Гуаньян

Затем настала очередь десяти пилюль прорыва к уровню Гроссмейстера.

Среди них Гу Цинфэн отдал две пилюли Гу Пэну и Сюй Юлань.

Первому — потому что тот служил ему, и рост силы был необходим. Всё же, когда сам Гу Цинфэн становился всё сильнее и поднимался на более высокий уровень, совершенство в стадии Закаливания органов выглядело уже слишком ограниченно.

Что касается Сюй Юлань — тут и пояснять не стоило. Хотя последние годы Гу Цинфэн почти всё время проводил в уединении в Зале Точильного Камня, его чувства к ней оставались особенными. Позволить ей подняться до уровня гроссмейстера — значит не только продлить её жизнь, но и дать прибавку к силе, что тоже немаловажно.

Когда Гу Пэн увидел пилюлю прорыва к уровню гроссмейстера, он онемел на месте. Он уже принимал пилюли прорыва и пилюли прямого восхождения, лично испытывая их глубокие чудеса. Однако даже так он не мог представить, что в мире существуют ещё более ужасающие эликсиры.

Одна единственная пилюля — и можно прорваться прямо в совершенного гроссмейстера. Это было выше его понимания. Ведь гроссмейстеры были редкостью в мире. Те, кто действительно входил в этот уровень, среди всех боевых культиваторов ценились как «фениксово перо и единорогов рог».

А тут — одна пилюля, и человек становится гроссмейстером. Страшно представить. После собственного прорыва почтение Гу Пэна к Гу Цинфэну возросло ещё сильнее.

Секта Меча Тяньян.

В это время в одном тайном зале излучалась странная и крайняя сила, от которой будто сама кровь колыхалась в небесах, заставляя сердца всех учеников Секты Меча Тяньян содрогаться. Эта сила сохранялась довольно долго, прежде чем постепенно начала угасать.

Затем дверь тайного зала открылась. Изнутри вышел Настоятель Секты Тяньян. Но теперь он выглядел иначе. На нём была кроваво-красная мантия, брови источали зловещий холод, а глаза время от времени вспыхивали кровавым светом и тут же возвращались в норму. Ученику, который дежурил у дверей, даже не дали времени заговорить — кровавые волосы пробили его тело, и за несколько вздохов он превратился в высохшую мумию. Когда старейшины услышали весть и прибежали, их лица резко изменились.

— Приветствуем Настоятеля! — поспешно склонился Гун Лэй, едва встретив взгляд кроваво-красных глаз.

Холодный пот выступил у него на спине. Он сразу понял: нынешнее состояние Настоятеля крайне ненормально. По сравнению с тем, каким он был до уединения, это был словно совсем другой человек.

Возрождение Злого Духа!
Или потеря контроля над силой!

Гун Лэй не знал. Но одно было очевидно: разозли он Настоятеля — и погибнет тут же. О побеге и думать было нечего. Пусть он и маг уровня Слияния с Божеством, но перед такой силой Настоятеля он был ничем — муравьём. Лишь спустя долгое время холодящий взгляд исчез. И раздался ледяной голос Настоятеля:

— Говори. Что произошло, пока я был в уединении? - Гун Лэй поспешно доложил:

— Доношу Настоятелю: несколько месяцев назад погиб Божественный Боевой Король Пэй Цзин, а также пали три старейшины — Цзян Нин, Цзо Цю и Цуй Минфэн.

Глаза Настоятеля тут же похолодели, и от него повеяло странной и мрачной аурой, давящей на Гун Лэя.

— Кто это сделал?

— Гу Цинфэн… — с трудом выдавил тот, сдерживая ужас. Глаза Настоятеля блеснули кровью:

— Гу Цинфэн? Я помню, он был не более чем полушагом до Великого Гроссмейстера. Три старейшины уровня Слияния с Божеством, сам Пэй Цзин — врождённый гроссмейстер, да ещё и огромное войско… как они могли позволить ему добиться успеха?

— Настоятель, вы, возможно, не знаете… но Гу Цинфэн не полушаг, он настоящий Великий Гроссмейстер!

Гун Лэй заговорил быстрее:

— В битве у Гуаньянской управы Пэй Цзин с сотней тысяч солдат осадил Белокаменный Путь, но внезапно появился Гу Цинфэн, ударив словно громом: он убил трёх старейшин, затем Пэй Цзина среди армии и ушёл так, словно ничего не было.

— Теперь, когда Пэй Цзин мёртв, Поместье Гу полностью подавило всю Гуаньянскую управу. Более того, Гу Ян, возглавивший двор и командующий стами тысячами, провозгласил себя князем Гуаньянским!

Все слова вылились в один поток — Гун Лэй боялся, что малейшая задержка вызовет гнев Настоятеля.

— Великий Гроссмейстер! Князь Гуаньянский! — пробормотал Настоятель, и в его глазах сверкнул холодный свет. - Похоже, в мире многое изменилось, пока я пребывал в уединении. Но тем лучше. Я думал, ему потребуется сто лет, чтобы достичь уровня Великого Гроссмейстера. А он уже прорвался. Что до Цзян Нина и прочих — их смерть не имеет значения. Даже Пэй Цзин, которого Секта Меча Тяньян взращивала столько лет, — раз погиб, значит, он не был истинным драконом.

— Теперь, когда появился Великий Гроссмейстер, настал момент для моего собственного прорыва. Стоит этой вести разойтись — и многие из Девяти Провинций обратят свои взоры на Гу Цинфэна.

Глаза Настоятеля налились кровью, и на его лице появилась холодная и зловещая улыбка. Великого Гроссмейстера он собирался использовать. Во время уединения он понял: возрождение Злого Духа внутри него оказалось сильнее, чем он ожидал. Несмотря на все усилия, полностью подавить его он так и не смог. Теперь Злой Дух находился в состоянии полупробуждения. Если не сделать ещё один прорыв, чтобы вновь ввергнуть его в сон, он погибнет окончательно.

Но прорыв за грань Слияния с Божеством — не лёгкая задача. Настоятель планировал собирать множество душ, чтобы подготовиться к прорыву. Но теперь, услышав о Великом Гроссмейстере Гу Цинфэне, он задумался о другом. Миллион жизней не сравнится с одним Великим Гроссмейстером. Их тела и эссенция полностью преображены. Если он сможет его поглотить, то почти наверняка прорвётся к следующему уровню — в Божественное Царство.

— Изначально я хотел достичь Божественного Царства и лишь потом поглотить Великого Гроссмейстера для укрепления фундамента… но, похоже, в этом нет нужды. Если я поглощу Гу Цинфэна, я напрямую войду в Божественное Царство. И тогда, под небом и землёй, властвовать буду лишь я один!

Холод блеснул в его глазах, и взгляд упал на Гун Лэя.

— Передай всем в секте: я сам отправляюсь в Гуаньянскую управу. Всего лишь Великий Гроссмейстер… Я покажу миру, что Секту Меча Тяньян не может оспорить никто, даже Великий Гроссмейстер!

— Слушаюсь! — с ликованием в голосе ответил Гун Лэй и тут же отправился выполнять приказ.