Укрепление Девяти Государств (5)

В конце концов, культивация — это личный путь. Захочет — будет практиковать. Не захочет — его право. Навязывать он не собирался.

— Ваше Высочество, второй молодой господин вошёл в пределы провинции Лин, — доложил Гу И, стоя в главном зале Поместья князя Гуандяна.

Гу Ян слегка кивнул.

— Продолжайте следить за передвижениями моего младшего брата. Назначьте людей, чтобы незаметно сопровождали его. Но помните — вмешиваться только в крайнем случае.

— Есть! — ответил Гу И и поклонился.

Когда стало известно, что Гу Сюань покинул поместье, отправившись странствовать и закаляться в мире боевых искусств, Гу Ян тут же приказал Теневым Стражам тайно наблюдать за ним. Он знал: юноша неопытен, мир опасен — и за каждым углом может скрываться враг. Однако прошло несколько месяцев, и Гу Ян понял, что его тревоги были излишни.

Хотя Гу Сюань действительно недавно вступил на путь странствий, он проявлял осторожность и зрелость, которых от него не ожидали. А его сила, подкреплённая клинком Небесная Лазурь, позволяла справляться с большинством угроз. Тогда Гу И вновь доложил:

— Кроме того, Владыка, мы выяснили: за вторым молодым господином следует некий мастер. Судя по следам, он скрывается умело.

Гу Ян усмехнулся.

— Не стоит вмешиваться. Скорее всего, это человек, которого отец послал для защиты.

Он говорил спокойно, без малейшего удивления. Разумеется, отец не мог отпустить Сюаня без тайной охраны. Это было вполне естественно.

После этого Гу И развернул несколько свитков — донесения из разных провинций. С тех пор, как секты и знатные дома склонили головы перед Гу Яном, минул уже год. За это время армия Гуандяна вела непрерывные войны, шаг за шагом подчиняя себе Девять Государств. Теперь под их властью находилось уже восемь из девяти. Осталось последнее — и то сопротивлялось лишь формально.

— Передай Ши Чжэню приказ, — сказал Гу Ян, глядя на карту. — Хочу, чтобы последняя провинция была взята не позднее, чем через месяц.

— Есть! — Гу И поклонился и удалился.

Гу Ян подошёл к огромной стратегической карте в центре зала. На ней Девять Государств были покрыты флагами армии Гуандяна. Только крошечный участок всё ещё оставался неосвобождённым. Он медленно провёл пальцем по карте и тихо произнёс:

— Совсем скоро…

— Ещё немного — и все Девять Государств будут в моих руках.

Глаза Гу Яна вспыхнули решимостью и гордостью. Кто бы мог подумать, что за каких-то десять лет он, начавший с армии в сто тысяч человек, достигнет того, чего не смог даже Божественный Военный Король Пэй Цзин. Тот потратил больше десяти лет — и так и не покорил даже одно Государство Цинъюнь. А он — в десять лет — объединил всё.

Разумеется, Гу Ян понимал: основная причина его успеха — Гу Цинфэн. Если бы не авторитет отца, заставивший бессмертные секты и кланы склонить головы, армия Гуандяна, даже имея железную дисциплину и мощь, потратила бы на объединение мира как минимум вдвое больше лет. Но и без того его достижения были поистине велики.

Покорить мир — одно. Удержать и упорядочить его — совсем другое. А Гу Ян сделал и то, и другое. В короткие сроки он не только подавил сопротивление, но и провёл множество милосердных реформ, укрепив доверие простого народа. Теперь, стоя у карты, он чувствовал, как кровь кипит от предвкушения.

— Ещё немного… И я воздвигну новую династию, — прошептал он.

Это чувство было естественным. Любой человек, поднявшийся до такой вершины, не смог бы остаться равнодушным.

Тем временем, получив приказ, Ши Чжэнь и командующие армиями Гуандяна без колебаний выступили в поход. Несметные войска двинулись лавиной, сметая всё на своём пути, как буря сухие листья. Какие там мятежники? Какие владетели провинций? Перед мощью армии Гуандяна — всё это были лишь детские игры.

Через двадцать дней последний мятежный генерал был обезглавлен. Девять Государств окончательно перешли под власть Гуандяна. Двадцать дней — на треть быстрее, чем назначенный срок.

Когда весть о покорении Девяти Государств разлетелась по миру, радость охватила народ. Война наконец закончилась. Для простых людей — это значило жизнь, ведь именно они всегда страдали сильнее всех. К тому же за последние годы Гу Ян проводил добрые реформы, и его имя стало символом справедливости и силы.

Теперь, когда мир объединился под его рукой, люди встречали эту весть с искренней радостью. А сильные мира — главы кланов, лидеры сект, наследники родов — слушали новости с тревогой, но в конце концов лишь тяжело вздыхали. Сопротивление потеряло смысл. Девять Государств объединены. С этого дня вся земля принадлежала семье Гу. И никто — ни древние секты, ни наследственные семьи, ни даже те, кто стоял у власти столетиями, — не могли остановить этот неудержимый поток судьбы.