Глава 11.0

Глава 11

От этих слов лицо Николь слегка изменилось. Эхи опустила глаза. Николь молча всматривалась в лицо Эхи, а потом наконец вздохнула и сказала:

— Я не знаю, что именно ты скрываешь, но вижу, что ты искренна. Ты прямо сказала, что не можешь рассказать, так что и спрашивать дальше как-то неудобно.

— Может быть, потом… когда-нибудь я смогу тебе все объяснить.

— Ладно, поступай как знаешь. Ты даже магический меч мне показала, доверившись, значит и я должна тебе доверять, разве нет?

Николь бросила эти слова небрежно и снова надела ранее отброшенный монокль. Говорила она как ни в чем не бывало, но чувства, стоявшие за ее словами, были далеко не легкомысленными.

Эхи вдруг почувствовала комок в горле. Действительно, все ее страдания казались теперь незначительными по сравнению с той ценой, которую приходилось платить за право жить. Эти чувства невольно отразились в голосе:

— Николь, спасибо тебе… Правда, спасибо.

— Да не за что благодарить. Исследования, защита — даже если бы ты не просила, я бы все равно занялась этим сама. Забыла, что ли? Я маг, которого поддерживает дом Роаз. Помогать Роазам — моя прямая обязанность.

Николь усмехнулась и вытащила из беспорядочно сваленной на краю стола стопки бумаг чистый пергамент и перо.

— Для начала расскажи подробнее, как именно ты нашла магический меч. И вообще, вспомни все, что может пригодиться. Когда собираешься отправиться в Азенку?

— Как только все подготовлю, чем скорее, тем лучше. Ведь скоро вступительные экзамены в академию.

— А родителям ты что скажешь? Ты же не собираешься рассказывать им про магический меч. Или ты, не дай бог, решила сбежать из дома?

Эхи взяла из рук Николь перо и пергамент и начала тщательно записывать обстоятельства обнаружения меча, одновременно задумчиво ответив на ее вопрос:

— Если честно скажу, что хочу стать рыцарем, родители наверняка ужаснутся, правда?

— Ужаснутся? Мягко сказано. Их любимая дочурка вдруг решает стать рыцарем. Граф, пожалуй, даже в обморок упадет.

— Значит, лучше просто сказать, что отправляюсь в путешествие.

— Путешествие? Под каким предлогом?

— Мне ведь уже пора подумать о замужестве. Я взрослая девушка. Скажу, что перед замужеством всегда мечтала хотя бы раз отправиться в путешествие. Скажу, что вернусь из Азенки и тогда уже выйду замуж.

— …А сама тем временем по прибытии в Азенку сдашь экзамен в рыцарскую академию? Чем это отличается от побега из дома?

— Я ведь вернусь домой, когда стану рыцарем. Значит, это путешествие. Просто немного затянувшееся.

Николь в отчаянии схватилась за голову. Эхи спокойно добавила:

— Если будут новости по расследованию или что-то случится, сразу пиши мне в Азенку, хорошо? Будь осторожна и не лезь в опасность одна. Если станет опасно, обязательно дай знать.

— Кто бы кого учил осторожности… Ты почему-то говоришь так, будто уже наверняка поступила. А если провалишься?

— Этого точно не случится.

— Даже если у тебя есть магический меч, ты же должна его скрывать. Там соберутся гении, всю жизнь оттачивавшие свое мастерство. Уверена, что справишься?

— Я еще больший гений, чем они, так что все нормально.

Николь поморщилась, словно съела кислый лимон. Эхи обычно не слишком радовалась своему таланту, но сейчас ей было удивительно весело. Она рассмеялась вслух — впервые за долгое время совершенно искренне и радостно.

* * *

Спустя неделю Эхинацея Роаз отправилась в месячное путешествие. Среди пунктов ее маршрута был и город Азенка — священная земля рыцарей.

2. То, чего не знаешь, и то, что можешь сделать

Каждый год рыцарская академия Азенка принимала около пятидесяти учеников в возрасте от 18 до 25 лет. Максимальный срок обучения составлял три года. Если за это время студент не становился оруженосцем (сквайром) или младшим рыцарем, он должен был покинуть академию и Орден Лазурного Неба. Ученики жили в общежитии академии и по очереди обслуживали рыцарей и младших рыцарей, у которых не было собственных оруженосцев.

Алиса Винтербел, поступившая второй по рейтингу среди новичков, направлялась в общежитие. Настроение у нее было так себе. Она была уверена, что займет первое место, а оказалась лишь второй. Более того, о той, кто ее обошел, ходили странные слухи.

«Прийти на экзамен в платье? Абсурд какой-то».

Экзамены проходили в разных местах, и Алиса не видела ту, кто занял первое место. Но она была уверена, что девушка, настолько тщеславная и пустоголовая, чтобы явиться на экзамен в платье, никак не могла превзойти ее. Наверняка это глупые слухи, распущенные парнями, недовольными тем, что первые два места заняли двадцатилетние девушки.

«Впрочем, скоро сама увижу».

Комнаты в общежитии рассчитаны на двоих, и ее соседкой по комнате, согласно уведомлению о зачислении, была та самая девушка, занявшая первое место. Алиса, собравшая все свои вещи в один большой чемодан, нашла нужную дверь.

«Комната 101… Вот она».

Условия проживания в академии были вполне приличными. Алиса взглянула на деревянную дверь с латунной табличкой и постучала. Если соседка уже прибыла, входить без стука было бы невежливо.

— Да, кто там?

— Алиса Винтербел, мне назначена комната 101.

— А, заходите. Открыто.

Алиса открыла дверь и застыла на пороге. Повсюду были коробки и открытые чемоданы. В ряд висели платья, стояли шкатулки с драгоценностями, лежали разноцветные шелковые шарфы, а на кровати разложены роскошные шляпки. Среди всего этого беспорядка девушка с розовыми волосами разбирала вещи, одетая в пышную юбку, кружевные перчатки и шляпку с живыми цветами.

— …Что это… вообще такое…

Девушка обернулась на слова, невольно сорвавшиеся с губ Алисы, и смущенно улыбнулась:

— Ой, я только что приехала, еще не успела разобрать вещи. Извините за беспорядок. Я уже выбрала кровать, вы не против?

— А вы… кто?

Алиса спросила с последней надеждой. Может, это сестра ее соседки, или служанка (хоть и слишком нарядная для служанки), или кто-то, кто просто перепутал комнату. Только бы не соседка, не та самая девушка, занявшая первое место.

Но розоволосая девушка безжалостно разрушила ее надежду, протянув руку:

— Эхинацея Роаз. Рада знакомству.

* * *

Алиса Винтербел хватило тридцати минут, чтобы разложить свои вещи. В отличие от нее, Эхинацея Роаз, начавшая разбирать багаж еще утром, не закончила и к обеду.

— Как же много всего! Зачем столько вещей?

Собирать вещи Эхи на путешествие, рассчитанное примерно на месяц туда и обратно, взялась Нора. Она позаботилась о том, чтобы Эхи могла каждый день надевать новый наряд. Результатом стал огромный багаж, конца которому не было видно. При мысли о том, что при смене сезона вещей станет еще больше, у Эхи кружилась голова. Разумеется, граф и графиня не отпустили свою драгоценную дочь с таким количеством багажа одну. Ее сопровождали два фамильных рыцаря и Нора.

До Азенки Эхи послушно двигалась вместе с ними. Однако затем ночью тайком выбралась из гостиницы, подала заявку на вступительные испытания, а потом, ускользнув от рыцарей, вышла на предварительные экзамены. До объявления результатов она то и дело откладывала дату возвращения. После этого все было просто. «Ой, кажется, я стала кадетом. Раз уж так вышло, останусь в Азенке и буду старательно учиться. Передайте родителям мои извинения», — сказала она и отправила домой Нору с рыцарями.

Сперва они совершенно не могли поверить. Пытались убедить Эхи, что произошла ошибка или недоразумение. Однако, увидев список поступивших, вывешенный у входа в академию, замолчали. Имя Эхи значилось не где-нибудь, а на самом первом месте. С растерянными лицами, словно увидев привидение, они отправились обратно.

На самом деле Эхи не планировала становиться первой. Она рассчитывала занять место где-нибудь в верхней части списка, но общий уровень поступающих оказался ниже ее ожиданий.

На предварительном испытании, где нужно было рубить бревна, и на первом этапе, где претенденты сражались друг с другом, она могла видеть уровень других и контролировала свои силы. Проблема возникла на втором этапе, когда пришлось драться с младшим рыцарем Ордена Лазурного Неба.

Поскольку тело Эхи еще не успело окрепнуть после возвращения в прошлое, ей приходилось компенсировать физическую слабость мастерством и маной. Но во время боя с младшим рыцарем Лазурного Неба тайное использование маны могло быть замечено. В итоге она полагалась только на технику и слегка не рассчитала свои силы. Сказалось и то, что второй этап проходил индивидуально, и она не могла заранее оценить уровень других кандидатов.

«Скоро из дома прилетит телеграмма».

Наверняка родители будут сильно сердиться и переживать. Им будет сложно принять ситуацию. Но ничего не поделаешь. Остается лишь как можно быстрее стать рыцарем, избавиться от проклятого меча и вернуться домой.

— Эм, мисс Роаз…

Эхи, раскладывавшая шкатулку с украшениями, повернула голову. Алиса Винтербел стояла рядом, с выражением лица, будто приняв важное решение.

Алиса была красивой девушкой с аккуратно подстриженными светлыми волосами и довольно высокого роста. Эхи тоже не была низкой, но даже ей приходилось смотреть на Алису снизу вверх. Та выглядела немного прямолинейной, но Эхи не испытывала неприязни к таким людям.

— Да, мисс Винтербел?

— …Что это за вещи?

Серые глаза Алисы окинули гору багажа Эхи. Нераспакованные сумки громоздились друг на друге. Глаза девушки слегка задрожали, словно от землетрясения.

— Моя одежда и украшения.

— И все это ваше?

— Да, а в чем дело?

На лице Алисы промелькнуло презрение. Она с трудом сдержала себя, стиснув зубы.

— Кадету, стремящемуся стать рыцарем, незачем иметь столько одежды.

— Мне нужно.

— Нужно? Но ведь кадетам выдают форму.

— Я не собираюсь носить такие унылые вещи. В академии ведь разрешена свободная одежда?

— То есть вы собираетесь обращаться с мечом в таком виде?

— Именно. А что-то не так?

От беззаботного ответа Алиса больше не могла сдерживаться и повысила голос:

— Вы думаете, здесь бал? Или чаепитие? У вас вообще есть понимание, что это священная академия Азенка?

— В правилах академии нет запрета на ношение платьев, мисс Винтербел.

— Конечно, такого глупого правила нет! Потому что это очевидно!

— Почему же это очевидно?

— Потому что это не подобает рыцарю!

Щеки Алисы слегка порозовели от возмущения. По фактическому возрасту они были ровесницами, но Эхи, вернувшейся из будущего, Алиса казалась совсем юной. Честно говоря, девушка, возмущающаяся «недостойным рыцаря поведением», выглядела мило и наивно.

Однако, несмотря на всю ее миловидность, если соседка по комнате будет постоянно делать замечания, это быстро утомит. Нужно слегка умерить пыл. Эхи улыбнулась и спросила:

— А что, по-вашему, значит быть достойным рыцарем, мисс Винтербел?