Мастер теней (1)

Никто из них не был уверен, как будет работать способность Алеф «Полная Перезагрузка», и они не были готовы серьезно травмировать ее только для того, чтобы проверить пределы этой способности.

Однако они были более чем способны спланировать такой исход. Таким образом, первым и наиболее логичным шагом было отделить ее от оружия, будь то меч, метательный нож или, как в данном случае, тень, получившая физическую форму.

Маскировка Зиреля дала ему преимущество в выполнении необходимого шага, не раскрывая его прикрытие и не выдавая их намерения. озможно, способность Алеф позволяла ей восстанавливаться даже через когтеобразный обсидиановый металл, что вонзился ей в живот, но рисковать не стоило.

Теперь Том остался один в этой схватке. Зирель вмешается, но лишь тогда, когда увидит удобный момент. А Алеф будет притворяться мёртвой столько, сколько позволит ситуация. Это было их главное и, по сути, единственное преимущество перед врагом, уже уверенным в её гибели.

Поэтому он не колебался.

[Шут] показал ему действительно абсурдное число. Использование Активного Савана — Майя на Зиреле стоило ему семьдесят девять очков, и он все равно потерпел неудачу. Мастер Гильдии Теней потребовал гораздо более абсурдное число, которое превзошло все его ожидания.

Число с тремя цифрами.

Целая сотня.

Том был уверен, что они просчитались. Мастер Гильдии Теней был гораздо сильнее, чем кто-либо из них ожидал, если он требовал сто очков только за то, чтобы использовать Активный Саван — Майю.

Тем более он не мог колебаться, даже если это стоило ему почти всех его СД.

***

Многие в Гильдии Теней хотели узнать, что скрывалось за тяжелыми металлическими двойными дверями, преграждавшими им путь к владениям мастера. Конечно, в закрытой сокровищнице за его спиной были богатства. Тщательная организация сокровищницы стала для него развлечением, хотя это было чем-то, что он неизбежно должен был повторять каждый раз, когда они меняли базу.

Последний раз это было полгода назад, и только потому, что они столкнулись с врагами, обладающими особенно сильными способностями выслеживания. Он, естественно, справился с ними, но их впечатляющая сила и легкость, с которой они их выследили, поставили под угрозу местонахождение их базы.

Хотя сама сокровищница была впечатляющей, состояние его жилища всегда удивляло новобранцев. Он не был человеком, чью резиденцию можно было бы описать одним словом, но такова была правда. Она была пустой.

Помимо одиночной кровати, стоящей в дальнем углу широкой прямоугольной комнаты, и металлических крюков, торчащих из каменных стен, на которых висела его костяная броня, на пустом полу лежал лишь обычный джутовый коврик, на котором он сидел, и ряд тусклых фонарей, развешанных по комнате в кажущемся случайном порядке.

В комнате не было других источников света, и он знал, что его собственный силуэт выглядел жутко для всех, кто входил сюда.

Но за его расположением предметов стояла гораздо более продуманная причина.

Он повернул пальцы по часовой стрелке и наблюдал, как все тени в комнате повторяют это движение. Покачав головой, он отказался от контроля над тенями. Затем он протянул руку вперед, и в его руках появился меч из теней. Через мгновение его форма превратилась в настоящий обсидиановый металлический меч, который был почти идеальным по пропорциям.

Он тихо вздохнул, прежде чем бросить его в свой инвентарь.

Мужчина не казался разочарованным, он снова протянул руку к теням, на этот раз вращая обе руки по часовой стрелке. Удовлетворенный, он двинул пальцами в противоположном направлении, позволяя своим рукам двигаться по траектории против часовой стрелки.

Вихрь теней поглотил его, прежде чем он утратил над ними контроль.

По сравнению с десятилетием назад, когда его заблудшее «я» жадно искало слабости, принимая их за рост, он прошёл огромный путь на истинной тропе.

И всё это благодаря человеку, что некогда был его врагом.

Он стиснул зубы, когда эти унизительные воспоминания всплыли вновь. В тот роковой день, много лет назад, шел дождь. Когда у него еще не было его мощной редкой карты, когда он был слишком далек от того, чтобы стать мастером Гильдии Теней.

В то время он был горд. Разломы были сложными, но он был умным, находчивым и, что самое важное, жестоким, когда того требовала ситуация. Никто не задавал вопросов, когда дело касалось разломов. Все знали о рисках, и пока не было свидетелей, которые могли бы сообщить о преступлении, никаких вопросов не задавали.

Мертвый обитатель разлома был просто неудачником.

В те времена Башня не была его охотничьими угодьями. Нет, башня была чудом, величием и тайной, к которой его тянуло. Её он должен был увидеть своими глазами.

Именно там он встретил одинокого путешественника, обычного на вид человека в легких доспехах с одним мечом, который смотрел на башню без любопытства и благоговения в глазах.

Он видел в путешественнике деревенщину без свиты, с обычным снаряжением и желанием умереть. В то время он еще не был ассасином. Поэтому он вызвал его на дуэль, исход которой, как он полагал, был предрешен.

У него было две необычные и три обычные карты. Его универсальность позволила ему процветать в разломе, в то время как другие едва выживали.

Тем не менее, он проиграл.

Владельцу единственной необычной карты, уровень которой не мог быть намного выше его. Карта, основанная на свете, которая увеличивала его скорость. Способность, которую можно было легко нейтрализовать.

Он бросал огненные шары, но от них без труда уклонялись. Он усилил свой меч громом и нанес удар, но тот был отбит быстрым ударом ногой. Сосульки были отклонены, и в ответ он получил серию ударов в живот.

Дело не в том, что тот человек был намного сильнее его. Дело не в том, что его способности или характеристики превосходили его. Нет, правда была не так проста.

У его противника была только одна необычная карта, но он годами тренировался с ней. Он понимал все свои сильные и слабые стороны, что и позволило ему выполнить такой рискованный маневр, как выбить из рук меч, наполненный силой грома. Он точно знал, насколько и как хорошо свет улучшает его движения, и это могло быть результатом только бесконечных тренировок, а не таланта.

Не имело значения, сколько карт он накопил. Он каждый раз проигрывал тому, кто освоил одну-единственную карту, столь же редкую, как его Карта Души.

В той схватке он остался без оружия и брони — победитель взял своё. Его левая рука была сломана, чтобы он не кинулся в отчаянии. А сам странник и не хотел сражаться — это чувствовалось.

«Если хочешь второй раунд, найди меня в Башне», — сказал мужчина на прощание, и его голос звучал досадно бесстрашно, когда свет башни окутал его.

Только спустя годы он понял, что мужчина не оставил ему не унижение, а дар.

Карты скрывали в себе больше, чем было написано в описании. Человек выжал из одной необычной карты и атаку, и защиту, и скорость, и мобильность. Карты, которая не должна была быть настолько сильной.

Если он хотел пойти по стопам этого человека, ему пришлось бы освоить истинный путь.

С того момента Зет Этерфолл посвятил свою жизнь этой единственной цели.

Так родилась Гильдия Теней.