Наследие Священной земли (2)

В этот момент Владыка Девятого пика посмотрел на Гу Цинфэна с по-настоящему серьёзным выражением лица.

— Господин Гу, как вы думаете, на чём держится непрерывность наследия древних священных земель, подобных Священной земле Тайсюй, существующих десятки, а то и сотни тысяч лет?

— Прошу наставить меня, господин Фу, — ответил Гу Цинфэн, и его выражение лица также стало значительно строже.

Он понимал: сейчас он может услышать то, что относится к подлинным тайнам. Тайная стража уже давно проникла в Древний Пустошный мир, но всё, что удавалось добыть, оставалось поверхностным. Истинная глубина подобных сил была скрыта куда надёжнее. Фу Шэньцзюнь медленно произнёс:

— Все древние силы, способные передавать своё наследие на протяжении столь долгого времени, обладают собственным фундаментом. Что касается Священной земли Тайсюй, то этот фундамент заключается в том, что у нас есть… живые Святые.

— Святые?! — выражение лица Гу Цинфэна слегка изменилось. — Насколько мне известно, в нынешнюю эпоху Святые не должны появляться.

— Вы правы, господин Гу. В эту эпоху Святые действительно не должны появляться. Но что, если эти Святые не принадлежат нынешнему времени?

Этот встречный вопрос заставил Гу Цинфэна погрузиться в глубокие раздумья. Фу Шэньцюнь продолжил:

— Любая древняя священная земля владеет методами самозапечатывания. Те могущественные существа, чья жизнь ещё не иссякла, могут запечатать себя и ждать подходящего момента. Обычно запечатывают лишь тех, кто достиг как минимум уровня Святого. Но бывают и исключения: некоторые поистине выдающиеся таланты или демоны рождены не в своё время. Ради них силы готовы заплатить колоссальную цену, чтобы запечатать их и дождаться эпохи великого соперничества, когда они смогут вновь явиться миру. Однако у подобного запечатывания есть серьёзный недостаток: однажды запечатавшись, крайне сложно снова действовать. Если же насильно пробудиться и вмешаться, повторное запечатывание потребует ещё большей цены.

— В Священной земле Тайсюй есть Святые, пребывающие в глубоком сне. А Священная земля Древней Пустоши, чьё наследие ещё древнее, несомненно, располагает куда большим числом спящих Святых — возможно, там скрытся даже Великий Святой. Сила господина Гу действительно поразительна, но если вам придётся столкнуться с Великим Святым, нельзя быть уверенным, что вы выйдете из этого без последствий. Поэтому, если вы действительно намерены выступить против Священной земли Древней Пустоши, вам следует подумать об этом трижды.

Фу Шэньцзюнь не желал гибели Гу Цинфэна. Для Священной земли Тайсюй живой Гу Цинфэн был несравнимо ценнее мёртвого. Эпоха великого соперничества была уже близко, и если Тайсюй хотела вернуть былое величие, ей требовалось собрать как можно больше сил и союзников.

Иначе, когда эта эпоха действительно наступит, Священная земля Тайсюй рисковала оказаться на обочине.

Даже с учётом древнего наследия и спящих Святых, в эпоху великого соперничества Святые перестают быть редкостью, а небесные демоны способны шагнуть в сферу Великого Святого или даже Короля Святых.

Именно поэтому Фу Шэньцзюнь считал: нынешний путь Гу Цинфэна — это почти верная гибель. Но, учитывая статус собеседника, он выражался максимально сдержанно.

— Благодарю за добрые намерения, господин Фу, — спокойно ответил Гу Цинфэн. — Но я уже всё обдумал. Пусть Гу Сю меня и разочаровал, он всё равно мой сын. Я не позволю другим измываться над людьми моего клана. Когда это дело будет улажено, я обязательно лично навещу господина Фу в Священной земле Тайсюй.

Гу Цинфэн не собирался отступать. Его интересовала лишь реальная глубина Священной земли Древней Пустоши, а не предостережения. Увидев решимость в его глазах, Фу Шэньцзюнь понял, что дальнейшие уговоры бессмысленны. После ещё короткого разговора Гу Цинфэн поднялся и попрощался.

Когда он покинул город, Фу Шэньцзюнь сразу же вернулся в Священную землю Тайсюй и предстал перед Владыкой Святых Тайсюй — Янь Линъюнем. Выслушав доклад, Янь Линъюнь слегка приподнял брови.

— Владыка Девятого пика, раз уж ты видел этого Тиранического Клинка лично, как ты оцениваешь его силу?

— Непостижимая глубина, — ответил Фу Шэньцзюнь всего четырьмя словами.

Затем он добавил:

— Если этот человек выживет, то в эпоху великого соперничества он определённо не остановится на уровне Святого.

— Судя по твоей оценке, это действительно исключительная личность, — кивнул Янь Линъюнь.

Он не сомневался в суждениях Фу Шэньцзюня. Если тот говорил о «непостижимой глубине», значит сила собеседника действительно выходила за рамки обычного.

Затем Янь Линъюнь тихо вздохнул:

— Жаль лишь, что Священная земля Тайсюй всё же уступает Священной земле Древней Пустоши. Особенно после бедствий, устроенных демонами в прошлом — фундамент нашей земли понёс серьёзные потери.

— Сейчас у нас есть Святые, пребывающие в запечатывании, но это уже последний резерв. Более того, их срок жизни почти исчерпан. Если насильно пробудить их сейчас, неизвестно, дотянут ли они до эпохи великого соперничества.

Янь Линъюнь прекрасно понимал намерения Фу Шэньцзюня — тот хотел либо вмешательства Тайсюй, либо хотя бы спасения Гу Цинфэна. Но как Владыка Святых, Янь Линъюнь был обязан учитывать общую картину. Да, потомок клана Гу состоял в Священной земле Тайсюй, и отношения между сторонами были весьма тесными. Более того, с учётом нынешней силы и будущего потенциала Гу Цинфэна, подобная «инвестиция» казалась оправданной.

Но если подобные действия могли поколебать сам фундамент Священной земли, вопрос требовал крайней осторожности. Фу Шэньцзюнь это понимал и потому лишь доложил о ситуации, ожидая решения. Спустя долгое молчание Янь Линъюнь заговорил:

— Даже если мы не будем пробуждать Святых, я лично возьму с собой Древнее зеркало Тайсюй и отправлюсь в Южный Домен. Ты пойдёшь со мной.

— Древнее зеркало Тайсюй?! — Фу Шэньцзюнь был потрясён.

Древнее зеркало Тайсюй было святыней Священной земли, Великим Святым артефактом, оставленным древними Святыми. Его никогда не использовали понапрасну. Готовность Янь Линъюня задействовать Великий Святой артефакт ясно показывала, какие ожидания он возлагал на будущее Гу Цинфэна.

Горы, словно подпирающие небеса, вздымались одна за другой; среди пиков мелькали нефритовые строения. Время от времени появлялись духовные звери и мифические птицы, а культиваторы исчезали в радужных отблесках.

Это была Священная земля Древней Пустоши — древнейшая сила Южного Домена Древнего Пустошного мира. В этот день пустота внезапно обрушилась и раскололась. Ужасающая ладонь опустилась с небес, словно намереваясь стереть Священную землю с лица мира.

В тот же миг из глубин Священной земли вспыхнул божественный свет, сформировав овальный барьер, накрывший всю территорию. Когда ладонь ударила по барьеру, тот яростно задрожал, и на глазах у бесчисленных культиваторов по нему побежали плотные трещины, стремительно расползаясь во все стороны. Грохот раздался, когда трещины достигли предела, и защитный барьер взорвался.

— Кто осмелился бесчинствовать в моей Священной земле Древней Пустоши?!

Сразу после разрушения формации из глубин Священной земли вырвались более десяти ужасающих аур. Святые разорвали пустоту и явились миру, их взгляды были полны ярости и потрясения, когда они устремились к небесам.

Защитная формация Священной земли была уровня Святого — без вмешательства существ уровня Святого её невозможно было даже поколебать. А теперь она была разрушена одним ударом.

В тот же миг пустота вновь разверзлась. Фигура в зелёных одеждах медленно вышла из разлома.

— Кто ты таков и зачем вторгся в мою Священную землю Древней Пустоши?! — холодно произнёс Святой Владыка Тайсюй Ци Цзюнь, глядя на стоящего перед ним культиватора, не решаясь атаковать сразу.

Причина была проста: человек перед ним казался бездонным, а сам факт мгновенного разрушения формации наполнял его глубокой настороженностью. Гу Цинфэн стоял, заложив руки за спину, и равнодушно сказал:

— Моё имя — Гу Цинфэн. - услышав это имя, в глазах Ци Цзюня мелькнула тень сомнения, которая тут же сменилась осознанием. Его взгляд стал ещё более тяжёлым.

— Ты… Гу Цинфэн! Между моей Священной землёй Древней Пустоши и Божественной Воинской Династией нет вражды. Ты внезапно явился и разрушил защитную формацию — каковы твои истинные намерения? Если ты не дашь объяснений, этот вопрос невозможно будет уладить мирным путём.