Древний город жизни

Это был первый раз, когда Гу Цинфэн по-настоящему активировал силу, скрытую в оружии Великого Святого, после того как заполучил Божественный Императорский Треножник. Лишь теперь он по-настоящему понял — какая ужасающая мощь заключена в этом сокровище.

В тот миг, когда Божественный Императорский Треножник был приведён в действие, из пустоты словно материализовалась величественная фигура. В её руках находился древний треножник, а сама она давила на мир могуществом несравненного владыки.

В следующее мгновение Божественный Императорский Треножник столкнулся с Копьём Истребления Богов.

Два великих сокровища сошлись лоб в лоб. В одно мгновение вырвалась сила, способная разрушить небо и землю. Копьё Истребления Богов издало протяжный, скорбный гул — его божественная мощь была напрямую подавлена Божественным Императорским Треножником, а призрачная фигура, прежде державшая треножник, мгновенно рассеялась.

Всего за одно столкновение Копьё Истребления Богов потерпело поражение. Иного исхода быть не могло.

Хотя Копьё Истребления Богов по уровню не уступало Божественному Императорскому Треножнику, те, кто приводил его в действие, были всего лишь группой культиваторов стадии Дворца Дао из Священной земли Древней Пустоши. Как они могли сравниться с Гу Цинфэном?

Если бы оба были бесхозными оружиями Великого Святого, исход ещё был бы неопределённым.
Но сейчас Копьё Истребления Богов оставалось без хозяина, тогда как Божественный Императорский Треножник находился под полным контролем Гу Цинфэна. Подавить его было делом естественным.

Гу Цинфэн протянул руку, намереваясь полностью подавить Копьё Истребления Богов. Почувствовав опасность, копьё яростно завибрировало, излучая резкие, ледяные вспышки света, отчаянно сопротивляясь.

Но, к сожалению, перед абсолютной силой любое сопротивление выглядело жалким.

— Владыка Священной земли, мы идём!!

Увидев, что Копьё Истребления Богов вот-вот будет окончательно подавлено, лица людей со стороны Священной земли Древней Пустоши резко изменились. Несколько культиваторов стадии Дворца Дао с решимостью на лицах напрямую пошли на самопожертвование, изливая свою ужасающую эссенцию крови в копьё.

Напитавшись огромным количеством эссенции крови, острота Копья Истребления Богов резко возросла. Оно вырвалось из-под подавления Гу Цинфэна и высвободило мощь, ничуть не уступающую Божественному Императорскому Треножнику.

Увидев это, Гу Цинфэн остался холоден.

— Посмотрим, скольких вам хватит, чтобы жертвовать собой. Подавить— мощь Божественного Императорского Треножника вновь взорвалась, с сокрушительной силой обрушившись на Копьё Истребления Богов и снова подавив вспыхнувшую мощь оружия Великого Святого.

Наблюдая за этим, глаза Ци Цзюня наполнились яростью и отчаянием. В этот момент он глубоко раскаивался. Если бы он знал заранее, что сила Гу Цинфэна столь ужасающа, он никогда не выбрал бы прямое противостояние. Даже если бы пришлось пожертвовать лицом Священной земли — это было бы куда разумнее.

Потому что даже если Священная земля Древней Пустоши сумеет отбить врага, её силы будут катастрофически подорваны. Падёт огромное количество культиваторов стадии Дворца Дао. А такие потери… не выдержала бы даже сила, куда более древняя и могущественная.

В конце концов, будь то эпоха Упадка Закона или грядущая эпоха великого противостояния, культиваторы стадии Дворца Дао — настоящий хребет любой силы. В эпоху Упадка Закона Святые не появляются, и именно Дворец Дао является вершиной. А в эпоху великого противостояния именно количество таких культиваторов определяет, сколько Святых сможет появиться.

В этот момент, видя, как Гу Цинфэн вновь подавляет Копьё Истребления Богов, Ци Цзюнь понял: дальше отступать некуда. Священной земле Древней Пустоши придётся задействовать подлинное основание, какова бы ни была цена.

Он мгновенно раздавил нефритовый талисман.

Следом за этим из запретной земли Священной земли Древней Пустоши поднялась ужасающая аура, и древний город вырвался из недр земли, зависнув в пустоте. Город был пропитан запустелым, древним дыханием времени, его следы не были стёрты веками. В момент его появления бездонное и пугающее присутствие наполнило пустоту.

В этот миг до Гу Цинфэна донёсся голос Фу Шэньцзюня:

— Господин Гу, это Город Жизни — место, где древние великие существа запечатывали себя. Раз он появился, значит, из Священной земли Древней Пустоши вот-вот пробудится древнее существо. Даже спустя долгие годы запечатывания его сила всё ещё не подлежит недооценке!

Услышав это, выражение лица Гу Цинфэна не изменилось. Он посмотрел на Город Жизни, наполненный разложившейся древностью. Город Жизни содрогнулся, и из его недр протянулась рука, словно несущая в себе бесконечную силу вселенной, обрушиваясь на Гу Цинфэна.

Пространство рушилось!
Солнце и луна меркли!

Сила этого удара уже превзошла пределы стадии Дворца Дао и даже перешагнула границы Святой стадии. Столкнувшись с этой ладонью, Гу Цинфэн почувствовал, как по всему телу встали дыбом волосы, а кровь и энергия внутри него мгновенно закипели. Он взревел и выбросил правый кулак, сталкиваясь с этой ладонью.

Разрушительная волна разошлась во все стороны. Гу Цинфэн пошатнулся и непроизвольно сделал несколько шагов назад. В этот момент из Города Жизни донёсся удивлённый голос:

— Способен выдержать мой удар, не будучи Святым… твоя сила действительно впечатляет. Уходи, и я сделаю вид, что ничего не произошло.

Древняя сила не явилась лично, но заговорила через Город Жизни. Услышав это, Гу Цинфэн холодно ответил:

— Если хочешь, чтобы я ушёл, посмотри, хватит ли у тебя сил заставить меня это сделать. Прятаться в Городе Жизни — не доблесть. Выходи и сразись со мной!

С этими словами он вытащил Меч Убийца Зла. Этим ударом Гу Цинфэн довёл Древний Небесный Клинок до предела.

Клинок двинулся — словно инь и ян неба и земли были полностью рассечены. Удар меча расколол сто ли пустоты, кровавый клинковый ветер яростно ринулся к Городу Жизни. Тот вспыхнул божественным светом, пытаясь заблокировать этот удар.