Укрепление Девяти Государств (3)

— Всё же, — произнёс Гу Цинфэн медленно, — в пределах поместья семьи Гу никто не посмеет причинить тебе вред. Но за его стенами люди не будут страшиться титула младшего господина клана Гу. А напротив — именно из-за этого титула ты можешь навлечь на себя беду.

Он посмотрел на сына пристально. Тон его был не упрёком, а предупреждением. Гу Сюань ответил серьёзно:
— Я всё обдумал, отец. Жить в поместье семьи Гу — удобно и спокойно, но это не та жизнь, которой я хочу. Прошу вашего благословения.

Гу Цинфэн некоторое время молчал, затем медленно поднялся.
— Идём.

Он направился к выходу, и Гу Сюань поспешил следом. Вскоре они вошли в Зал Точения Клинков.

Стоило переступить порог — тело Гу Сюаня мгновенно напряглось. Всю залу заполняло Намерение меча, тяжёлое и острое, словно взгляд невидимого чудовища пронзил его насквозь. Его собственное понимание Намерения Клинка, хоть и достигшее определённой ступени, теперь казалось жалким и тусклым.

Он бывал здесь и прежде, но только у дверей — дальше не имел права заходить. Это было место уединения Гу Цинфэна, и никто, кроме него, не смел ступить внутрь. Теперь же он не понимал, зачем отец привёл его сюда.

Гу Цинфэн обернулся:
— В Зале Точения Клинков хранятся божественные клинки. Они не столь могущественны, как Меч Убийца Зла, но веками закалялись в Намерении Клинка, и потому далеко превосходят обычное оружие. - он указал рукой на ряды оружия, стоявшие вдоль стен. — Раз ты решил покинуть дом и странствовать, выбери здесь клинок, что станет твоей защитой.

В глазах Гу Сюаня мелькнуло неподдельное волнение. Он знал о существовании этих клинков, но никогда не думал, что отец позволит ему выбрать один из них. Он глубоко вдохнул и начал рассматривать оружие одно за другим. Клинков было слишком много — и выбор становился не проще, а труднее. Гу Цинфэн произнёс спокойно:

— Как и в боевых искусствах, при выборе клинка важно родство. Ты уже постиг Истинное Намерение Небесного Клинка — используй его, чтобы откликнуться на оружие. Если какой-то клинок отзовётся — значит, он твой.

— Отец прав! — глаза Гу Сюаня вспыхнули решимостью. Он закрыл глаза и сосредоточился. Намерение Клинка вспыхнуло вокруг него, невидимо касаясь каждого оружия в зале. Мгновение спустя его взгляд остановился на одном из клинков. Старинные ножны, потемневшие от времени. Но стоило ему прикоснуться к рукояти — сердце словно содрогнулось от узнавания.

Родство.

Когда он извлёк клинок, по залу прошла холодная волна. Острие сверкнуло, будто рассекло сам воздух.

— Великолепный клинок! — восхищённо произнёс он. На лезвии виднелись две мелкие печатные иероглифы: Небесная Лазурь.

Гу Цинфэн кивнул:
— Этот клинок называется Божественный Клинок Небесная Лазурь. Три тысячи лет назад им владел Господин Клинка Би Жухай. Он потрясал мир, одолев множество сильнейших противников, уступая лишь подлинным Гроссмейстерам Боевых Искусств. Говорят, на склоне лет он постиг тайны уровня гроссмейстера и, возможно, сам достиг этой ступени. Но достоверно того никто не знает. Этот клинок был найден нашими Теневыми Стражами в руинах старого храма и возвращён в поместье семьи Гу. С тех пор он пребывает здесь, день и ночь впитывая Намерение Клинка. За последние десять лет его сила возросла многократно.

Слушая эти слова, Гу Сюань всё больше ощущал благоговение. Имя Господина Клинка Би Жухая было ему неведомо, но если отец упомянул его — значит, он достоин уважения. Божественное оружие, созданное руками мастера, что, возможно, достиг уровня гроссмейстера… Такой клинок нельзя было назвать иначе, как легендарным. К тому же, от клинка исходила жуткая, но величественная аура Намерения, готовая в любой миг разразиться бурей.

Гу Цинфэн вынул свиток и передал его сыну.
— Это Искусство Взращивания Клинка. Культивируй его ежедневно, питай свой клинок, и однажды дух клинка сольётся с твоим собственным.

Сказав это, он щёлкнул пальцами — и капля свежей крови упала на лезвие. Клинок вспыхнул, словно ожил, его сияние стало пронзительным и живым.

— Я оставил в Небесной Лазури каплю своей Крови Истока. Используя её силу, ты сможешь нанести пять ударов, каждый из которых способен убить даже Гроссмейстера Боевых Искусств.

— Благодарю, отец! — голос Гу Сюаня дрогнул от волнения.

Небесная Лазурь.
Кровь Истока отца.
С таким оружием за спиной он мог не страшиться никого. Гу Цинфэн посмотрел на сына с лёгкой улыбкой — но глаза его оставались серьёзными:

— Помни: самое коварное в мире — человеческое сердце. Если ты ступаешь на Путь Боевых Искусств, будь осторожен и хладнокровен.
Нет конфликта — хорошо. Но если он возникает, будь беспощаден. Оставишь врагу путь к отступлению — сам погибнешь.

Гу Сюань поклонился:
— Я понял, отец.

— Хорошо. — Гу Цинфэн больше ничего не добавил. Некоторые истины бесполезно объяснять — их можно понять лишь пережив. Через два дня Гу Сюань покинул поместье семьи Гу, за спиной его покоился Божественный Клинок Небесная Лазурь. Когда он ушёл, первым вошёл Гу Пэн.

— Второй молодой господин покинул поместье.

Рука Гу Цинфэна, державшая чашу чая, замерла на мгновение, затем вновь двинулась спокойно.

— Он поступил правильно, — произнёс он. — Мир велик, а поместье семьи Гу слишком тесно.

Гу Пэн помедлил.
— Второй молодой господин отправился один.

Мир боевых искусств опасен... Прикажете ли мне тайно приставить к нему защиту?