Я, Гу Цинфэн

— Ты тоже овладел Запретной Областью?! — голос Фу Чжао наполнился недоверием и потрясением.

Лицо его побледнело. Собственное могущество, Запретная Область, созданная им с таким трудом, рухнула, словно хрупкое стекло. Уверенность, что ещё мгновение назад играла на его лице, исчезла, уступив место лишь неописуемому ужасу.

Разорвать Запретную Область — значит иметь либо абсолютное превосходство, либо... собственную Запретную Область. Фу Чжао не мог поверить, что Гу Цинфэн превзошёл его настолько, чтобы просто уничтожить пространство, созданное им. Но сразу же осознал — что-то здесь не так.

— Нет... это не энергия Запретной Области. Кто ты... — голос срывался, дрожал.

— Я — Гу Цинфэн, — произнёс он тихо, но уверенно. В ту же секунду его мысль преобразила всё вокруг.

Область Небесного Клинка разлилась пространством, ужасающее пламя Ци клинка обрушилось на Фу Чжао — нескончаемый поток, безжалостный и непреклонный. То, что Фу Чжао называл Запретной Областью, для Гу Цинфэна было лишь жалким отблеском, скромным подобием Области Истинного Намерения.

Разница между ними — как небо и земля. Даже тщательно сотворённая Запретная Область Фу Чжао была разрезана первым уровнем Небесного Клинка — с лёгкостью, как ткань под остриём меча. Отсюда стало ясно: сила Запретной Области ничтожна перед мощью истинного Намерения.

— Неважно, кто ты. Сегодня ты умрёшь! — рявкнул Фу Чжао, его духовная мощь поднялась ввысь.

За спиной почти полностью проявился фантом Злого Духа, излучая энергию, способную разрушить само мироздание. Ци клинка рассыпалась. Фу Чжао, вступивший в Божественную Ступень, действительно обладал силой, превосходящей обычных мастеров и гроссмейстеров Превращения. Для него атака Области Небесного Клинка не была серьёзной угрозой. Но для него это стало доказательством — Гу Цинфэн ещё далеко не силён.

— Умри! — грозно крикнул он.

Взмах ладонью — и пространство вокруг затрещало, словно разбитое зеркало. Гу Цинфэн лишь слегка приподнял правую руку и указал пальцем. Из кончика вырвалась ослепительная Ци меча, рассекшая небо и землю.Один лишь этот удар будто разрушил Млечный Путь. Мощь пальца рассеяла атаку Фу Чжао, не останавливаясь, прорубила пространство и устремилась прямо в него. Фу Чжао отчаянно поднял защиту духовной силой — но щит треснул, а волна удара с силой отбросила его далеко назад. Кровь текла по его руке, но он даже не заметил — так был потрясён.

— Невозможно... я достиг середины Божественной Ступени! Даже древний Предок, восставший из десяти тысячелетий, не смог бы меня превзойти!

Теперь страх воистину овладел им. Он вложил всю силу и всё же не устоял перед лёгкостью движения пальца. Гордый титул воина Божественной Ступени стал для него насмешкой. Гу Цинфэн с лёгким покачиванием головы сказал:

— Если это и есть сила Божественной Ступени... значит, я переоценил тебя.

Сделал шаг вперёд.

— Раз нет смысла продолжать — пора закончить.

За его спиной взмыл Меч Убийцы Зла. Гу Цинфэн крепко сжал рукоять, и две его Небесные Вены воспламенились жгучей аурой ужасающей силы. Меч воспарил. Ветер Небесного Клинка рассёк небо и землю, грозный, безжалостный, словно небесная кара.

От этой мощи Фу Чжао казалось, замирает само дыхание мира. Страх пронзил его насквозь. Лицо исказилось, безумие отчаяния захватило рассудок.

— Я тысячелетиями шлифовал путь к Божественной Ступени! Кто ты, ничтожный юнец, чтобы бросать вызов?!

На теле Фу Чжао проступили чёрные узоры, воздух вокруг сковался холодом — знак пробуждения Злого Духа. Он понимал — это безумие. Но если не встретить этот удар, жизни не спасти. Иначе — может, удастся выжить... подавив Духа вновь. Фантом Злого Духа слился с телом, высвобождая всю мощь Божественной Ступени.

Пространство вспучилось, трещины прорезали небеса, словно паутина. Это был удар отчаяния. Когда силы столкнулись — Ветер Небесного Клинка оказался неудержим. Сияющая Ци клинка разрезала небо надвое.

Пространство рухнуло.

Из черной трещины хлынул поток пустоты, разрывая небеса и землю. Фу Чжао мгновенно рассыпался, превращаясь в туман крови.

— Ррраааа!

Со смертью Фу Чжао Злой Дух воспарил, но был немедленно разрублен продолжавшимся Ветром Клинка. Удар охватил сотни ли. Солнце и луна померкли. Когда Ветер Клинка стих, в небе осталась лишь разверзшаяся пустота — чёрная, клубящаяся, медленно сомкнувшаяся вновь.

Тишина.

Поле битвы, где сошлись миллионы, застыло в мёртвом молчании. Все взгляды устремились в небо, где стоял Гу Цинфэн. Не просто удивление, а священный ужас напитали их глаза. Один удар, потрясший пространство на сотни ли — такую силу могут иметь лишь бессмертные.

Патриарх Секты Тайсу — Таисюань — побледнел, охваченный холодом, пробежавшим по спине. Не обращая внимания на происходящее, он сплюнул кровь и, превратившись в радужный след, стремглав покинул поле боя.