Глава 194.0

Янь Цинъян тоже услышала крики Су Цзя. В ярости она обернулась и увидела, что тот уже догнал их. Его красивое лицо сияло улыбкой, и в мгновение ока он оказался рядом, протягивая руку, чтобы ухватить её за рукав, и снова громко воскликнул:

— Жена!

— Отвали! — взорвалась Янь Цинъян. — Су Цзя! Ты что, зелье не то выпил?!

— Жена, неужели ты меня не узнаёшь? — Су Цзя сделал обиженное лицо, его глаза даже слегка подрагивали, будто вот-вот наполнятся невинными слезами. Он достал из-за пазухи маленький предмет и сказал: — Разве ты забыла? В детстве нас помолвили! Вот, взгляни — это же символ нашей любви!

С этими словами он протянул руку к Янь Цинъян, раскрыв ладонь. Та взглянула вниз и увидела маленькую деревянную фигурку. Надо признать, резьба была ужасной — с трудом можно было разобрать, что это вообще ребёнок, да и черты лица выглядели откровенно уродливо. Янь Цинъян нахмурилась, и Су Цзя поспешно добавил:

— Вспомнила, да? Это ты мне подарила! Это же я в детстве! А я тебе тоже вырезал фигурку — наверное, ты её до сих пор хранишь!

Янь Цинъян подняла голову и увидела, что в глазах Су Цзя читается искренняя надежда — казалось, он и вправду не лжет. Холодно бросила:

— Ты ошибся. Я никогда не дарила таких вещей и не получала деревянных фигурок.

С этими словами она развернулась, собираясь уйти. Су Цзя в панике схватил её за руку:

— Как так?! Я не могу ошибиться! Разве ты не носишь нефритовый кулон в виде веера? Он с тобой с детства — я точно помню!

Янь Цинъян с недоумением посмотрела на него. Этот человек и вправду был странным. Раньше она думала, что он — Фань Е, и он вёл себя с ней откровенно враждебно. Почему же спустя пять лет его отношение так резко изменилось? Припомнив ту ночь пять лет назад, она осознала: Су Цзя действительно прекратил попытки убить её лишь после того, как увидел нефритовый кулон. Но какое это имело значение? Все его рассказы о детстве — чистейший вымысел. Она точно не та, кого он ищет.

— Младший брат Су Цзя, — взмахнула рукой Янь Цинъян, — нефритовый кулон — просто совпадение. Ты и вправду перепутал меня с кем-то другим.

— Мне всё равно! — Су Цзя спрятал деревянную фигурку за пазуху, продолжая ухмыляться. — Как ни крути, ты моя жена! Может, у тебя память отшибло, но рано или поздно ты вспомнишь! Хе-хе, пошли, жена? Я тебя защищу!

— Прекрати так меня называть! — Янь Цинъян в ярости рявкнула на него.

— Пфф! — Юнь Лэлэ не смог сдержать смех, наблюдая за этой сценой.

Янь Цинъян бросила на него убийственный взгляд, стремительно приблизилась и прошипела:

— Быстро летим! Надо от него оторваться!

С этими словами она влила духовную силу в летающий меч, и тот рванул вперёд с такой скоростью, что свист стоял в ушах. Юнь Лэлэ, всё ещё хихикая, помчался следом. Но Су Цзя и не думал отставать. Его меч, подарок Небесного Столпа-Чжэньжэня, был высокого ранга — сколько Янь Цинъян ни старалась, оторваться не удавалось. После долгого полёта она сдалась: она пришла в Тайну Небесных Механизмов за Цветком Одухотворения, а неизвестно, сколько ещё продержится этот секретный дворец. Лучше сосредоточиться на главном. Снизив высоту, Янь Цинъян начала внимательно осматривать местность в поисках заветного цветка. Она больше не обращала внимания на крики Су Цзя.

Образ духоцвета уже проявился на каменной стеле — это был маленький цветок с белыми лепестками, пышный и многослойный. Янь Цинъян внимательно осматривала местность внизу, иногда опускаясь ниже, чтобы рассмотреть детали. Что касается Юнь Лэлэ, то она сосредоточилась на поиске духовных растений и целебных трав. Су Цзя же всё время следовал за Янь Цинъян, без умолку болтая без всякого повода.

— Эй, красавица, ты... — удивлённо произнёс Су Цзя, идя следом.

**Шшш!** Внезапно Янь Цинъян развернулась, и длинный меч упёрся в шею Су Цзя.

— Ещё раз так назовёшь — убью! — прорычала она, глаза её пылали яростью.

— Ладно, ладно! — Су Цзя, видя, что разозлил её, поспешно поднял руки с улыбкой. — Не буду, Аян. Что ты ищешь? Может, я помогу?

Янь Цинъян проигнорировала его, но в душе её копилось раздражение, и она невольно нахмурила брови.

— Эх, красавица, не хмурься! Такая юная, а всё время ходишь с кислой миной! — Су Цзя снова подлетел к ней с ухмылкой.

— Юнь Лэлэ! — гневно крикнула Янь Цинъян.

Юнь Лэлэ, не скрывая довольной улыбки, подошtk к ним.

— Помоги избавиться от него, и я тебя отблагодарю! — сквозь зубы прошептала ей Янь Цинъян, едва сдерживая ярость. Сказав это, она вскочила на летающий меч. Юнь Лэлэ и Су Цзя тут же последовали за ней. Но вскоре Янь Цинъян резко развернулась и помчалась на северо-запад. Су Цзя хотел было последовать за ней, но Юнь Лэлэ преградил ему путь, лучезарно улыбаясь:

— Эй, старший брат Су Цзя, нам с тобой — в другую сторону.

— Прочь! — взмахнув широким рукавом, холодно бросил Су Цзя. В одно мгновение его лицо покрылось ледяной холодностью — ни следа не осталось от прежней подобострастной угодливости.

— Хе-хе! — Юнь Лэлэ усмехнулcz, в глазах мелькнула хитринка. Взмахнув рукавом, он запустил в Су Цзя магический талисман, опутавший его.

Тем временем Янь Цинъян, разогнав летающий меч, мчалась вперед. Лишь спустя некоторое время она оглянулась и, не увидев преследования, наконец расслабилась. В душе она невольно похвалила Юнь Лэлэ — тот всегда находил способ добиться своего.

Избавившись от Су Цзя, Янь Цинъян почувствовала облегчение. Она опустилась на землю и продолжила поиски духоцвета. Вокруг, как и при их входе в Тайное Убежище Небесных Тайн, возвышались исполинские деревья. Странно, но за все это время она не встретила ни одного духоцвета. Легкий ветерок колыхал высокую траву, а листья на деревьях шелестели. Если бы не ветер, здесь царила бы абсолютная тишина. Янь Цинъян вздохнула и снова поднялась в воздух. Вскоре перед ней возникла высокая гора, уходящая вершиной прямо в облака — разглядеть, что там, было невозможно. Это было необычно: до сих пор она видела лишь равнины, покрытые гигантскими деревьями и травой, но никаких гор.

Направив меч к вершине, Янь Цинъян приблизилась и поняла, что склоны настолько отвесны, что взобраться невозможно — только лететь. Она продолжила подъем. Чем выше она поднималась, тем сильнее становился ветер — не просто сильный, а обжигающе-горячий. С каждым мгновением порывы усиливались, жар становился нестерпимым. Вскоре Янь Цинъян едва могла удержаться — ветер резал кожу, словно раскаленные лезвия. Она подняла голову: гора, как и прежде, терялась в облаках, вершины не было видно. Черные скалы вокруг были абсолютно голыми — ни травинки, ни лишайника.