«Принцесса и её Чудовище»
Когда все открытые раны были закрыты, вывихнутые пальцы вправлены, а переломы, как и ожоги, получили должный уход, отряд Искателей, наконец, поднялся на ноги.
В данный момент Клара всё ещё не восстановила мобильность, так что ей была дана почетная роль нести Эрну. И хотя ранее Маркус пострадал больше всех, для максимальной боеспособности ему было достаточно рабочих ног и хотя бы одной руки. Место рядом с ним заняла Ноэль, всё ещё болезненно держащаяся за ноющую руку, а в самом центре был Элион, чей рассудок потерпел больше всего повреждений, и залечить их в короткое время было просто невозможно.
- Ну что, все готовы?! - энергично спросила Ноэль, ведущая всех вперед.
- Да! - ответил Элион, а остальные ограничились кивками.
- Эрна, я тебя не слышу! - воскликнула она.
Клара, держащая кудрявую девушку, прикрыла ей уши, а сама удрученно вздохнула.
Лишь Элион издал сдавленный смешок, и когда Эрна дала свой ответ, в виде поднятого среднего пальца, Ноэль улыбнулась и воскликнула:
- Тогда вперед… Или нет? - в замешательстве добавила она, и прежний веселый настрой мигом сошел с её лица, а тело боязливо сделало шаг назад.
- Какого черта… - злобно выпалил Маркус, снова берясь за меч и чувствуя, что эта ситуация ему окончательно надоела.
- … - Клара молча уложила Эрну на пол и с вернувшейся ненавистью во взгляде готовилась к бою.
Лишь один Элион смотрел на это странно отрешенно, не предпринимая каких-либо действий, хоть и обещал это сделать.
Когда перед отрядом и куклой в цилиндре, закрывающей проход, оставалось около 5 метров, одинокое тело начало свой подъем.
В этот момент каждый убедился, что это существо никогда не являлось ничем похожим на человека.
Ведь человек попросту на такое не способен, правда?
- … - одинокий рыцарь без лица поднялся на ноги и заслонил своим разодранным телом небольшую игрушку.
И хотя у него не было лица.
И хотя его чёрное сердце давно остановилось.
И хотя каждая частичка его тела была ранена.
И хотя его руки были сломаны и порезаны…
Они всё равно поднялись к его голове, имитируя бойцовскую стойку.
Это было больше, чем безумие.
Это была одержимость.
- Но зачем ты это делаешь? Почему снова встаешь? - спросил Элион, разрушая настороженную тишину.
Его уши расплавлены пламенем, а рот сожжен дотла.
Он не мог слышать звуки. Он не мог выдавить из себя ни слова.
Это существо было лишено всех человеческих чувств.
И всё же, как ни парадоксально, но только когда его глаза были расплавлены…
Только когда чувство зрения оставило его, «Элион Эфистион» смог это увидеть.
И несмотря на то, что он лишился рта, ответ, который жалкое чудовище искало всё своё бессмысленное существование, было невозможно скрыть.
Над тем, что осталось от его головы, появилась надпись, созданная из крохотных желтых искр.
По шрифту и настроению казалось, что лицо того, кто это написал, сейчас было украшено мягкой улыбкой:
*Как можно упасть, когда за твоей спиной больше, чем целый мир?* - гласила надпись над Элионом Эфистионом.
Казалось, этот риторический вопрос был куда больше, чем простой ответ.
И в полной мере этот ответ когда-нибудь мог бы понять лишь один человек.
- … - ощущая странную атмосферу, все участники отряда сглотнули и перевели взгляд на простую куклу за спиной этого ходячего трупа.
И в этот момент…
*Кстати, ты же в курсе, что необязательно было всегда щелкать?* - гласила красная надпись, пропитанная привычным ехидством, а следом…
*Хлоп!* - его ноги подпрыгнули и стукнулись подошвами друг о друга, изображая хлопок перед последней шуткой истинного Рыцаря.
Рыцаря, который понял смысл своего пути лишь после смерти.
…
*Хлющщ…* - с неприятным хлюпающим звуком чёрное подобие руки было отрублено и наконец свалилось в кровавое озеро.
Следующим движением сверкающая шпага продырявила черную плоть насквозь, пронзая то место, где у обычного человека должно быть сердце.
Шпага Ноэль торчала сбоку и пронзала внутренности его груди.
Длинный меч Маркуса был воткнут в остатки чёрной головы и выходил из его затылка.
Меч Клары также пронзал его живот насквозь.
Три участника отряда втыкали свои мечи, пригвождая чудовище к окровавленным стенам.
Всё зеркальное помещение претерпело кардинальные изменения, и теперь каждый участок того, что называли зеркалами, был покрыт вязкой красной жидкостью.
Она стекала со стен, капала с потолка, струилась под ногами…
Всё было залито кровью.
Издавая ногами хлюпающие звуки, Элион, с головы до ног залитый кровью, подошел к чудовищу, которого удерживали три человека.
И хотя он был полностью покрыт кровью, на юноше не было новых видимых повреждений. В отличие от его товарищей, даже его дыхание не было сбитым, не говоря уже о том, что в своих руках он держал Эрну.
- Э-элион, ты как? - робко спросила Клара, продолжая удерживать меч в черном чудовище.
- Я… Всё в порядке. В конце концов, я просто стоял на месте. - немного усмехнувшись, ответил он.
- Н-но… - болезненно прикусив губу, начала она, бросая взгляд на десятки одинаковых отрубленных голов и конечностей, купающихся в кровавом озере.
Всё это были головы и конечности Гардемарина Гелиона.
«Элион Эфистион» понимал, что его единственный шанс на победу был в том, чтобы заставить юношу загореться вновь и сжечь всех вместе с самим собой.
И даже несмотря на то, что «он» был странным неубиваемым чудовищем, ни одна черная капля его крови не пережила бы огненного шторма, который Элион устроил в своей первой попытке. В конце концов, «он» не был зеркальным монстром и не мог по-настоящему спрятаться в зеркале.
Он бы испарился до последней капли крови, но это было не важно.
Ведь он бы успел найти безопасное место для того, что так отчаянно защищал.
Если бы всё прошло так, как он рассчитывал, то перед сожжением подобие его души точно обрело бы спокойствие.
Однако ожившее отражение просчиталось насчет того, кем всё-таки был настоящий Элион Эфистион.
Он не только не загорелся, но и даже не вступил в схватку со своим заклятым врагом.
Элион просто послушался своих друзей и предоставил всё им. Он лишь наблюдал за кровавым побоищем со стороны, поил ослабленную Эрну водой.
- Я же тебе говорил… - начал Элион, передавая кудрявую девушку в руки Клары.
- ... - «он» давно не мог ничего сказать, а его тело стояло на одной оставшейся ноге лишь за счет удерживающих его мечей.
Более ничего не говоря, юноша сформировал из Змейки небольшой меч, а следом…
*Сквиссь…* - с ровным звуком Змейка отрубила оставшуюся ногу этого чудовища.
Следом Ноэль, Маркус и Клара быстро вытащили свои клинки, и изуродованное черное чудовище, лишенное конечностей, обессилено свалилось вниз.
Лица участников отряда не выражали радости или облегчения от окончательной расправы.
Стоя в метре от прохода, охраняемого лишь цилиндром и подобием куклы-Анабель, на их лицах сохранялась настороженность.
Но даже при этом, глядя на них, можно было заметить явную психологическую усталость. Эта Область Тайн и так была для них не самым сладким подарком, а окончательная битва с декорациями в виде моря крови заставила их рассудок накалиться до предела.
- И что дальше? - нейтрально спросила Ноэль, глядя на подергивающийся остаток чудовища.
Теперь даже она была далека от того, чтобы сформировать на лице непринужденную улыбку.
- Дальше я сам. - ответил Элион, похлопав девушку по плечу.
Следом юноша перешагнул то, что раньше было его ожившим отражением, и встал прямо перед подобием собственного цилиндра и куклы.
Его лицо не выражало каких-либо особых эмоций, а внутренние ощущения давали понять, что настоящая кукла его сестры и его настоящий цилиндр сейчас покоились прямо на его голове.
Недолго думая, он занес Змейку над подобием куклы и молча наблюдал за черным чудовищем, валяющимся в кровавом озере.
Словно реагируя на эти действия, оставшийся черный кусок мяса робко затрясся.
Подобно жалкому червяку, «он» начал скручиваться и такими движениями пытался добраться до той самой куклы.
Элион просто наблюдал за этим процессом.
- … - издавая хлюпающие звуки, черное чудовище обернулось вокруг цилиндра с куклой подобно креветке.
Издавая мелкие подергивания, «он» укрыл их остатком своего тела, скрывая от чужих глаз.
Холодный белоснежный клинок лишь наблюдал за этими последними хрупкими объятиями.
В нём не было каких-либо эмоций.
Чего не сказать о его владельце.
В очередной раз нарушая всеобщую тишину, Элион спросил:
- Стоило ли оно того?
- …
Ответ на его вопрос был лишен каких-либо слов.
Однако робкое объятие черного чудовища и подобия куклы продолжалось без единого намека на колебание.
Видя это, змейка наконец пришла в движение.
…
Через какое-то время, когда отряд шел по последнему зеркальному коридору, попутно отжимая потяжелевшую одежду от крови, Маркус обратился к Элиону:
- После всего, что «он» с тобой сделал, ты всё равно принял такое решение…
- …
- Стоило ли оно того? - непонимающе спросил парень.
Услышав это, юноша усмехнулся и, посмотрев на него, ответил:
- Маркус, если моя гипотеза о выборах верна, то даже это испытание подразумевало какое-то верное решение, так?
- Я в этом не уверен… Всё, что там произошло, слишком отличалось от того, что должно было быть. - покачав головой, ответил он.
- Я тоже так считаю. Но, глядя на то, как каждый из нас получил травмы прямо как в одном из вероятных исходов, я не могу не подумать… Что, если какой-то выбор всё-таки был сделан? И если так, то каким же он был?
- У тебя есть какая-то гипотеза?
- Ха… - на его слова юноша лишь усмехнулся, останавливаясь на месте.
Он обернулся, глядя в начало коридора, по которому они шли.
Это было бы сложно объяснить, но юноше казалось, что прямо сейчас он видит, как черная жидкость поглощает все остатки их битвы.
Всё обращалось в ничто, из которого оно и пришло.
Вскоре очередь дошла и до изуродованного тела ожившего отражения и того, что он обнимал остатками своего торса.
Подобие куклы, скрытое в цилиндре и укрытое телом изуродованного рыцаря.
Они были подобны принцессе, скрытой в башне, и рыцарю, верно охраняющему её.
Как и всё, обращающееся в ничто, им тоже предстоял этот путь.
Тело чудовища, как и тело куклы, начало превращаться в чёрную жидкость, а после вовсе исчезло.
Словно их никогда не существовало.
Будто это всё было лишь глупой и бессмысленной игрой в имитацию.
Но в какой-то степени можно сказать, что они погибли вместе.
- В какой-то степени это можно назвать счастливым концом.
Элион оставил эти слова вместе с искренней улыбкой, промелькнувшей на его лице.