Подарок на прощание
Лорд Рамав Незари и его дочь Валерия смотрели на происходящее перед ними в полном ошеломлении.
Алеф распустила свои волосы с аметистовыми прядями, а Зирель не сделал ни одного движения, чтобы скрыть свой характерный клинок.
«Ты...», — пробормотала Валерия, глубоко вздохнув, чтобы успокоить эмоции, которые грозили захлестнуть ее. «Лонгстрадия. Серебристые волосы с аметистовыми прядями, ты из главной линии», — пробормотала она, выглядя ошеломленной, пытаясь понять то, что предстало перед ее глазами.
«Королевский Сеньор, — поприветствовала Алеф, используя официальную форму обращения, предназначенную для дворянина, обращаясь к гораздо более пожилому мужчине.
«Лорд Незари», — поприветствовал Зирель. «Надеюсь, у тебя все хорошо», — сказал он, и озорная улыбка на его лице говорила о том, что он наслаждается моментом.
Взгляд лорда Рамава Незари переместился с Алеф на Зиреля, его губы сжались, а выражение лица стало напряженным, пока он обдумывал ситуацию.
Затем его глаза слегка расширились, когда он понял, что все в этой ситуации стало на свои места.
«Лонгстрадия и Ноттракон работают вместе», — сказал лорд Рамав, и его возраст наконец просочился в его голос, когда маска, которую он так тщательно создавал, треснула. «Судьба имеет свои способы достать нас всех, я полагаю», — заметил он, и его тон звучал скорее как сетования.
«Не будь таким угрюмым, королевский дядя. Ты такой же враг моего уважаемого отца, как я или Алеф, не так ли?» — Зирель насмешливо спросил, и его тон был скорее веселым, чем язвительным.
«Почему?» — с горечью спросил лорд Рамав, положив ладони на стол, а не под стол.
Он больше не ожидал атаки.
«Намерения Алеф должны быть ясны как день, лорд Рамав. А что касается моих, разве нужно спрашивать? Мне не нужен трон, никогда не был нужен. Ты это знаешь. Но трон притягивает мою королевскую кровь, втягивает меня в кровожадные ссоры моих братьев и сестер, не обращая внимания на мои желания. Они первыми перешли черту, поэтому я ответил, вступив в союз с Лонгстрадией и раскрыв их наглый заговор», — произнёс Зирель, и в его насмешливом тоне на миг промелькнула боль.
«Так это был ты?» — спросил лорд Рамав. «ет, он бы никогда не рассказал тебе о заговоре. Ты подслушал разговор одного из элитных гвардеев твоего отца?» — спросил лорд Рамав, не сдерживая любопытства.
«Я?» — спросил Зирель, улыбаясь. «Ты меня переоцениваешь, лорд Рамав. Я далеко не так страшен, как этот Синрак», — Зирель указал на Тома, размахивая руками.
«Полагаю, ты не расскажешь мне, как узнал точное время и место, где должна была быть убита моя дочь», — спросил лорд Рамав, и в его голосе слышалась некоторая неохота.
«Не расскажу», — подтвердил Том, бросая взгляд за спину, где Королевские Рыцари продолжали выкрикивать свои требования. «Но, лорд Рамав, я сделаю тебе подарок, прежде чем мы втроем уйдем».
«Вы собираетесь противостоять армии Королевских Рыцарей втроем?» — спросил лорд Рамав, глядя Тому в глаза.
«Конечно, лорд Рамав, вы не думаете, что мы явились в самую бурю без пути отступления?», — ответил Том, и в его глазах заиграла искорка веселья. «Или вы готовы сражаться с ними от нашего имени, объявив гражданскую войну, прежде чем будете к этому готовы? Большинство этих рыцарей верны отдельным дворянским родам, и я уверен, что многие присоединятся к вашему делу, но для этого потребуется время».
«Как будто Незари согласится защищать Лонгстрадия», — с насмешкой добавил Алеф. «К счастью, мой союз с Зирелем нанесет гораздо больший ущерб репутации семьи Ноттракон, чем то, что меня нашли в твоем поместье, но давай не будем притворяться тем, кем мы не являемся», — резко сказала она, не сдерживаясь.
Лицо лорда Рамава потемнело, но на его лице не было видно ни намека на гнев.
«Ты спасла мою дочь, Алеф из дома Лонгстрадия», — сказал лорд Рамав, и в его голосе слышалась благодарность, смешанная с чувством вины. «За это я буду вечно благодарен тебе и буду честен с тобой. Это правда, если мы хотим объединить дворянские дома для достижения нашей цели, мы пока не можем привлечь Королевских Рыцарей. Они не поднимут на нас руку, пока границы не будут четко обозначены», — признал он.
«Я не ожидала ничего другого. Ты обречен, лорд Рамав. Спасая твою дочь, я поставила тебя на путь столкновения с Ноттраконами, теми, кто убил моих родителей, мою сестру, всю мою семью. Победишь ты или погибнешь, меня это не волнует. Ноттраконы будут страдать, и даже если они выживут, будет известно раз и навсегда — доверять дому Ноттракон значит привести себя к гибели», — Алеф смотрела лорду Рамаву в глаза, произнося каждое слово, подчеркивая значение жизни, которую она спасла.
Валерия поморщилась.
Выражение лица лорда Рамава стало мрачным.
Том успокаивающе положил руку на плечо Алеф.
«Я говорил о подарке, лорд Рамав», — повторил Том.
«Подарок...», — задумчиво произнес лорд Рамав. «Твои подарки довольно тяжелые, Синрак. Ты — ходячий парадокс. И Лонгстрадия, и Ноттракон объединились под твоим знаменем. Что ты представляешь, я не знаю. Но продолжай, я хотя бы выслушаю тебя».
«Как могут подтвердить мои товарищи, лорд Рамав, я человек с необычными способностями», — начал Том.
«Это так, лорд Рамав», — вступил в разговор Зирель. «Если бы вы двое сражались, я бы поставил на него все свои деньги», — добавил он.
После этих слов взгляд лорда Рамава стал более пристальным, и он посмотрел на Тома по-новому. Обычно пожилой аристократ имел больше возможностей, чем Том, и обе стороны это знали.
Но слова Зиреля Кована Ноттракона нельзя было игнорировать.
«Итак, я задам вам вопрос, а потом дам ответ. Если вы выиграете эту войну, лорд Рамав, что я и надеюсь, мне интересно, какое королевство вы построите. Скажите, какой правитель, по-вашему, больше всего остаётся в памяти народа спустя века после своей эпохи?» — спросил Том.
Зирель посмотрел на Тома с интересом, а Алеф подняла бровь, услышав вопрос.
Ничто в поведении Тома не указывало на то, что он интересуется правящим классом, но ему удалось задать вопрос, ответ на который интересовал всех в комнате.
«Мудрый король, который мыслит шире, чем его возраст», — ответил лорд Рамав Незари, немного подумав над вопросом Тома, пристально глядя ему в глаза.
«Неправильно», — спокойно ответил Том. «Я мог бы сказать вам, что это добрый король. Милосердный. Я мог бы сказать вам, что это усердный король, что работает ради будущего. Мудрый король, думающий не на годы, а на десятилетия вперед. Но это не так. Люди капризны, лорд Рамав. Память их коротка», — объяснил Том.
«Тогда в чем же ответ?» — Лорд Рамав смирился и задал вопрос человеку, которого признавали и Лонгстрадия, и Ноттракон.
«Король, который осмеливается бросить вызов существующему положению вещей, — вот единственный, кого помнят, лорд Рамав. Подумайте о том, что талант — это не только кровь, текущая в ваших венах, что Реновия — это не только Благородный Район, что управление — это не только угнетение. Подумайте об этом, и я обещаю вам, лорд Рамав, ваш мир станет более интересным местом», — Том дал лучший совет, который мог, основываясь на истории другого мира.
Ничто из сказанного Томом не заставило бы лорда Рамава что-либо сделать, не после того, как его действия втянули его в войну.
Если он победит, это будет его заслугой, а если проиграет, то будет то же самое.
Но Том мог попробовать. Вернее, он не мог удержаться от попытки.
Алеф моргнула.
Зирель посмотрел на него, как будто у него выросла вторая голова.
Валерия казалась немного ошеломленной.
Лорд Рамав просто удержал взгляд Тома, прежде чем произнести свои слова, медленно и взвешенно: «Пока я жив, Синрак Вералис, я не забуду твое имя».
Том встретил его взгляд и кивнул.
«Желаю вам удачи», — сказал он. «А теперь, думаю, мы можем немного прибраться в вашем дворе перед уходом. О, и Валерия, дай Зенакрису шанс, ладно? Он ведь действительно тебя любит», — добавил Том, прежде чем развернулся и распахнул массивные двери поместья.
[Прим. пер.]: Кто хочет поддержать меня, в комментариях есть ссылка на бусти