Клан Ли из Пустынного государства

«Пять Великих гроссмейстеров!»

На лице Гу Цинфэна промелькнула тень изумления. Он знал, что королевская семья клана Цзи накапливала наследие тысячелетиями, но не ожидал подобной глубины.

Пять Великих гроссмейстеров! Что значили эти слова?

За десять тысяч лет в Девяти государствах число явленных миру Великих гроссмейстеров было не намного больше. И вот теперь одна лишь королевская семья клана Цзи держала в руках пятерых. Это наглядно показывало ужасающую мощь их фундамента. Однако, поразмыслив, Гу Цинфэн всё же нашёл это закономерным. В конце концов, именно королевская семья Цзи правила Девятью государствами. Даже если какие-то Бессмертные семьи тайно точили зуб, для них не было невозможным накопить ресурсы, чтобы вырастить нескольких Великих гроссмейстеров.

Но рассчитывать переломить ситуацию лишь пятью Великими гроссмейстерами… вряд ли это так просто!

Гу Цинфэн задумался. Да, появление пятерых было грозным, но раз на Девять государств положили глаз Бессмертные секты и кланы, одними лишь пятью гроссмейстерами противостоять им было почти безнадёжно. Однако выбора у королевской семьи Цзи больше не оставалось. Не выложи они свою последнюю карту — их ждал крах. Потому скрываться этим пятерым было уже невозможно.

— Продолжайте следить за ситуацией в Центральном государстве. Немедленно докладывайте о каждом изменении, — холодно приказал Гу Цинфэн. Скрытый Страж склонился и удалился.

Появление пятерых Великих гроссмейстеров наверняка подведёт события в Центральном государстве к кульминации. По мнению Гу Цинфэна, хаос там уже не затянется надолго. Оставался лишь вопрос — кто выйдет победителем. И всё же маловероятно, что это будет королевская семья Цзи. Да, пять Великих гроссмейстеров — сила внушительная. Но разве у Бессмертных сект нет столь же глубоких оснований?

Считать, что пятеро смогут удержать натиск стольких сил, — не более чем шутка. Разве что у семьи Цзи найдётся наследие ещё более сокровенное… Однако нынешняя ситуация имела и положительные стороны. Раз уж семья Цзи раскрыла такие карты, то внимание всех сторон будет приковано к ним. А значит, действия Гу Яна станут куда свободнее. И когда придёт время взять под контроль Циньюнь, у него появятся подлинные основания бороться за господство над миром. С этими мыслями Гу Цинфэн вновь погрузился в уединённую культивацию. Для него важнее всего было только одно — наращивать собственную силу.

«Пять гроссмейстеров королевской семьи Цзи… Неудивительно, что династия Тайсюань держится на вершине мира три тысячи лет. Даже сами Цзи, возможно, не ожидали столь крепкого фундамента!»

В Нанъянском уезде, узнав эту новость, Гу Юнь не мог не испытать потрясения. Секта Божественного Война, основанная самим Военным Предком, ныне не имела ни одного живого гроссмейстера боевых искусств. А вот семья Цзи могла разом предъявить пятерых. Разница была разительной, и это лишь подчеркивало упадок Секты Божественного Война.

Но поделать было нечего. Формально секта считалась владыкой Учжоу, но в нынешнем мире, где маги властвовали безраздельно, её влияние там было ничтожным. Наследие Секты Божественного Война уже не шло ни в какое сравнение с фундаментом королевской семьи Цзи. Даже так, узнав о пяти гроссмейстерах, Гу Юнь внутренне содрогнулся. Рядом недавно возвысившийся гроссмейстер — Даос Меча— тоже не сумел скрыть волнения.

— Пять гроссмейстеров… Сразиться с ними — вот было бы истинное наслаждение!

После прорыва к границе гроссмейстера Даос Меча страстно жаждал схватки с равными, чтобы испытать своё мастерство. Однако он ясно понимал: если отправиться в Центральное государство, его скорее подавят силы Бессмертных кланов и сект, чем дадут возможность померяться силами. Потому его слова остались лишь мечтой.

Гу Юнь, улыбнувшись, заметил:

— Старший, с вашей глубиной и вступлением в царство гроссмейстера вы ни в чём не уступите тем, кто стоит за королевской семьёй Цзи. А с амбициями Его Величества о господстве над миром у вас будет немало достойных соперников. Чего же опасаться?

Он говорил с должным почтением: Даос Меча был старше и по возрасту, и по достижению.

— Мастер Секты Гу весьма умен. Я же думаю, что и вам скоро суждено переступить грань и войти в царство гроссмейстера, — усмехнулся Даос Меча.

Гу Юнь лишь покачал головой:

— Словами легко сказать. Но этот полушаг до гроссмейстера может стать тупиком на всю жизнь.

История знала немало гениев, навсегда застрявших на пороге и так и не сделавших последний шаг. Именно потому многие в преклонном возрасте выбирали иной путь — технику усмирения злого духа, впуская его в тело. Путь боевых искусств слишком часто оказывался дорогой в никуда. Лишь немногие, как Даос Меча, до конца оставались верны страсти к дао боевых искусств.

Тем временем Гу Ян, выслушав доклады и оценив обстановку, произнёс:

— Пятеро гроссмейстеров королевской семьи Цзи привлекут внимание всех сторон. Армия Гуаньяна уже овладела уездами Тайшань и Нанъян. Я считаю, настал момент захватить также уезды Чи и Даньян, чтобы полностью подчинить Циньюнь.

В Девяти государствах армия Гуаньяна должна контролировать хотя бы одну область, чтобы претендовать на господство. Для простых сил это было бы почти невозможно. Но не для Гу Яна. Сначала подчинилась Секта Божественного Война. Затем присягнула Секта Железного Меча. Хотя её фундамент уступал, появление в ней гроссмейстера, подобного Даосу Меча, делало всё иначе.

Плюс — подчинение Нанъяна и открытое признание со стороны гроссмейстера. Весь мир боевых искусств загудел. Воины стекались под его знамёна. Сила Гу Яна росла стремительно. Теперь взять Циньюнь не составляло труда.

— Ши Чжэнь, — гласил его приказ, — ты будешь главным командующим. Я даю тебе восемьсот тысяч войск и пятерых прирождённых гроссмейстеров. Выступай на Даньян!

— Ваш покорный слуга оправдает ваше доверие! — Ши Чжэнь был в восторге, отдавая честь. Ему выпала возможность достичь великой заслуги. Хотя Даньян не был слаб, Ши Чжэнь был уверен. У него восемьсот тысяч войск. Он сам уже прорвался за предел Закаливания органов и вошёл в царство гроссмейстера. С ним ещё пятеро прирождённых гроссмейстеров. Даньян им не устоит.

К тому же их армия уже завоевала славу, и Даньян вряд ли осмелится идти на прямую схватку. Остальные генералы только завидовали. Затем Гу Ян обратил взгляд на Цзян Мо.

— В походе на Чи вы будешь главным командующим, а Сюэ Чэн — твоим заместителем. Я также даю вам восемьсот тысяч и пятерых мастеров. Ваша цель — взять Чи с наименьшими потерями и в кратчайший срок.

— Да! — в унисон ответили они, охваченные волнением.

Особенно Сюэ Чэн, бывший генерал императорской армии. Для него это было великой честью. Так Гу Ян распределил приказы: главная цель — покорить оба уезда и окончательно взять под контроль Циньюнь.

В Центральном государстве.

Под стенами столицы бушевала битва. Война уносила тысячи жизней. Свирепый ветер клинка разрывал небеса. Одним ударом сотни и тысячи воинов обращались в кровавый туман, не успев даже вскрикнуть. На стене стоял юноша в белом, словно воин-божество, со взглядом холодным и равнодушным к жизни.

— Кто приблизится к столице хотя бы на полшага, разделит эту участь!

Но враг не остановился. Лицо юноши потемнело. Мгновением позже его клинок взметнулся, и сотни световых лезвий обрушились на врагов. Земля окрасилась кровью.

— Цзи Шэньдао! — прогремел яростный голос. — Ты, как гроссмейстер Намерения, находишь гордость в том, что режешь простых солдат? Позволь мне стать твоим противником!

Воздух задрожал. Из пустоты опустилась гигантская ладонь духовной силы, давя на юношу.

— Клан Ли из Пустынного государства! — глаза Цзи Шэньдао сверкнули. В его клинок хлынуло безбрежное Ци, и ужасающая Суть Меча разорвала небеса, рубанув ладонь пополам. Из воздуха шагнул мужчина средних лет. На лице его застыла серьёзность.

— Недаром тебя называли величайшим гением королевской семьи Цзи шестьсот лет назад. Твоя сила действительно достойна уважения!