Основание Секты Божественного Боевого Пути

Ответвление клана Цзи. Властвовали над миром три тысячи лет.

В глазах Цзи Чуньцю нынешняя императорская семья была лишь «царской династией», тогда как сам клан Цзи оставался кланом Цзи; связи между ними почти не было. Просто смиренно ждать смерти? Такое Цзи Чуньцю терпеть не мог.

Но теперь — герои стекались в Центральную область. Мир рушился. Все великие Бессмертные секты и кланы жадно наблюдали; и хотя императорский род Цзи накопил немало наследия за три тысячи лет, надеяться на противостояние с этими силами было лишь пустой мечтой.

Однако. В Гуаньянском уезде появился человек, сравнимый с Боевым Предком десятитысячелетней давности, — и это вселило в сердце Цзи Чуньцю проблеск надежды. Он должен бороться!

Если предыдущая династия смогла продлить своё владычество на шестьсот лет, то и царский дом Тайсюань сумеет.
И не только на шестьсот лет — Цзи Чуньцю хотел большего. Он тут же составил императорский указ и послал доверенного в Гуаньянский уезд.

Тем временем.

Структура Девяти Провинций стремительно менялась. Сражение в Гуаньянском уезде полностью нарушило баланс Девяти Провинций. Появление фигуры, сравнимой с Боевым Предком, было достаточно, чтобы потрясти сердца. Если такой человек примет участие в грядущих великих переменах, он вполне сможет повлиять на структуру всего мира. А вот реакция сил по всему миру Гу Цинфэна не интересовала — он как раз встречался с Гу Юнем.

— Господин Гу, прежде я был оскорбителен, надеюсь, вы не держите зла! — Нынешний Гу Юнь держался крайне смиренно, уже не считая себя ровней Гу Цинфэну. Шутка ли. Перед ним стоял человек, сравнимый с Боевым Предком. Как он мог говорить с ним на равных? Даже с его положением ему теперь оставалось лишь почтительно обращаться к Гу Цинфэну как к старшему.

— Мастер Секты Гу шутит, — отозвался Гу Цинфэн. — Я вовсе не достоин звания «старший».

— Раньше я был слишком самонадеян. Но с вашим культивированием, превосходящим мир, сравнимым с Боевым Предком, называть вас старшим — самое верное, — покачал головой Гу Юнь.

Ему и десяти жизней не хватило бы, чтобы осмелиться говорить с Гу Цинфэном как с равным. Такова власть силы. Гу Цинфэн не стал развивать тему. Гу Юнь же осторожно сменил разговор:
— Теперь, когда вопрос с Сектой Меча Тяньян решён, не думает ли господин Гу посетить Секту Божественного Боевого Пути?

Если бы раньше, то секреты Великого Гроссмейстера, оставленные Боевым Предком, наверняка заинтересовали бы его собеседника. Но сейчас Гу Юнь не был уверен. Ведь перед ним стоял человек уровня Боевого Предка — разве его могли увлечь остатки наследия?

— Я отправлюсь в Секту Божественного Боевого Пути, но не сейчас, а когда войска Гуаньяна дойдут до У-чжоу, — ответил Гу Цинфэн.

Разумеется, наследие Боевого Предка вызывало у него интерес. Но покидать Гуаньянский уезд прямо сейчас он не мог. Смерть Гу Ютяня превратила уезд в центр надвигающейся бури. Без силы, способной удержать порядок, последствия были бы катастрофическими. Хотя силы Гу Яна и были немалыми, их возможности всё же зависели от того, с кем им придётся столкнуться. С простыми кланами и сектами они справятся. Но против Бессмертных сект и кланов — этого будет недостаточно. Потому уходить Гу Цинфэн не мог. По крайней мере, до выхода войск в У-чжоу.

— Господин Гу действительно намерен стремиться к господству над миром? — изумился Мастер Секты Гу.

— Почему бы и нет? — спокойно ответил Гу Цинфэн.

Гу Юнь растерялся. В этот момент он понял, что его вопрос звучал слишком глупо. Для такого человека стремление к мировому господству — естественное дело.

— Злые Духи свирепствуют! Маги приносят бедствия! Порядок Девяти Провинций давно разрушен. И ныне, когда вселенная омрачена, наш долг — очистить её и восстановить порядок! — Гу Цинфэн говорил сурово, а его взгляд упал на Мастера Секты Гу.

— Насколько мне известно, Секта Божественного Боевого Пути не вступала в сговор с магами и Злыми Духами. А раз князь Гуаньян собирается бороться за господство, очистить мир и вернуть порядок — готова ли Секта Божественного Боевого Пути оказать поддержку?

Лицо Гу Юня невольно изменилось. Ведь Гу Цинфэн прямо принуждал его выбрать сторону. Но Мастер Секты не колебался:
— Князь Гуаньян всегда славился мудростью. Секта Божественного Боевого Пути непременно последует за ним!

Выбирать не приходилось. Хотя силы князя Гуаньян пока слабы, это лишь временно. С такой опорой, как Гу Цинфэн, расширить влияние — дело времени. Секта Божественного Боевого Пути изначально была создана для возрождения боевых искусств. А раз судьба подарила шанс примкнуть к Гу Цинфэну, отказаться от него было бы глупо.

— Поддержка Секты Божественного Боевого Пути — великая честь для князя! — впервые вмешался Гу Ян. Он прекрасно понимал ценность такого союза. Сила этой Секты была не меньше, чем у Бессмертных кланов.

— Князь Гуаньян слишком вежлив. Сейчас в Секте Божественного Боевого Пути девять Врожденных Гроссмейстеров, шесть Гроссмейстеров Жизненной Энергии и пять Гроссмейстеров Истинного Намерения. Все они готовы исполнить приказы князя! —

Раз уж решение принято, Мастер Секты не стал скрывать козырей. Напротив, открыто показал часть их сил, чтобы вызвать большее уважение.

И действительно. Услышав это, Гу Ян не мог скрыть удивления. Двадцать гроссмейстеров! Из них пять — мастера Истинного Намерения. Это была колоссальная сила. Даже Скрытая Стража имела лишь одиннадцать гроссмейстеров, и далеко не все были равны по уровню.

Врожденные гроссмейстеры — слабейшее звено. Гроссмейстеры Жизненной Энергии уже были на порядок сильнее. А мастера Истинного Намерения стояли ещё выше. И теперь, когда Секта Божественного Боевого Пути встала на сторону князя, его сила заметно выросла. Разумеется, Гу Ян понимал: настоящая причина их покорности — не его слава, а присутствие его отца. Сверхсущество, равное Боевому Предку, — вот что заставило Секту склониться.