«Улыбнись»

Его создание пошатнулось от звона в ушах и обжигающей боли во лбу.

Не похоже, что сейчас у него было желание или силы на какие-то действия. И всё же привычная боль, а не удушающий холод принесли облегчение, а свободно поступающий воздух заставлял принять неизбежное.

Элион, несомненно, был жив, и когда он понял это, веки устало начали подниматься.

- …

«Нет, я мёртв…» - подумал он и вновь закрыл глаза, принимая неизбежное.

- Эй, в чём дело? Я тебе настолько неприятна?.. - тихо спросил его знакомый звонкий голос.

- … - из удивления он вновь устало открыл глаза.

Перед ним было знакомое лицо Ноэль. Совершенно нормальное, неизуродованное.

«Монстр…» - устало подумал и не слишком активно попытался подвигаться своим телом.

И это у него не вышло. Обратив внимание на внутренние ощущения, он понял, что сейчас Маркус и Клара держат его с обоих сторон, а Ноэль наклонялась прямо к его лицу.

В голове промелькнула мысль вновь поддаться неизбежному и принять кровавый поцелуй, оканчивающийся собственной гибелью.

И всё же звонкая и жгучая боль напоминали ему, что даже при всем его желании сейчас он не умрет.

- Это просто чертов кошм… Чертова шутка… - устало выплюнул он.

- Действительно. Если это не шутка, то по какой ещё причине ты мог назвать настолько милую девушку монстром? - немного улыбнувшись, спросила она.

- По разным причинам… - уклончиво ответил Элион, стыдливо отвернув от неё голову.

- Уу… Понятно.

- Прости… - тихо оставил он, в тайне испытывая облегчение от того, что никто не может понять, о чём он конкретно.

- Об этом мы можем поговорить позже, но пока… Скажи, Элион, почему твое лицо выглядит таким печальным...? Почему на нём столько боли? - спросила Ноэль, прикоснувшись к его щеке и повернув лицо юноши на себя.

- Ха… - вышла из его рта сухая усмешка.

- В этом есть что-то смешное? - спросила стоящая рядом Эрна.

- Смешное, да...? Для нас вряд ли, но ему, кажется, было довольно весело… - устало произнёс юноша с вымученной улыбкой.

- О ком ты говоришь? - донёсся в его правое ухо голос нахмурившегося Маркуса.

- Клара, можешь ненадолго отпустить?

- Н-но…

- Кажется, я касаюсь того, чего не следует.

- … - эта странная причина сработала, и девушка наконец выпустила его руку.

Следом Элион удивленно посмотрел на свою ладонь, на которой теперь были все пальцы, а после, минуя голову Ноэль, указал ей на кровавый символ на потолке.

- Этот парень.

- Мы это уже заметили… Но кто оставил этот символ и что он вообще значит? - спросил Маркус.

- Его оставило отражение Элиона Эфистиона или, по крайней мере, то, что пытается казаться таким. А что касается причин… Думаю, это знак о том, чтобы мы помнили о его жестокой шутке… Чтобы я о ней помнил.

Пока остальные чувствовали странные ощущения от этих слов, девушка, которая всё ещё тщательно разглядывала его лицо, спросила:

- Думаешь, что говорить о себе в третьем лице круто?

- Немного… Но на самом деле это помогает отделить себя от него и не сойти с ума. - честно признался Элион, почувствовав небольшое облегчение от привычного глупого вопроса.

- И в чем заключается эта жестокая шутка? Я о ней ничего не знаю и не помню. А этот символ появился в мгновение, когда мы все от тебя отвернулись. Будто он специально сделан для тебя. - сухо говорила Эрна.

- Что ж… Это долгая и не очень приятная история…

- Но ты уверен, что она реальна? - повернувшись на него, спросила она.

От её вопроса Элион сразу вспомнил о знакомом вкусе крови. Он не был в точности уверен, насколько отличается этот вкус от человека к человеку, но свою и кровь Ноэль он теперь точно мог отличить. И, понимая это, он ответил с не слишком приятной для него уверенностью:

- Абсолютно.

- Но тогда… Что ты пережил, Элион? - осторожно спросила Ноэль.

Услышав её вопрос он не мог не засмеяться.

…

Принятие Элионом произошедшего случилось довольно быстро. И главная причина этого крылась как раз-таки в его подозрениях, которые подтвердились прямо перед его гибелью.

Когда тот самый Элион Эфистион решил явить себя, а после оставить знак, для юноши было несложно прийти к выводу, что его собственное отражение является здесь главным злом.

И всё же это ни капли не утешило, а скорее наоборот.

Зачем он решил показаться? Почему оставил после себя знак? Существо, которое долгое время тщательно скрывало себя, сбросило маску простого отражения, чтобы просто покрасоваться? И почему он всё ещё жив и совершенно невредим?

Такие вопросы крутились в голове Элиона, и ответы на них он находил неутешительные.

«Если он действительно показался в конце только для того, чтобы я знал… То не значит ли это то, что знание об этом принесёт мне ещё больше бед? Или для него открытие собственной личности было совсем не важно, потому что не несёт за собой никаких проблем? Он думает, что и дальше будет убивать нас с такой же лёгкостью? Оба варианта ужасны…» - не слишком оптимистично думал он, идя по знакомому зеркальному коридору.

- И всё-таки… Если эти бессмертные твари могут вылезать из зеркал, то почему они не нападают сейчас? Разве при всех их возможностях они могут справиться с нами только наедине? - спрашивал Маркус, повернувшись на юношу.

- Я… Мне кажется, что они делают это специально. Чтобы ужас был кратно сильнее и чтобы шутка получилась лучше… Думаю, они могут сделать это и сейчас, но хотят, чтобы жестокость превышала все возможные нормы. - боязливо отвечал Элион.

- Я бы не была так уверена. Они смогли напугать тебя. Смогли заставить думать, что они всемогущи и их единственный стимул — большая жестокость. Если взять самую очевидную теорию о том, что умереть по-настоящему здесь можно только от самоубийства, то они могли бы бесконечно убивать нас, пока мы не сломаемся и не закончим всё по-настоящему. Это было бы самым простым способом, но, как видишь, этого не происходит. - спокойно объясняла Эрна.

- И что ты хочешь этим сказать? - спросил её Маркус.

- То, что, скорее всего, они вынуждены играть по каким-то своим правилам. А под маской всемогущества и жестокости ради жестокости скрываются их ограниченные возможности.

- Но Эрна... Тогда для чего он всё же решил явить себя? - неуверенно спросил Элион.

- Чтобы напугать тебя ещё больше. Ты ведь заметил, что наше убийство произошло в момент, когда ты не мог этого видеть? Как ты говорил, оно случилось, когда мы все были в закрытых комнатах, с собственными отражениями один на один. Скорее всего, все свои возможности они могут проявить только после того, как мы зайдем в эти комнаты.

- Тогда что нам делать…? Как бороться против них, если мы не можем избежать попадания в эти комнаты?

- Эти вопросы, а также… почему именно тебе довелось испытать всё это на себе? Что это за существа на самом деле и почему они принимают наши формы? Почему они хотят нас сожрать и почему методы наших убийств отличались…? На эти и многие другие вопросы у нас нет ответа. - ответила Эрна.

- Чёрт…

- Но у нас или у тебя есть шанс узнать ответы на некоторые из них. И первым способом для этого являются эти комнаты. - сказала она, вытянув руку перед собой и указав на появившиеся зеркала с символами.

- Значит, это всё правда… - прошептала Ноэль, увидев достоверность слов Элиона своими глазами.

Они наконец прошли длинный запутанный коридор и оказались перед знакомыми Элиону путями с символами на зеркалах.

- Это они… - с тревогой в голосе произнёс юноша.

Элион поведал товарищам обо всём, что с ним произошло, не исключая никаких важных деталей. Они по-разному реагировали на слова о собственной ужасной кончине, но для всех это, в общем-то, не стало сильным шоком.

И всё же о некоторых особенных и трагичных моментах он умолчал.

Пока остальные с интересом разглядывали символы на зеркалах, тот, кто уже видел их, не мог заставить себя посмотреть на них вновь.

Испытывая тяжелые и давящие ощущения внутри, Элион наблюдал за Ноэль, которая с характерной для себя невинностью осматривала символы.

Казалось, на неё не повлиял рассказ о том, как отвратительные существа изуродовали её. А вопрос о том, как она на самом деле умерла, её не интересовал. И от этого юноше становилось ещё тяжелее.

- А вторым способом, чтобы в чём-то разобраться, является она. - произнесла Эрна, показав пальцем на яркую девушку.

- Я? Ты тоже считаешь, что я похожа на монстра? - обернувшись удивленно спросила Ноэль, показывая на себя пальцем.

- Я оставлю этот вопрос на усмотрение другим... Но истина в том, что Ноэль единственная из всех смогла выжить и дотянуть до предполагаемого конца.

- Разве они не могли оставить её в живых, просто чтобы посмеяться? - прикусив губу, спросил Элион.

- Могли. Но шанс того, что за этим стояли другие причины, всё ещё велик. Тем более учитывая её… личность. - ответила Эрна, задумчиво посмотрев на девушку.

Немного подумав, она продолжила:

- На самом деле мы невероятно далеки от истинного понимания того, что здесь творится… Почему мы все погибли, а после вернулись во время, забыв обо всем? Почему Элион единственный помнит об этом? Почему именно его отражение такое особенное? Мы не знаем ничего из этого… Но даже несмотря на это у нас есть зацепка. Если мы поймем, как Ноэль удалось выжить, у нас будет шанс добраться до истины и понять, как преодолеть это испытание. Есть какие-то идеи?