такой трусливый и подлый метод?

— Тебе это идет. Продолжай повиноваться мне и склони голову. И оставайся таким же покорным в моих руках.

К тому же, умение Астрии выводить людей из себя было исключительным. Губы Сены выпятились на целую милю. В этом мире есть вещи, которые можно говорить, и те, которые нельзя. Разговоры о начале войны — такие пугающие речи не были поводом для шуток. Особенно для такой, как Астрия, которая действительно могла воплотить это в жизнь. Нужно 「следить за своими словами」.

— У тебя есть жалобы? Когда я говорю, что хочу расширить территорию своей империи, — вызывающим тоном спросила Астрия, явно раздраженная тем, что у Сены вообще могут быть претензии. — О? И что ты сделаешь, если они у тебя есть? Расплачешься?

Крошечная искра в груди Сены вспыхнула ярким пламенем. Ах, вот так, значит? Даже у Сены, который казался слабейшим из слабых, было в запасе пара коронных приемов.

「Я никогда тебя не прощу.」

Сена ушел в обет молчания.

***

Поздно ночью.

Сена отправился в травяной сад с мотыгой в руках.

Крошечный сад, разбитый в самом уединенном уголке тренировочной площадки Тутона, обладал странным свойством: он казался здесь и уместным, и неуместным одновременно. Возможно, потому что его создал Сена, в его планировке была идеальная симметрия. Цветовые сочетания различных трав свидетельствовали об эстетическом подходе. Равномерные промежутки между растениями дарили психологический комфорт при одном только взгляде на них.

Наверное, поэтому рыцари его не трогали. Так было бы, даже если бы Сильвия не присматривала за ним весь день своим орлиным взором. Как мало кто станет мусорить в безупречно чистом месте, так и защита чего-то прекрасного и драгоценного была в человеческой природе.

— Я уже говорила тебе, что это не то, чем ты должен заниматься.

Конечно, Астрия не одобряла этого. Её и раньше не радовало, что Сена просто возится в саду. Теперь же, когда его ценность возросла, она не хотела позволять ему тратить время на такие пустяки. Но — Сена всё это игнорировал. Даже сейчас он сидел на корточках, ухаживая за травами.

「Мне действительно нужно следить за этим самому.」

「В саду выросли сорняки.」

Сена усердно работал. Он не то чтобы вымещал злость на сорняках.

— Придворный лекарь. Ответь мне.

Не в силах больше этого терпеть, Астрия посмотрела на Сену и спросила. Но Сена не прекратил работу и не ответил ей.

— Пока вы не извинитесь, он, вероятно, ничего не скажет.

Крис, лениво наблюдавший за этой сценой, скрестил руки на груди и выдал простую оценку. Это была знакомая картина.

— Я, Императрица, должна извиниться? — Астрия говорила так, словно не могла этого осознать. — Я ни разу не извинялась даже после совершения военных преступлений.

Как могла она, обладая имперским достоинством, произнести такое нелепое слово, как 「извинение」? Крис слабо улыбнулся. 「Я тоже когда-то так думал」 — казалось, говорил его вид.

— Тогда вам придется вечно созерцать молчаливого Сену.

— Ты хочешь, чтобы я вечно смотрела, как он молча копает землю?

— Когда Сена расстраивается, это длится долго.

— Что за вздор...

Какое абсурдное существо! Лицо Астрии выражало крайнее недоумение. Естественно, это был её первый опыт в подобной ситуации.

— Уже поздно. Разве ты не говорил, что пациенты должны ложиться спать рано? Давай вернемся в твои покои.

— ......

Астрия попыталась уговорить его мягко. Но Сена притворился, что не слышит. У Сены, на лице которого всегда играла легкая улыбка, теперь было абсолютно бесстрастное лицо.

— Ваше Величество. Простите мою дерзость, но я думаю, вам стоит извиниться.

— В противном случае мы будем смотреть, как Сена мотыжит землю до завтрашнего рассвета.

Крис уважал Астрию. Он твердо верил, что она — идеальный император и непревзойденный гений. Но сломить упрямство Сены не смогла бы и сама Юстиция, спустись она с небес. Крис слишком хорошо знал это по прошлому опыту. Даже свирепая Хлоя и эксцентричная Серия начинали нервничать, когда Сена обижался.

— ...Император не извиняется. Ни перед кем.

Но упрямство Астрии было не менее грозным. Глядя на этих двух упрямцев, Крис испустил глубокий вздох из самой глубины диафрагмы.

「Скучаю по Серии. Если бы мы могли заключить пари, то хотя бы насладились бы этим временем.」

Будь так, Крис поставил бы всё свое состояние на Сену.

— Что ж, я поняла. Ты в плохом настроении. Я сделаю тебе подарок.

— ......

— Чего ты хочешь? Просто скажи мне. Я исполню одно твое желание.

Сена написал мотыгой на земле:

[Отставка]

— Это невозможно.

Астрия стала серьезной, и Сена снова обиделся.

— Скажи что-нибудь другое.

Сена отвернулся. Он усердно возделывал травы своей мотыгой. И аккуратно складывал их в корзину рядом с собой.

— Придворный лекарь. Если ты будешь продолжать в том же духе, я не сочту это за шутку, — холодно произнесла Астрия. — Ты будешь сурово наказан.

Сена повернул голову. Его губы выпятились вдвое сильнее.

— Что это значит?

— Он перешел от обиды к гневу.

— Значит, ситуация ухудшилась?

— Да. Ваше Величество в большой беде.

Астрия была ошарашена. Сена пошел дальше, указав куда-то полуприкрытыми глазами. Астрия естественным образом посмотрела на Криса.

— Он говорит, что вам следует тихо постоять вон там.

— ...Я — Императрица.

— Здесь нет никого, кто не знал бы, что Ваше Величество — Императрица.

— Но имеет ли такое обращение хоть какой-то смысл? Мне это снится?

Её полное недоверие к происходящему передавалось со всей очевидностью. Крис откашлялся и осторожно взял белую ткань, которую держал Сена, спросив, может ли он её одолжить. Когда Сена кивнул, он расстелил ткань на земле. В конце концов, он не мог позволить Императрице сидеть на голой земле.

Астрия посмотрела на Криса с отсутствующим лицом, затем на Сену. Один раз шевельнув губами, она молча опустилась на корточки в месте, указанном Сеной.

Сколько времени прошло? Прежде чем тьма окончательно сгустилась, Сена встал. Астрия, которая сидела тихо, наблюдая за Сеной, тоже неловко поднялась.

— Теперь всё кончено?

Сена посмотрел на Астрию, а затем резко отвернулся. Он подхватил корзину, полную трав, и направился куда-то.

— Придворный лекарь. Нет, Сена, — сказала Астрия, ускоряя шаг, чтобы опередить его. — Хватит. Теперь я всё поняла, так что прекрати.

— ......

Сена остановился.

「Неужели это сработало?」

Как раз когда Астрия начала обретать надежду, он достал из-за пазухи траву, отломил её корень и протянул ей.

— Что это?

Но Сена просто поднес траву к её рту без дальнейших объяснений. Похоже, он хотел, чтобы она её съела. Астрия нахмурилась.

— Я не коза.

— ......

Сена просто смотрел на Астрию, и этот взгляд был леденяще холодным.

— ...Ладно.

Астрия не знала этого, потому что Сена всегда измельчал их, хорошо заваривал и делал приятными на вкус, но это было её лекарство. Конопля и белая трава. Единственные травы, которые, казалось, помогали её состоянию.

Астрия взяла траву и некоторое время смотрела на неё. Ей очень не хотелось её есть. Но чувствуя, что если она этого не сделает, случится что-то ужасное, она нехотя закрыла глаза и проглотила её.

[102]

Продолжительность её жизни значительно увеличилась.

「Как и ожидалось, неочищенный вариант более эффективен.」

Новое открытие. Видя увеличившуюся продолжительность жизни Астрии, Сена продолжил путь.

Терпение Астрии уже достигло предела.

— Ты всё еще не намерен разговаривать?

Она схватила Сену за запястье, когда он вошел в спальню с еще влажными после купания волосами, и повалила его на кровать.

— Делай что хочешь. Я тоже буду делать что захочу.

Астрия взобралась на Сену. С высокомерным видом она посмотрела на него сверху вниз и перехватила обе его руки. Она опустила голову. Её золотистые волосы щекотали лицо Сены.

— Если не заговоришь, тебя ждут тяжелые последствия.

Сене было всё равно. 「Она просто собирается обнять меня и уснуть?」 Астрия расстегнула одежду Сены. Он лишь отвернул голову и замер. Было легко раздеть того, кто не оказывал сопротивления.

Когда она раздела его наполовину, обнажились ключицы Сены. Он всё еще пребывал в состоянии смирения. Зрачки Астрии опустились. Как ни странно, она не чувствовала возбуждения. В прошлый раз она была полна мыслей о желании зачать ребенка.

Астрия слезла с него. Она села на край кровати. Сена тоже неловко присел, придерживая сползающую одежду. Сена видел макушку маленькой головы Астрии. Как раз когда он подумывал о том, чтобы отвесить ей щелбан... Астрия взглянула на Сену и произнесла очень тихо:

— Прости.

Зрачки Сены расширились. 「Значит, она всё-таки умеет извиняться.」

— ...За что?

— За то, что сказала, что начну войну.

— Вот именно. Ваше Величество была неправа.

— Да, я была неправа.

Золотистые волосы Астрии поникли, когда она тихо ответила. Её глаза выглядели немного грустными, а дух казался сломленным. Уголки рта Сены слегка дернулись.

「Что это? Как мило.」

— Кхм. Тебе не стоит делать этого снова в будущем.

— ...Хорошо.

— Ты Императрица гегемонистской державы. Такие вещи не должны говориться даже в шутку.

— Я понимаю. Я больше так не буду.

Сена один раз откашлялся, а затем небрежно добавил:

— Но у меня есть условие.

— Какое?

— Пожалуйста, давай мне три часа свободного времени каждый день. Просить меня оставаться с тобой весь день — это слишком.

「Тогда я смогу сбежать.」

Совершенно очевидно, Сена не терял надежды на побег. Астрия посмотрела на него, думая: 「Это совсем другое дело」, но вскоре издала слабый вздох. Отбросив всё остальное, она просто хотела, чтобы Сена поскорее вернулся в норму.

— ...Хорошо. Так что перестань сердиться.

Сена немного помедлил, а затем тяжело сглотнул. Он погладил Астрию по поникшей голове. Было приятно. Словно гладишь ретривера.

— Я прощаю тебя.

Сена ярко улыбнулся.