«Улыбнись»

Слова девушки заставили всех задуматься, и даже Ноэль, пристально разглядывая символы на зеркалах, думала о том, что в ней такого необычного.

Услышав слова Эрны, юноше в голову сразу пришло довольно много идей. И всё же вряд ли они все могли бы привести его к верному ответу.

Думая о том, что особенность Ноэль должна иметь связь именно с этим местом, он начал пристально оглядывать каждый символ.

«Дом, книга, карета, маска… Такое впечатление, что все эти символы имеют связь с ними, но мой… Разве он может относиться ко мне?»

С самого начала Элион не считал, что символ колпака относится конкретно к его личности. Изначально он заинтересовал его только потому, что казался странным и выделялся на фоне других.

«Возможно, в этом может крыться причина аномалий, произошедших со мной…? Символ, который не относится ни к кому из нас, позволил мне вспомнить о произошедшем даже после гибели? Именно из-за его особенности внутри комнаты не было никаких аномалий, или это «он» в очередной раз пытается меня запутать?»

Думаю об этом, юноша пытался найти верный ответ, но всё, что он смог принять за неопровержимую истину, — символ колпака и правда особенный.

«Если все остальные символы относятся к ним, а этот особенный… То где же мой символ? Почему его здесь нет?» — удивленно подумал он, когда к нему пришло это осознание.

Ему сразу в голову пришел вид помещения, в котором он погиб. Позади изуродованной Ноэль красовалось зеркало с символом длинных волос, и именно в нём отражение Элиона Эфистиона наконец явило себя.

Он уже не раз встречал этот символ и замечал совпадения, связанные между ним и собой.

И всё же, когда он задал себе вопрос о том, мог ли этот символ предназначаться ему, он покачал головой, придя к выводу, что это не так.

«Кажется, что все остальные символы связаны с личностями… Я не уверен в конкретных деталях, но ребята сразу узнали себя в них, чего не сказать обо мне… Длинные волосы никак не могут поведать обо мне, хоть мы и имеем некую связь. Но тогда почему их символ вообще появился? И где же тогда символ, предназначающийся именно мне…?» - напряженно думал он.

Размышления юноши прервались, когда Клара потянула его за плечо и прошептала на ухо:

- Тебе не кажется, что особенность Ноэль может быть связана с кошмарами?

- Мм… Что?

Казалось, Клара всё время думала, что юноша размышляет о том, как Ноэль смогла выжить, и не догадалась о том, что его мысли ушли совсем не туда.

Опомнившись, Элион хотел было ей ответить, однако Эрна опередила его.

- Что конкретно ты имеешь в виду? - настойчиво спросила она.

- Т-ты слышала? - неловко произнесла Клара.

- Конечно, здесь ведь слышно почти любой шёпот. Так о чём ты? - спокойно спросила Эрна, а все удивлённые взгляды обратились к Кларе.

- Я подумала о том, что «кошмары», переживания и печальные события влияют на неё не так, как на нас. Они могут пугать её, заставлять плакать, бояться и ранить… Но это не мешает ей уживаться с ними. Даже при том, что они могут её изуродовать… Они не имеют над ней власти. Даже с ними за спиной она сама выбирает, кем ей быть и что делать. - объясняла Клара, не отрывая взгляда от Ноэль.

- Кошмары не имеют над ней власти… Сама выбирает… - задумчиво шептал Маркус, как будто начиная что-то осознавать.

Услышав её слова, Ноэль ничего не ответила, а вместо этого просто улыбнулась и посмотрела на Клару.

От такого взгляда темноволосая девушка почувствовала смущение и опустила голову.

…

Теория Клары произвела на всех ошеломление, и, учитывая произошедшее с Элионом, они пришли к выводу, что это может быть правдой.

Во время долгого обсуждения Эрна и Маркус задавали девушке много наводящих вопросов и постепенно вырисовывали её взгляд на мир. Ноэль без стеснения отвечала на все их вопросы и с улыбкой рассказывала о себе.

Тем временем Элион лишь тяжелым взглядом наблюдал за этим и не мог заставить себя сказать ей хоть что-то.

Постепенно картина того, что могло ждать их в этих комнатах, для каждого выстраивалась всё отчетливее, и после долгого уныния группа наконец почувствовала некий оптимизм и надежду.

- И всё же, даже метафорически представляя, что может нас ждать, шанс очередного провала всё ещё велик… Элион, о чем ты думал? - спросила Эрна, повернувшись на юношу.

Маркус не разделял её скептицизма и нахмурился, но всё же промолчал. Тем временем девушки в ожидании уставились на юношу.

- Хаа… Что ж, я разделяю ваши мысли о «кошмарах», но всё же это не единственная загадка. И, честно, я даже и не знаю, что об этом думать… - удрученно произнес он.

Следом Элион поведал им о его мыслях касательно загадочного символа колпака, который, по его мнению, никак не мог относиться к нему.

Эрна пришла к тому, что он прав и колпак действительно выделяется на фоне остальных символов.

Именно тогда она и вынесла это решение.

- Про твой личный знак я ничего не могу сказать… Но что касается последнего прохода с символом колпака… Думаю, что туда должен направиться кто-то помимо тебя.

- Что? Почему? - ошеломленно спрашивал Элион.

- Только так мы сможем приблизиться к ответам… Если мы все вновь погибнем, то, возможно, тот, кто пройдет через проход, сможет вспомнить обо всем, а после поведать нам. Если вспомнить об этом вновь сможешь только ты… То так будет даже лучше.

- Почему ты так считаешь? - сильно нахмурившись, спросил он.

- Потому что так мы будем точно уверены в том, что будет нас ждать. Велика вероятность, что если пройдем эти комнаты и останемся живы, то те существа не появятся. В данный момент они представляют максимальную опасность и наш следующий шаг к зачистке Области.

- ... - Элион не нашел, как ей возразить, и опустил голову.

Пока остальные обсуждали эту идею, юноша продолжал думать об этом лишь у себя в голове. Мысль о том, чтобы вновь пройти что-то подобное, его, мягко говоря, не радовала. Но мысль о том, чтобы это прошел кто-то другой, при этом сохранив память…

- Неужели нет другого варианта...? - тихо спросил он.

Эта мысль ужасала его намного больше.

Маркус имел мнение на этот счёт, но, чтобы ещё больше не давить на юношу, промолчал и сосредоточился на том, что могло ждать конкретно его.

- Это не единственный вариант, но в нём будет больше преимуществ для всех нас. - ответила Эрна.

- Н-но я уже это проходил, а раз ты говорила, что единственный способ здесь умереть — самоубийство, то не лучше ли, чтобы я единственный прошел через это? Я уже испытал это, и если что-то пойдет не так, то мне будет намного легче… - не слишком уверенно говорил он.

- Разве ты можешь с уверенностью заявить, что у тебя шанс на самоубийство меньше, чем у других? Если мне не изменяет память, то совсем недавно ты пытался расшибить себе голову.

- … - на это Элион вновь не смог ничего ответить.

- Тогда, может быть, я пойду туда, а Элион в мою комнату? - вмешался в их разговор звонкий голос.

- Да, больше шансов на успех у тебя. Наверное… - кивнув, сказал Эрна.

- Ноэль…? - не веря, произнес Элион.

- Ну ты ведь сам сказал, что выжить удалось только мне, так что… Пусть лучше это буду я, чем кто-то другой. - сказала она, а на её лице появилась милая улыбка.

- Нет, ты ни в коем случае… - протестующе говорил он, но Эрна сухим голосом прервала его.

- Ты не забыл, что ты здесь не один и принимать решение нужно нам всем? Мы не можем заставлять кого-либо что-то сделать, но она сама вызвалась. Уважай её решение. Или ты думаешь, что тебе одному тяжело осознавать, что кто-то из нас пойдет туда и столкнется со всем этим ужасом в одиночку?

- Но ведь я могу… - прерывая её, гневно протестовал Элион.

- Ты считаешь, нам всем плевать на то, что произошло с тобой?! Думаешь, было легко смотреть на то, как ты рыдал во сне и держался за Клару?! Как мы должны были реагировать на то, что ты каждую секунду шептал извинения перед нами и Ноэль?! Ты думаешь, мы со спокойной душой представляли, как тебя жрали эти твари?! Как мы позволим тебе снова пойти туда, зная, что ты уже пережил?! - повышенным тоном прервала его Эрна.

После её речи Элион мог лишь ошеломленно смотреть на её лицо с застывшими на глазах слезами.

- Прости… - тихо произнес он.

После он посмотрел на Маркуса, который с тяжелым выражением лица смотрел на него, на Ноэль, которая будто что-то хотела сказать, но всё же и молчала, и на Клару, которая скрывала своё лицо за его плечом и своими волосами.

- Простите меня… - едва слышно прошептал, но всё равно его услышали.

…

Элион наконец осознал свой эгоизм. Юноша понял, что если он не хочет, чтобы кто-то близкий ему переживал подобный ужасный опыт… То, возможно, этот близкий также не желает, чтобы Элион переживал что-то подобное. А значит, и Элион является близким для кого-то.

В текущей ситуации это осознание вызвало в нём много разных эмоций и чувств, что заставило его относится к собственной жизни ещё осторожнее.

Казалось, мальчик, который под грузом нестерпимого горя решил рухнуть со скалы и прекратить собственные муки, был уже далеко, и Элион даже не смог бы вспоминать, как он выглядит.

И всё же от всего этого ему не становилось легче.

Очередная волна ужаса перед тем, что может быть дальше, накатила на него, а колени вновь предательски задрожали.

Однако это был не страх смерти.

Это был страх потери.

- Да ладно тебе, не смотри так печально… - со смешком произнесла Ноэль, перекрывая свою улыбку рукой.

- … - Элион ничего не ответил, а лишь продолжил тяжелым взглядом смотреть за девушкой, которая сейчас стояла справа от него у прохода с символом колпака.

- Лучше улыбнись мне напоследок. Тогда, возможно, всё пройдет не так плохо. - говорила она, продолжая ему улыбаться.

- …

- Ну улыбнись…

Элион не хотел тревожить девушку перед тем, что её ждало. И, вспоминая собственную вымученную улыбку в зеркале, он точно не хотел демонстрировать её ей. Поэтому он решил продемонстрировать уже привычное ей незаинтересованное отношение.

- Пройдем эти комнаты, и тогда, может быть.

- М-да, ты самый настоящий жук… Ну тогда буду ждать тебя.

- Это я тебя буду ждать. - спокойно ответил он, стараясь не показать, что его сердце замерло от этих слов.

- Это мы ещё посмотрим. - с ехидной улыбкой ответила Ноэль.

После этого легкого разговора они вновь ступили в зеркальные проходы. Ноэль в коридор с символом колпака, а Элион в коридор с её символом плачущей маски.

Клара, Эрна и Маркус пошли по своим путям сразу после них. На этот раз они представляли, что могло их ждать, и думали, что были готовы.