Глава 16.0

Глава 16

Теперь Юриен оказался так близко, что стоило лишь протянуть руку, чтобы коснуться его. Казалось, что от напряжения вот-вот лопнут сосуды. Он схватил ее за запястье, застывшее в неподвижности.

— Хыт…

Движение не было грубым или резким. Напротив, оно было медленным и осторожным. Но она так испугалась, что едва сдержала крик, и из ее горла вырвался странный звук. Чуть было не ударила его, не оттолкнула инстинктивно.

Юриен осторожно обхватил ее ладонь и внимательно посмотрел на нее. К несчастью, это была правая рука. Под ее шелковой перчаткой скрывался знак проклятого меча. Лицо Эхи побледнело. К счастью, он не попытался снять перчатку. Юриен не был человеком, способным на такую грубость. Даже то, что он так внезапно взял ее за руку, уже для него невероятно необычный поступок.

Юриен внимательно рассматривал руку девушки, затем легко провел большим пальцем по ладони. Он не почувствовал ни единой мозоли. Рука была маленькой и мягкой. В отличие от нее, руки Юриена, несмотря на его утонченную внешность, были крупными и грубыми — руками настоящего рыцаря. Эхи невольно вздрогнула. Даже этот легкий контакт через перчатку вызвал у нее мурашки. Причиной тому был не только скрытый под тканью знак проклятого меча.

Он некоторое время молча смотрел на ее руку. Его опущенные серебристые ресницы были длинными. Наконец он тихо прошептал:

— Эта рука не создана для того, чтобы держать меч.

Эхи больше не могла терпеть и, резко повернув запястье, высвободилась из его руки. Юриен не стал ее удерживать. Его голубые глаза спокойно смотрели на нее.

— Спрошу еще раз. Почему ты хочешь стать рыцарем?

Девушка молчала. Почему она хочет стать рыцарем? Что ей ответить? Хотя по пути в Азенку подготовила ответы на множество возможных вопросов, подобную ситуацию она даже не могла себе представить. «Если он узнает правду, то возненавидит меня. Если не узнает — просто не обратит внимания. Если он потерял память, то вообще не будет никакого повода для общения», — девушка думала только об этом. Но никогда даже не предполагала, что Юриен вспомнит ее с праздника в честь своего дня рождения и спросит, почему она решила стать рыцарем.

Эхи подняла на него совершенно растерянный взгляд. Юриен ждал ответа, спокойно глядя ей в глаза. Его тихий, ровный взгляд знаком Эхи. Встревоженное сердце постепенно успокаивалось под этим взглядом. В ее стертом прошлом он так же смотрел на нее, ожидая победы за железными воротами. Она не хотела лгать ему.

Медленно, с трудом девушка произнесла:

— Потому что хочу стать счастливой.

— …

— Возможно, звучит странно, но… я говорю искренне.

Она ожидала, что он спросит, каким образом счастье связано с желанием стать рыцарем, что захочет узнать ее историю. Однако Юриен ничего не спросил. Просто продолжал смотреть на нее и тихо ответил:

— Вот как, понятно.

Она боялась спросить, действительно ли он поверил ей. Сам этот разговор был для нее слишком тяжелым. Желая сменить тему, девушка спросила:

— А вы зачем пришли сюда?

— Я должен спросить тебя. Зачем ты пришла сюда в первый же день после поступления?

Проверить этот целый и невредимый фонтан. Убедиться собственными глазами, что тот факт, что она убила его, полностью стерт. Конечно, Эхи не могла ответить так. Поэтому она просто придумала оправдание на ходу:

— Я просто гуляла и пришла сюда случайно.

Юриен слегка улыбнулся ее словам. Оказывается, он умеет улыбаться. Она никогда не знала этого. Все выражения его лица, которые ей доводилось видеть, были либо бесстрастными, либо полными сострадания, либо спокойными… либо такими, как в тот последний миг, — невыразимыми словами.

Эхи завороженно смотрела на его улыбку. Улыбаясь, он становился еще красивее. Юриен ответил ей мягко, совершенно не подходящим его строгой манере речи тоном:

— Я здесь по той же причине, что и ты.

— Вы тоже вышли на прогулку?

— …Да.

Слишком подозрительно. Прогулка именно сюда? В то самое место, где он погиб в прошлой жизни, в ночь того дня, когда избрал своим оруженосцем девушку, которая его убила? Просто прогулка? Он действительно ничего не помнит? Сомнения закрадывались в ее душу, но проверить их невозможно. Неосторожные попытки выяснить правду слишком опасны.

Эхи некоторое время молча смотрела на него, затем произнесла:

— Я слышала, вы назначили меня своим оруженосцем.

Оруженосец. Тот, кто следует за рыцарем, его спутник. Тот, кто поддерживает рыцаря, стоит рядом с ним на поле боя и защищает его спину. Тот, кто непосредственно обучается у рыцаря, перенимая опыт и навыки. После испытательного срока, став официальным оруженосцем, Эхи должна будет сопровождать его во всех заданиях. Она будет отвечать за отдых и за поддержку со спины. Не та роль, которую можно доверить любому. По крайней мере, никто не доверит свою спину тому, кто однажды его убил.

Значит, Юриен все-таки потерял память. Если, конечно, у него нет какой-то иной цели, по которой он выбрал именно ее. Может быть, у него есть скрытые намерения?

— Почему вы выбрали меня своим оруженосцем?

— Потому что ты… — Юриен замолчал. Нет, он проглотил слова. Улыбка исчезла с лица, и взгляд стал глубоким и серьезным. После долгой паузы он спросил: — Кадет Эхинация, могу я попросить тебя о поединке?

— Поединке?

— Я бы хотел скрестить с тобой меч.

Неожиданное предложение о поединке. Более того, он говорил осторожно, почти просительно. Мог бы просто приказать ей, и это было бы вполне естественно. Напротив, учитывая разницу в их положении — великий командир ордена и новоиспеченная ученица академии — было бы нормальным, если бы Эхи сама умоляла его о таком поединке.

— Я-я…

Эхи невольно отступила назад. Она совсем не хотела скрещивать с ним меч. Юриен был сильнейшим из известных ей рыцарей и самым выдающимся владельцем Гиосы. Она не была уверена, что сможет скрыть свою истинную силу в поединке с ним. Но и отказаться открыто трудно — ведь в обычной ситуации она должна была бы радоваться такому предложению.

— Не обязательно сейчас. В любое время, когда тебе будет удобно.

Видя ее растерянность, он спокойно добавил и снял капюшон. Свободно собранные серебряные волосы рассыпались, и в свете фонаря его лицо полностью открылось ее взгляду. Освещенный мягким светом, он казался окруженным сияющим ореолом.

— Почему я выбрал тебя своим оруженосцем… отвечу после того, как мы скрестим мечи.

Юриен подошел и накинул на плечи Эхи свой плащ. Ее платье было легким, весенним, с открытыми плечами, и темно-синий плащ мягко лег на них. Он аккуратно поправил края плаща.

— Ночи еще прохладные, так что не затягивай прогулку, кадет Эхинацея.

Руки, завязавшие плащ, медленно отстранились. Юриен развернулся и пошел прочь. Когда он, не скрывая своих заметных серебряных волос, пошел дальше, люди вокруг начали узнавать командира ордена и почтительно расступаться, склоняя головы. Юриен лишь слегка кивал в ответ на их приветствия и вскоре исчез из виду. Эхи стояла неподвижно, пока он совсем не пропал из ее поля зрения.

[Что этот парень вообще задумал? Рангиоса, похоже, выбрал себе довольно странного хозяина.]

Лишь услышав бормотание демонического меча, она пришла в себя. Эхи сжала накинутый на плечи плащ Юриена. Кончики ее пальцев дрожали.

Знает ли он о стертом прошлом? Почему помнит ее с того праздника рождения? Почему именно ее выбрал оруженосцем? Почему предложил ей поединок? Что он вообще сейчас думает? Она ничего не понимала. Единственное, что было ей понятно в этот момент — тепло плаща, окутывающее ее плечи.

Неожиданное тепло, которого Эхи не ждала и не искала, медленно проникало в сердце. Но и его значения она не могла понять, как и всего остального.

* * *

В ту ночь Эхинацеи не снились кошмары. Вместо этого ей приснился странный сон. Во сне она была в подземелье замка Азенка. Знакомое место — та самая камера, где она когда-то была заперта. На руках и ногах были кандалы, но она не сопротивлялась. Тело принадлежало не демоническому мечу, а ей самой. Сквозь щель двойной железной двери проникал ослепительный свет. Пока она завороженно смотрела на него, за дверью послышались шаги. Он идет. Почему-то она сразу поняла, что это Юриен.

Эхи поднялась. В тот же миг кандалы на руках и ногах рассыпались в прах. Тело стало легким. Ее шаги, сначала неуверенные, ускорялись по мере приближения к двери. Она открыла дверь. Сереброволосый мужчина стоял, глядя на нее, спиной к яркому свету. Его лицо скрыла тенью. Эхи подняла на него глаза и широко улыбнулась. С сияющей улыбкой на лице она сказала ему: «Спасибо, что дождался меня».

На этом сон закончился. Эхинацея бесшумно открыла глаза. Долгое время она просто смотрела в потолок. Это был не кошмар, но какой-то горьковатый сон. Она глубоко вздохнула и поднялась с постели.

В академии, где сегодня не было занятий, все время, кроме обязанностей временного оруженосца, было свободным. Вставать рано нет необходимости. Однако ее соседка Алиса уже проснулась.

Алиса, судя по влажным волосам, только что вышла из душа и была одета в легкую рубашку и брюки. Заметив сидящую на кровати Эхинацею, девушка нахмурилась. Когда Эхи вернулась вчера вечером, Алиса была в комнате и видела, что ее соседка укутана в явно мужской плащ. Соседка, которая в первый же день после поступления куда-то ушла поздней ночью, а вернулась, завернувшись в мужской плащ. Алиса вспомнила их дуэль и сдержалась, не сказав ничего лишнего.

Так же было и сейчас. Взгляд Алисы скользнул по кружевной пижаме Эхи и остановился на ее руках. На руках были тонкие белые перчатки — не рыцарские, не тренировочные, а изящные женские. Перчатки даже во сне.

— …

На лице Алисы читалось множество вопросов, но она сдержалась и молча отвернулась. Затем, видимо, зацепившись ногой за что-то на полу, резко остановилась, наклонилась и подняла предмет. Лицо ее помрачнело.

— Я решила не вмешиваться, но вот это…

Алиса бросила находку на кровать Эхи. Это было письмо о назначении оруженосцем, которое Эхи вчера прочла и забыла убрать. Алиса сердито вытерла рукой капли воды, стекавшие по шее, и резко сказала:

— Вы специально оставили его раскрытым, чтобы похвастаться? Я и так прекрасно знаю, что вас назначили оруженосцем командира.

Не дожидаясь ответа, Алиса схватила куртку кадета и меч и вышла из комнаты. Эхи ожидала, что соседка громко хлопнет дверью, но, вопреки ожиданиям, та закрыла ее тихо.