Глава 26.0

Глава 26

Тео тихонько присвистнул.

— Красивая, ничего не скажешь. Хоть глаз радуется среди всей этой толпы мрачных курсантов.

— А какая польза от красоты для того, кто собирается стать рыцарем? Хотя, может, конкретно от нее толк и будет, если верить слухам. — Михаил скривил уголок рта. Девушка и правда была хорошенькой, но, по его мнению, старшая сестра Тереза намного красивее.

Возле Эхинацеи Роаз не было никого. Вокруг нее словно образовалась невидимая стена. Прибывающие курсанты старательно обходили ее стороной и садились подальше. Однако одна из только что вошедших курсанток уверенно направилась прямо к ней.

— Это же Алиса Винтербелл?

Алиса, одетая в безупречно сидевшую форму, подошла к Эхинацее и что-то ей сказала. Эхинацея ответила равнодушно, но когда Алиса села рядом, она явно удивилась. Алиса улыбнулась, что-то произнесла, и Эхинацея, смущенно отводя взгляд, вздохнула, опираясь подбородком на руку. Затем она слегка улыбнулась. Эта улыбка была такой, будто девушка пыталась ее скрыть, но радость все равно просачивалась наружу. На лице на мгновение мелькнуло выражение смущения и застенчивости, но вместе с тем и неподдельного счастья.

— …О.

Михаил, все это время наблюдавший за ней, увидел и эту улыбку. Внутри него что-то странно дрогнуло.

— А, а?

Юноша глупо пробормотал себе под нос. Что это сейчас было? Что за странное чувство? Да просто девчонка слегка улыбнулась, и все. Михаил потер глаза и снова взглянул на Эхинацею, затем дал самому себе пощечину.

— Ты что творишь?

Тео спросил с недоумением. Михаил, с покрасневшей щекой, упрямо уставился прямо на арену.

— Ничего.

В душе странно бурлило. Михаил обратил это чувство в гнев. Стыдно и нелепо отвлекаться на девчонку, которая наряжается в платье, чтобы привлекать мужское внимание. Юноша почувствовал раздражение и стыд за самого себя. Восемнадцатилетний Михаил, самый молодой среди поступивших в академию в этом году, крепко сжал ножны меча. Хотелось, чтобы его очередь наступила поскорее.

— Номер семь, Михаил фон Фран Альмари! Номер восемь, Эхинацея Роаз!

Голос старшего курсанта Иана громко назвал их имена. Михаил резко поднялся и вышел на арену. Навстречу ему легко и грациозно шла Эхинацея. Глядя на девушку в белом платье, Михаил почувствовал себя не на соревновательной площадке, а на балу.

Если бы это был бал, он, наверное, приложил бы руку к груди, изящно поклонился и пригласил ее на танец. Михаил невольно подумал об этом и тут же поморщился. Все из-за того, что она наряжается и сбивает с толку. Вся вина на ней. Надо просто разбить эту «леди» в пух и прах и забыть о ней. Юноша сердито уставился на Эхинацею.

— …Победителю — милосердие и великодушие, проигравшему — смирение и признание поражения. Пусть в клинках дуэлянтов пребудут честь и справедливость. Ар Себатьем.

Третий курс, помогавший с организацией дуэлей, произнес торжественную фразу, направив между ними меч, после чего отступил. Как только меч был убран, началась дуэль. Михаил поднял меч вертикально. Фехтовальный стиль его семьи, Фран Альмари, ориентирован на прочную защиту и последующую контратаку. Тереза именно таким стилем достигла звания мастера и заняла место почетного гвардейца. Михаил не сомневался в своем мастерстве.

«Ну же, нападай! Только попробуй!..»

Но Эхинацея не бросилась сразу в атаку. Опустив меч под углом, она внимательно осмотрела Михаила. Ее фиолетовые глаза спокойно изучали юношу. Михаила это раздражало. Чего она ждет? О чем думает?

В какой-то момент девушка двинулась вперед. Раз — шаг вперед, два — опущенный меч описывает полукруг и взмывает вверх. Михаил, просчитав траекторию, приготовился отразить удар. И три…

Звяк.

Меч Михаила взлетел в воздух. Никто не успел понять, что произошло, пока оружие не упало на пол арены с громким звоном. Юноша растерянно уставился на свою опустевшую руку. Легкий ветерок шевельнул его челку. Михаил поднял взгляд. Кончик меча Эхинацеи остановился прямо перед его лбом. За мечом фиолетовые глаза девушки мягко улыбались ему, словно перед ней стоял милый ребенок.

— …Номер восемь, Эхинацея Роаз, победа.

— Что… что это было?

— Ты видел?

— Как это вообще случилось?

После ошеломленного объявления третьекурсника поднялся гомон. Эхинацея спокойно убрала меч и вернулась в зал ожидания. Ее каблуки отчетливо стучали по полу. Михаил стоял, словно лишившись души. Третьекурсник подошел и слегка толкнул его, приводя в чувство. Михаил покраснел от шеи до лба и вместо зала ожидания выбежал наружу.

Тео подумал, что сосед по комнате сбежал от стыда после такого нелепого поражения, и отправился за ним. Некоторое время он искал Михаила рядом с тренировочным залом и наконец заметил знакомые золотистые волосы. Михаил стоял у стены тренировочного зала, упираясь лбом в стену.

— Михаил, ты что, расслабился и…

Тео уже собирался подшутить над ним и положил руку ему на плечо, но, увидев выражение его лица, осекся. Лицо Михаила все еще было ярко-красным, а зеленые глаза затуманились. Когда ангельский на вид юноша сделал такое лицо, это выглядело странно опасным. Тео растерялся и, запинаясь в словах, похлопал его по спине.

— Эй, ты в порядке? Ну, бывает, все иногда ошибаются. Ничего страшного.

— Это была не ошибка.

— Что?

— Я говорю, это была не ошибка. Ты что, не видел?

— Чего не видел?

— Если не понял, то и не надо, придурок. Живи дальше и не понимай. Люди видят ровно столько, сколько способны понять.

— Ты совсем с ума сошел? Что ты несешь?

Михаил крепко прижал ладони к раскрасневшимся щекам и пробормотал зачарованным голосом:

— Я впервые встречаю такую девушку, как она.

— …

Тео решил, что сосед по комнате окончательно потерял рассудок от шока после столь стремительного поражения. Михаил несколько раз растер лицо, затем хлопнул себя по щекам обеими руками и, наконец, успокоил взгляд.

— Пошли.

— Куда?

— Смотреть дальше. Нельзя пропустить ни одного ее боя.

— …Кого? Леди?

— Да, пошли быстрее. И смотри внимательно, не отрывая глаз. Потом еще спасибо мне скажешь.

Михаил почти силой потащил Тео к зрительским местам. Тео, растерянно позволив себя протащить несколько шагов, наконец высвободил руку.

— Эй, ты-то уже вылетел, а у меня еще бой впереди, забыл?

— А.

Михаил несколько раз моргнул, а затем серьезно спросил:

— Я правда вылетел?

— Ты что, совсем уже бредишь?

— Но я так хотел поучаствовать в охоте на монстров…

— Забудь. Иди лучше умойся и ложись спать.

— Ладно, не страшно. Когда закончится турнир, просто вызову на дуэль кого-нибудь из первой тройки.

Михаил мрачно усмехнулся. Тео презрительно фыркнул, не веря своим ушам.

— Ты, вылетевший с одного удара мечом леди в первом же раунде? Тебе не стыдно? Похоже, тебе надо больше тренироваться.

— Когда закончится этот турнир… — Михаил положил руку на плечо Тео, направляясь к зрительским местам. Юноша опустил золотистые ресницы и прошептал словно во сне: — Никто не посчитает позором проиграть ей.

— …Что ты имеешь в виду? Проиграть леди — это что, нормально?

— Сам увидишь. Так что смотри внимательно. Это тебе нужно больше тренироваться.

Михаил подтолкнул Тео к лестнице зрительских трибун. Тео в недоумении почесал затылок и отправился обратно в комнату ожидания.

* * *

Эхинацея Роаз ни о чем не думала. Несмотря на то, что она намазалась мазью от боли в мышцах, выпила антибиотики, заварила себе имбирный чай и хорошенько выспалась, тело все равно ощущалось тяжеловатым. Из-за этого ей было лень что-либо делать.

«Я устала, надо поскорее закончить».

После того как она решила занять первое место на турнире новичков, у нее были планы слегка устроить представление. Ничего особенного — просто продемонстрировать несколько эффектных приемов, чтобы привлечь внимание юных учеников.

Но из-за оставшейся слабости ей стало лень даже это. В конце концов, достаточно просто одержать победу, настолько убедительную, чтобы не пошли грязные слухи. Встав перед первым противником, Михаилом, она решила завершить бой как можно быстрее.

Когда юноша занял позицию, ее вдруг накрыли смутные воспоминания. Он стоял в той же стойке, что и владелица Гиоса, Тереза, которая когда-то задержала ее, чтобы дать сбежать Дитриху.

«Он же ее младший брат. Неудивительно».

Эхи не помнила четко, как именно убила Михаила в прошлой жизни. Он был лишь одним из многих, кого она сразила, словно скашивая солому. Девушка запомнила его только потому, что позже увидела, как прибывшая в Азенку Тереза рыдала над его телом.

Тереза использовала оборонительный стиль боя. Ее меч был подобен крепостной стене — прочный, величественный и прекрасный. Этот стиль идеально подходил и ее характеру, и ее Гиосе, Димонгиосе. Ведь Димонгиоса — «меч для защиты», созданный из человеческой печали и стремления защищать.

«Он взял сестру за образец для подражания. Но, кажется, оборонительный стиль ему не очень подходит».

Уже по одной его стойке она могла это понять — благодаря опыту боя с Терезой.

«Может, позже дать ему пару советов? Хотя бы ради Терезы…»

С такими мыслями Эхи подняла меч. Используя очевидную брешь в защите, она одним движением выбила меч из рук Михаила и тут же приставила острие ко лбу, закончив бой. Его ошеломленное лицо выглядело свежим и живым. Он был жив. Тереза тоже жива, и наверняка они с братом сейчас близки. Даже в таких мелочах Эхи ощущала, что не зря вернулась назад во времени. От этой мысли она слегка улыбнулась.

Когда Эхи вернулась в комнату ожидания, к ней подошла Алиса. Она смотрела на Эхи сияющими глазами и тихо произнесла:

— Вы показали себя совсем иначе, чем во время нашего поединка, мисс Роаз.

— …Просто зовите меня по имени, мисс Винтербелл.

— Можно?

— И говорите со мной проще. Я не выношу этой официальности.

Когда дистанция была больше, формальное обращение казалось естественным. Но теперь, когда на нее смотрели такими восхищенными глазами и говорили подобные слова, Эхи чувствовала себя ужасно неловко. Высказав наконец то, что давно хотела сказать, она осторожно села, стараясь не помять платье, и полностью проигнорировала взгляды других кадетов, столпившихся вокруг.

— Если я буду обращаться проще… вы снова согласитесь со мной потренироваться?