Глава 171.0
Глава 171
* * *
После окончания совещания Юриен встретился с верховным жрецом наедине. Когда они остались вдвоём, первым заговорил верховный жрец.
— Насколько вам известно о ней, владелец священного меча?
— Что вы имеете в виду?
— Я спрашиваю, известно ли вам, что она паломница?
— …Паломница?
Это слово было ему незнакомо. Видя замешательство Юриена, верховный жрец спокойно объяснил:
— Паломницей называют ту, что прошла испытание Кайросгиоса и получила дарованное богом чудо, предназначенное для людей. «Ежели Меч Времени признал сию странницу достойной, стало быть, воля Божья — с паломницей. Посему, слугам Божьим негоже преграждать ей путь».
Верховный жрец тихо осенил себя святым знаком, после чего пояснил вновь, на этот раз более конкретно, чем принято у жрецов:
— Мы называем паломниками тех, кто, вернувшись в прошлое, заново проходит уже прожитое время.
Это было совершенно неожиданное откровение.
[Боже, верховный жрец знал об этом? Но как? Неужели Кайросгиоса сам рассказал им?]
Священный меч растерялся. Юриен с трудом скрыл потрясение и пристально посмотрел на верховного жреца.
— Говорите, она вернулась в прошлое? Но как верховный жрец мог узнать об этом?
— Разве не страннее было бы не заметить использования Кайросгиосы? Жрецы Азенки всю жизнь служат Богу и охраняют божественный меч.
Верховный жрец мягко улыбнулся.
— Кто именно является паломником, мы убедились совсем недавно, однако сам факт появления паломника был известен нам с самого начала. Просто мы хранили молчание, так как по правилам не вмешиваемся, пока паломник сам не откроет себя. Так было и в те времена, когда появился первый паломник.
— Первый паломник… Вы имеете в виду легендарного мечника демонического меча?
— Время появления совпадает, однако записи о мечнике демонического меча недостаточно точны, чтобы утверждать наверняка. Мы можем лишь предполагать, что это был он. Великий Храм способен узнать о существовании паломника по изменениям Кайросгиосы, но не его личность.
Похоже, верховный жрец не знал, каким образом Эхинацея вернулась в прошлое, и через какие кошмары ей пришлось пройти. Юриен не знал, считать ли это удачей или наоборот. Он выровнял дыхание и снова спросил:
— Какие изменения произошли с Кайросгиосой, что позволили Великому Храму узнать о паломнике?
— Кайросгиоса — меч, созерцающий время, и потому он всегда бодрствует. Однако после сотворения столь великого чуда, как возвращение времени вспять и перестройка всего мира, он на некоторое время впадает в сон для восстановления сил. Тогда свет, постоянно струящийся по его клинку, полностью исчезает. Именно это и произошло на рассвете 17 марта.
— Значит, так вы и узнали.
— Да. В прошлом, когда появился первый паломник, тогдашний верховный жрец, увидев такое явление, сильно растерялся. Проснувшийся после отдыха божественный меч прошептал ему слова Божьи. Эти записи передавались из поколения в поколение, и теперь мы знаем значение этого явления.
— Возможно, и в этот раз меч дал пророчество?
— Строго говоря, это не пророчество, а слова Божьи. Скорее объяснение уже произошедшего чуда.
— Понятно…
[Я совершенно не знал об этом. Кажется, даже Бардер не знал. Впрочем, теперь понятно, что было бы страннее, если бы Великий Храм ничего не заметил. Ведь они ежедневно наблюдают и фиксируют всё, что происходит с божественным мечом.]
Священный меч тихо вздохнул. Юриен помедлил и спросил:
— Верховный жрец, вы можете поделиться со мной услышанными словами Божьими?
— Подробности я могу сообщить лишь самой паломнице. Прошу понять, что даже то, что я сейчас говорю о паломнице, уже является исключением для Великого Храма.
— …Хорошо, я понимаю.
Кивнув, он спросил другое:
— Вы говорили, что до недавнего времени не знали, кто именно паломник. Можете ли объяснить, почему вы убедились, что это именно она, и почему решили вмешаться?
— Учитывая текущую ситуацию, а также её способность владеть демоническим мечом, не поддаваясь его влиянию, и её невероятный уровень мастерства, мы пришли к выводу, что паломницей является именно сэр Эхинацея Роаз. Она не раскрывала себя, поэтому мы собирались хранить молчание, но возник риск, что её могут обвинить в связях с нечистыми силами. Поэтому мы решили проявить гибкость.
— И поэтому вы выступили с гарантиями в её пользу. Это действительно очень помогло. Искренне благодарю вас. Есть ли что-нибудь, чего вы хотели бы взамен?
Верховный жрец отрицательно покачал головой.
— Нет, ничего. Человек, признанный божественным мечом достойным совершить чудо, уже признан самим Богом. Поддерживать паломника — обязанность и честь для Великого Храма.
«Ар Себатьем», — верховный жрец снова осенил себя святым знаком и с улыбкой добавил:
— Разве что… если паломница сама позволит, я хотел бы когда-нибудь поговорить с ней лично. Ведь она — человек, собственными силами сотворивший божье чудо.
* * *
Из всех владельцев Гиос единственной, кто ещё не дал согласия на официальное заявление об Эхинацее, была Святая Шай. Юриен отправился к ней, держа в руках документ с подписями других владельцев Гиос, главного администратора и верховного жреца. Шай находилась в палате Ланселрида Роаза, расположенной в штабе Ордена Лазурного Неба.
— Теперь вы хорошо видите? Я впервые провожу такое лечение, поэтому… — осторожный голос девочки доносился из палаты. Верховный жрец Арон, стоявший снаружи, заметил приближающегося Юриена и тихо поприветствовал его. Юриен остановился и решил подождать, не входя в комнату.
— В-всё в порядке, Святая. Я прекрасно вижу.
— У вас ничего не болит? Если что-то не так, пожалуйста, скажите мне.
— Святая, п-прошу вас, не говорите со мной столь уважительно. Уже одно то, что вы меня исцелили, — огромная честь…
— Нет, это не так. Я не смогла вас сразу вылечить, и вам пришлось столько времени мучиться. И когда сестрица Эхи заболела, я тоже ничем ей не помогла… Я правда во многом недостаточно хороша…
Ланселрид отвечал запинаясь, а Святая печально вздохнула. Затем послышался удивлённый голос юноши:
— Вы знакомы с моей сестрой? Но откуда?..
Хотя графу и графине Роаз, находящимся сейчас под защитой на загородной вилле, уже объяснили большую часть ситуации, сам Ланселрид Роаз, всё это время лежавший в постели, совершенно ничего не знал об Эхинацее.
— Конечно. Ведь именно благодаря сестрице я смогла попасть в Азенку. Сестрица Эхи — очень сильная и удивительная.
Даже по голосу было понятно, что Святая сильно покраснела. Ланселрид в полном недоумении переспросил: «Что? Моя сестра — какая?..» Юриен решил, что подслушивать дальше невежливо, и отошёл чуть в сторону, задумавшись о другом.
Ланселрид Роаз почти не помнил события, произошедшие во время его пребывания в заложниках. Большую часть времени он был без сознания, да и сильные боли, которые юноша пережил, могли вызвать потерю памяти. Юриен считал, что лучше забыть произошедшее, поэтому не пытался восстановить его воспоминания. Даже без свидетельств Ланселрида существовало достаточно способов доказать преступления второго принца.
Вскоре Шай вышла из палаты. Увидев Юриена, ожидавшего её в конце коридора, девочка удивлённо распахнула глаза.
— Командир?
— Я пришёл попросить тебя кое о чём.
Юриен спокойно объяснил ей суть официального заявления, которое собирался опубликовать Орден Лазурного Неба. Поскольку Шай научилась читать совсем недавно, ей было трудно понять многие моменты, и объяснение заняло немало времени. Наконец разобравшись, девочка восхищённо сложила руки вместе.
— Так значит, сестрица тоже владелец Гиосы! Я так и знала!..
— Мы собираемся официально признать её владельцем Бардергиосы. Это вопрос, который другим людям будет трудно принять сразу, поэтому было бы лучше показать, что все владельцы Гиос единодушны. Для этого нужна и твоя подпись. Ты согласна?
Шай удивлённо заморгала большими глазами.
— Люди не верят, что сестрица — владелица Бардергиосы? Почему?
— Бардергиоса — демонический меч, созданный из злобы и жажды убийства. До сих пор все, кто владел этим мечом, становились кровожадными дьяволами. Поэтому сомнения неизбежны.
— Но ведь сестрица не хочет никого убивать. Это видно сразу, разве нет?
Шай недоумённо наклонила голову. Юриен слегка горько улыбнулся.
— Людям страшно, поэтому они не могут легко поверить.
— Люди боятся сестрицу?
— Если она совершит ошибку, они могут погибнуть. Это неизбежно.
— А разве нельзя сделать так, чтобы никто не боялся?
— Чтобы появилась вера, изменилось общее мнение и ушёл страх, нужно время. Официальное признание от Ордена Лазурного Неба — способ сократить это время.
— Значит… вы собираетесь сказать всем вместо неё, что сестрице можно доверять? Если так, я готова сделать всё, что угодно.
Шай, до этого напряжённо хмурившая маленький лобик, решительно произнесла эти слова. Юриен на мгновение потерял дар речи, затем ответил уже более мягко:
— Да. Подписать этот документ и согласиться с ним — значит именно это. А ещё это означает, что если она вдруг совершит ошибку, мы её остановим.
— Сестрица не совершит ошибки. Но если вдруг это случится… ведь вы и другие её остановите, правда? Я сама не смогу остановить сестрицу, но зато смогу исцелить тех, кто пострадает… Поэтому я думаю, что всё будет хорошо.
Шай слегка замялась, но ответила уверенно, после чего неумело расписалась на протянутом Юриеном документе.
— Я хочу, чтобы все перестали бояться сестрицу. Она ведь и правда очень хороший человек.
Девочка застенчиво улыбнулась.
* * *
1 сентября 1629 года.
Наследный принц империи Круэн де Харден Кирие поднял восстание против императора Лораса де Харден Кирие. Началась гражданская война.
Армия наследного принца, состоявшая в основном из личных войск дворян, явно уступала имперской армии по силе. Уже в первом сражении, когда имперские войска атаковали замок, в котором укрылся наследный принц после бегства с собрания дворян, армия принца потерпела сокрушительное поражение. Принц был вынужден быстро оставить замок и с трудом сохранил остатки своих сил, отступив.
Однако превосходство имперских войск продлилось недолго, поскольку на стороне наследного принца была правда и законность его притязаний.
После того как раскрылись заговоры, связанные с демоническим мечом, большинство прежде нейтральных сил перешло на сторону наследного принца. Решающее значение имело присоединение орденов рыцарей-стражей, защищавших различные регионы. С их помощью армия принца смогла дать отпор имперским войскам.
Имперские войска, преследовавшие отступавшую армию наследного принца, понесли значительные потери в результате засады рыцарей-стражей в битве близ реки Ривиоре. Это замедлило продвижение имперских сил, позволив принцу закрепиться и реорганизовать свои войска.
В это же время часть рыцарей Лазурного Неба, направленная из Азенки, прибыла в лагерь наследного принца. Это был отряд подкрепления под командованием Грегори, рыцаря Лазурного Неба, уроженца империи.
Сам командир Ордена Лазурного Неба не присоединился к армии принца, чтобы избежать путаницы в командовании. Несмотря на то, что конфликт был связан с Гиосой, это оставалось внутренним делом империи, поэтому владельцы Гиос также не предприняли никаких действий, избегая обвинений во вмешательстве во внутренние дела.
Подкрепление от Ордена Лазурного Неба состояло преимущественно из рыцарей и добровольцев, родом из империи. Хотя их было немного, этого оказалось достаточно, чтобы склонить чашу весов в противостоянии с имперскими силами. Один только Мастер был способен сравниться с целым отрядом, а сопровождавшие его младшие рыцари также стоили по пять-шесть обычных бойцов каждый. С этого момента армия наследного принца начала теснить имперские войска.
Наследный принц не желал затягивать гражданскую войну. После крупной победы над имперской армией в первой же битве после прибытия подкрепления Ордена Лазурного Неба он начал стремительное наступление на столицу. Имперская армия, уступавшая как в силе, так и в правоте, быстро распадалась и массово капитулировала.
23 ноября, примерно через три месяца после начала войны, столица империи Кирие — Харден — была осаждена армией наследного принца.
Оставшиеся имперские войска были немногочисленны, падение города казалось вопросом времени. Однако события приняли неожиданный оборот. Император оставил столицу и бежал в крепость Галлосос, прихватив с собой императорскую печать Серебряного льва и ключевые документы.
В крепости Галлосос собрались остатки имперской армии, вся императорская гвардия, мудрец Херейс Леопольд с верными ей магами, а также приспешники герцога Диасанта и остатки дворян, поддерживавших второго принца, которым было уже поздно менять сторону.
Крепость Галлосос возвели на неприступной местности, окружённой отвесными скалами, с единственной узкой дорогой, ведущей к ней. За всю историю её ни разу не удавалось взять штурмом. Из этой крепости император отправил посланников просить помощи у других стран и одновременно захватил послов наследного принца, прибывших с предложением капитуляции.
Попытка армии наследного принца захватить крепость Галлосос закончилась сокрушительным поражением. Отряд, пытавшийся проникнуть в крепость, обойдя гору, был остановлен мудрецом и магами. Галлосос устоял. Гражданская война грозила перерасти в затяжную осаду.
И вот, 1 декабря, когда армия наследного принца была в отчаянии после поражения под Галлососом, перед ними появилась владелица демонического меча.