Основание Божественной Воинской Династии. Поток очков улучшения!

— Ваш потомок Гу Ян усмирил Девять Государств, его имя гремит по всему миру!
— Ваш потомок Гу Ян намерен основать новую династию!
— Ваш потомок Гу Ян получил наставления от Великого Гроссмейстера, культивация немного возросла!
— Ваш потомок Гу Ян получил указания от Великого Гроссмейстера, сила слегка усилилась!
— Ваш потомок Гу Сюань подвергся нападению 36 боевых искусников!
— Ваш потомок Гу Сюань убил 18 воинов стадии Закаливания кожи!
— Ваш потомок Гу Сюань убил 9 воинов стадии Закаливания крови!
— Ваш потомок Гу Сюань убил 9 воинов стадии Закаливания костей!
— Ваш потомок Гу Сюань в смертельных схватках углубил понимание Истинного Намерения Небесного Клинка, сила значительно возросла!

— Вот как, — произнёс Гу Цинфэн, наблюдая, как перед глазами вспыхивают строки уведомлений. Девять Государств покорены. Начало новой династии. Он сразу понял — такие события неизбежно принесут новые достижения и награды. Когда-то, став правителем одной стороны, Гу Ян уже получил огромный прирост очков. А теперь, объединив Девять Государств, награда должна быть куда значительнее.

Через два дня Гу Цинфэн прибыл в поместье князя Гуаньяна. Они встретились лицом к лицу.

— Раз Девять Государств умиротворены, — сказал Гу Цинфэн, — когда ты собираешься взойти на трон? И где намерен возвести столицу?

Гу Ян ответил без колебаний:

— Восьмой день девятого месяца — день благоприятный. В этот день я воззову к небесам и земле, провозгласив рождение новой династии. А столицей станет город префектуры Гуаньян.

Гу Цинфэн кивнул.

— Верное решение. По традиции столицы возводили в Центральном Государстве, но традиции не вечны. Центр Девяти Государств стал центром лишь потому, что прежние династии веками взращивали там влияние. А теперь, когда династию создаёт Гу Ян, выбор Гуаньяна вполне уместен. С годами именно провинция Гуаньян может стать новым сердцем мира.

Сейчас был июль. До восьмого дня девятого месяца оставалось немного. Гу Цинфэн остался в поместье сына, ведь на этом этапе любая случайность могла стать угрозой.

За два месяца Гу Ян занимался делами новой державы. Основание династии — не просто обряд. Это создание порядка, армии, законов, двора и веры.

Два месяца спустя в префектурный город съехались представители всех великих сил. Главы кланов, старейшины бессмертных семейств, эмиссары сект — всё сосредоточилось в одном месте. Но несмотря на такую концентрацию силы, никто не посмел поднять смуту.

Город был окружён войсками. Малейшая попытка беспорядков каралась мгновенно. Да и вряд ли кто осмелился бы — ведь над всем стояла сила, что подавляла саму душу — поместье семьи Гу.

Во главе его стоял Гу Цинфэн — ныне признанный сильнейший Святой Боевых Искусств во всём мире. Даже древнейшие секты, хранившие традиции тысячи лет, не смели бы вызвать его гнев. Потому, несмотря на присутствие сотен мастеров, в городе царил необычайный порядок и сдержанность.

— Взгляд, пронзающий небеса…
— Дух, что пожирает тысячу ли, словно тигр…
— Эта армия действительно поражает…

Говорил Ли Сюанькун, нынешний глава семьи Ли из Пустынного Государства. После гибели Ли Сюаньцзи в Центральном Государстве внутри клана началась борьба за власть. Но Ли Сюанькун — человек, чья сила достигла вершины стадии Преображения, — сумел подавить всех соперников и занять место главы. Теперь, когда Гу Ян воздвигал династию, он не мог не прибыть лично.

Семья Ли хоть и принадлежала к Бессмертным, но после поражения в Центральном Государстве потеряла прежнюю мощь. Поэтому Ли Сюанькун решил действовать благоразумно — укрепить связи с семьёй Гу и, главное, не навлечь их гнев.

— Судя по знамёнам, — произнёс один из старейшин семьи Ли, — это армия Небесного Ганга.

— Армия Небесного Ганга… неудивительно, что от них такая мощь, — мрачно произнёс Ли Сюанькун.

Имя этой армии звучало по всему миру. Самым громким стало сражение, в котором Ши Чжэнь, командуя тридцатью шестью тысячами воинов, разгромил армию в пятьсот тысяч человек и убил в бою Гроссмейстера Намерения. С того дня Армия Небесного Ганга стала легендой.

Обычные боевые искусники в масштабных битвах почти не отличались от простых солдат. Но эти люди двигались, как буря, их строй был железом, их намерение — острым мечом. Именно они обеспечили быстрые победы Гу Яна. Куда бы ни двигалась армия, сопротивление падало, а те, кто не склонялся, исчезали. Даже Ли Сюанькун, достигший вершины человеческой силы, не хотел бы встретиться с ними в бою. Даже если победил бы — цена была бы слишком высока.

Но более всего его тревожило другое. Над городом Гуаньян висела невидимая буря Намерения Клинка. Обычные воины не могли его почувствовать, но тот, кто постиг Истинное Намерение, видел ясно: над небом простирался Божественный Клинок, что дрожал, словно готовый рассечь само небо при малейшем движении.

Ли Сюанькун смотрел вверх, и в его взгляде отразилось бескрайнее почтение и страх.

— Этот клинок… — прошептал он. — Он словно принадлежит самому Небу.

Он понял — это не просто аура армии. Это намерение одного человека. Гу Цинфэна.