Поиск души (4)

Гу Цинфэн слегка покачал головой. В следующий миг его палец чуть дрогнул — и обезьянообразный зверь, стоявший перед ним, взорвался, рассыпавшись в облако кровавого тумана. Увидев гибель сородича, чешуйчатый зверь, напоминавший огромного аллигатора, задрожал, прижимаясь к земле.

Гу Цинфэн вновь протянул руку, касаясь его головы. Мощная волна божественного сознания прорвалась внутрь, вырывая воспоминания существа. Однако и в них не нашлось ни малейшего упоминания о Гу Сюане.

Бесполезно.

С мягким вздохом Гу Цинфэн опустил ладонь — и зверь мгновенно рассыпался в прах. Так он продолжил своё продвижение. Одно за другим падали чудовища, некогда внушавшие ужас культиваторам Девяти Государств. Для других они были воплощением смерти, для него же — всего лишь материал для поиска души.

Одним касанием он вскрывал их сознание, вытягивая воспоминания, а затем, не теряя времени, отправлял существ в небытие. Самые слабые из них обладали силой уровня Закаливания органов, другие — Мастеров и даже Гроссмейстеров. И всё же они погибали столь же легко, как насекомые под ладонью.

Вскоре Гу Цинфэн наткнулся на существо, от которого сама земля дрожала. Огромный зверь, покрытый серебряной бронёй, источал дыхание, сравнимое с уровнем Божественного Преображения. Если бы такая тварь появилась в Девяти Государствах, она могла бы в одиночку стереть с лица земли целые города.

Но перед Гу Цинфэном и она не представляла опасности. Он поднял руку — и зверь, сотрясая воздух рёвом, был подавлен одним движением. В тот же миг поиск души начался. Сознание зверя содрогнулось, а в сознании Гу Цинфэна, словно потоки рек, развернулись тысячи лет его памяти.

Он видел, как это чудовище охотилось. Как рвало плоть культиваторов — Мастеров, Гроссмейстеров, а порой и тех, кто уже постиг Божественное Преображение. Все они становились лишь добычей. Ни один не смог устоять перед чудовищем этого уровня.

Он даже увидел сцену, где некий человек — могущественный, способный восстанавливать утраченные конечности, — был разорван этим зверем и стал его пищей. Гу Цинфэн нахмурился.

— Так вот оно что... — произнёс он вполголоса. — Это были культиваторы из-за пределов Девяти Государств.

В Девяти Государствах не появлялось ни одного существа уровня Божественного Преображения уже тысячи лет. Да и одежда, и знаки, что он увидел во фрагментах памяти, принадлежали явно иным землям. Значит, в Горы Древних Зверей действительно проникают чужаки из Древнего Безмолвного Мира.

Впрочем, это не удивляло. Там, где гнездятся такие чудовища, всегда скрываются возможности — сокровища, духовные плоды, небесные реликвии. Для многих культиваторов риск был оправдан. Ведь, проглотив одно Небесное Сокровище, можно было мгновенно достичь просветления или даже прорваться в Божественное Преображение.

Но столь же легко можно было погибнуть. Большинство, войдя в горы, не возвращались. И, пожалуй, только обилие этих зверей удерживало могущественных чужаков от вторжения в Девять Государств. Иначе этот мир давно бы пал под их рукой.

Зверь, память которого он читал, прожил не одно тысячелетие, и потому его воспоминания были богаты и глубокие. Вдруг взгляд Гу Цинфэна вспыхнул — он заметил нечто. Во фрагменте памяти перед ним промелькнул мужчина в пурпурных одеждах,
скользивший над землёй, с аурой такой силы, что сам зверь, достигший уровня Божественного Преображения, инстинктивно сжался от страха. А рядом с этим человеком… стоял Гу Сюань.

Гу Цинфэн мгновенно понял: ошибки быть не могло. Он узнал собственного сына. Правда, сцена длилась всего миг. Зверь не посмел приблизиться, и воспоминание прервалось.

Выдохнув, Гу Цинфэн опустил ладонь. Существо перед ним взорвалось, и воздух окрасился кровью. На его руке осталась светящаяся сфера — густо-красный кристалл, переливающийся живой энергией.

— Ядро зверя... — тихо сказал он.

Это было ядро зверя — редчайшее сокровище, которое могли конденсировать только чудовища уровня Божественного Преображения.