Триста сирот
Город Белый Камень.
Чжу Мин сразу заметил тело Вэнь Цзяо, всё ещё висевшее на воротах города. Несмотря на то, что он был боевым мастером Первой Области Закалки Органов и его тело несколько дней пролежало под палящим солнцем, труп остался в неизменном состоянии.
Увидев это, взгляд Чжу Мина стал холодным. Под взглядами прохожих он щёлкнул пальцами — верёвка оборвалась, и он, перехватив падающее тело, спокойно удалился.
Эта сцена вызвала изменение выражений на лицах многих. В то же время, новость о том, что тело Вэнь Цзяо забрали, быстро достигла ушей Гу Цинфэна.
— Господин поместья, недавно в Белом Камне появился глава Пика Зелёного Дерева из Секты Алого Пламени — Чжу Мин. Он забрал тело Вэнь Цзяо, — доложил в кабинете Гу Пэн.
— Тело Вэнь Цзяо нам больше не нужно. Раз Секта Алого Пламени хочет его забрать — пусть забирает. Беспокоиться об этом не стоит, —
спокойно ответил Гу Цинфэн.
— Но раз пал один из глав сектантских пиков, думаю, Секта Алого Пламени так это не оставит. Если они нападут — нам следует быть готовыми? — в голосе Гу Пэна звучала тревога.
Он был уверен в силе Гу Цинфэна, но Секта Алого Пламени — это не обычная сила. Тело их старейшины висело у городских ворот — это был прямой удар по их репутации.
— Если бы они действительно хотели атаковать, уже бы сделали это. Но раз пока ограничились только тем, что забрали тело — значит, действовать не спешат, — произнес Гу Цинфэн.
— Так что пока беспокоиться не стоит. А даже если они и нападут — Семейное поместье Гу не останется безоружным. Мы способны сражаться, — улыбнулся он с уверенностью.
Сила секты с тысячелетней историей, безусловно, велика. Но и у него были свои методы противостояния. К тому же, если секта продержалась тысячу лет, у неё наверняка есть свои пути к выживанию. Когда он убивал Вэнь Цзяо, применил всего один Властный удар клинка. Если Секта Алого Пламени не глупа, то не станет ради мщения лезть в драку насмерть с его поместьем.
Тот удар был сделан для устрашения. После смерти Вэнь Цзяо, в регионе воцарилось относительное спокойствие. Все, кто раньше пытался мутить воду, теперь заметно затаились, боясь навлечь на себя гнев Семейного поместья Гу. Услышав это, Гу Пэн слегка расслабился:
— При такой божественной силе господина, думаю, даже Секта Алого Пламени не посмеет начать атаку. Теперь, когда имя Властного Клинка разнеслось по миру боевых искусств, мы, ваши подчинённые, только гордимся!
И всё же в голосе прозвучала нотка тонкой лести.
— Властный Клинок… — Гу Цинфэн усмехнулся и покачал головой, не придавая значения подобным прозвищам. — Кстати, я поручал тебе собрать сирот. Что с этим? — вдруг сменил тему он.
— В такие смутные времена детей без родителей хватает, но чтобы отобрать с хорошими задатками — нужно их тщательно проверить, —
доложил Гу Пэн.
— Пойдём, посмотрим, — сказал Гу Цинфэн.
— Слушаюсь!
Семейное поместье Гу занимало более трёхсот му (примерно 200 000 м²) и делилось на несколько секторов.
Внешний зал был крупнейшим из них — около ста пятидесяти му, поскольку именно здесь было больше всего учеников. На арене Внешнего зала стояли дети — одетые в лохмотья, мальчики и девочки. Все с бледными и худыми лицами, явственно недоедавшие.
Однако несмотря на юный возраст, они молчали. Ни шума, ни суеты — только благоговейные взгляды, устремлённые вперёд.
Гу Цинфэн, наблюдая за ними, смотрел спокойно, не проявляя ни радости, ни печали.
— Я — Гу Цинфэн, нынешний хозяин Семейного поместья Гу. В это тревожное время вам повезло оказаться здесь. С этого момента вы будете жить в поместье, где специалисты обучат вас боевым искусствам. В течение года тот, кто достигнет Области Закалки Кожи, станет официальным учеником. Если же только через два года — будет переведён на подсобные работы. Кроме того, вас обучат грамоте и письму. Не каждый рождается с талантом к боевым искусствам. Но если вы сможете внести вклад в поместье через ум и знания — вы тоже сможете остаться. Однако, если за два года не преуспеете ни в боевых искусствах, ни в учёбе — покинете поместье и отправитесь искать судьбу самостоятельно.
— В Семейном поместье Гу немного правил, но два вы обязаны запомнить. Первое: запрещено убивать братьев по обучению. За это — суровое наказание. Второе: предательство запрещено. За предательство — смерть!
С его последними словами от него хлынул холодный убийственный настрой. Некоторые дети инстинктивно побледнели. За последние дни они впервые наелись досыта и смогли спать спокойно. Мысль о том, что их снова могут выгнать — была невыносима.
Многие задрожали. Гу Цинфэн повернулся к стоящему рядом Гу Пэну:
— Убедись, что у них достаточно еды и мяса. Им нужен рацион для тренировок.
— Понял, господин! — кивнул тот серьёзно.
Дав последние распоряжения, Гу Цинфэн развернулся и ушёл. На арене сейчас находилось около трёхсот детей, но сколько из них сможет остаться через два года — неизвестно.
Однако Гу Цинфэн дал им шанс.
В такое смутное время приютить столько сирот — непозволительная роскошь для большинства кланов и сект. Только Семейное поместье Гу, как лидер региона с десятками вассальных сил, могло себе это позволить.
Следует помнить: занятия боевыми искусствами требуют в разы больше ресурсов. Тем, кто закаляет тело и кровь, нужен постоянный приток питания. Без этого легко навредить организму и истощиться. Не зря говорили: «Учёные — бедняки, воины — богачи».
Без материальных условий путь в боевые искусства закрыт.
Секта Алого Пламени.
Чжу Мин вернулся, привезя тело Вэнь Цзяо. Когда старейшины увидели рану, проходившую от лба до подбородка, лица их невольно дёрнулись. Располовинен одним ударом меча, без других повреждений — как и говорили слухи: смерть наступила мгновенно.
Оуян Ле подошёл, присел и дотронулся ладонью до раны. В тот же миг — резкая боль пронзила его. На ладони выступила кровь, а в каплях угадывалась остаточная энергия.
Старейшины ахнули.
Все знали, что до внедрения злого духа Оуян Ле уже достиг Третьей Области Закалки Органов, и его физическое тело обладало невероятной прочностью. Даже те, кто был на уровне Очищения Костей, с трудом могли пробить его защиту.
И всё же остаточная сила от того удара меча причинила ему боль.
Эта сила… поистине устрашает.