«Красный — кровь. Синий — огонь. Чёрный — плоть»
Порой молчание звучит куда громче истеричных криков.
И в данный момент молчание, сопровождающее огромную толпу, было наполнено не только шоком и изумлением. В атмосфере, пропитанной неверием, преобладающими эмоциями были ужас и страх…
А также животное отвращение к этой кровавой картине.
*Кап-кап…* - раздавался едва различимый звук столкновения капель с землей.
Те, кому «повезло» распознать звук падающей алой жидкости, в ужасе пошатывались назад.
Его руки были по локоть измазаны в крови. Издавая хлюпающий звук, она струилась вниз, в уже скопившуюся вязкую лужу.
Конечно, это была не его кровь, но всё же…
Но казалось, что даже будучи окруженным десятками перепуганными стражниками и сотнями зевак, юношу волновало совсем другое.
«Хахахахаха!» - его глаза следили за большим экраном, по которому показывались недавние события.
Но ни звук его собственного безумного смеха, транслирующийся на всю округу… ни учиненная им кровавая расправа, свидетелем которой стала огромная часть населения города… Его внимание привлекало совсем другое.
- … - яркие жёлтые глаза, переполненные неверием, смотрели только на того, кто включил эту запись.
Но, будто не замечая этого взгляда, человек напротив немного приглушил звук смеха и разрывания плоти на записи. Не обращая внимания на всеобщее напряженное молчание, готовое сорваться на панику, он продолжил:
- За крайне жестокое убийство... За предательство своего народа и всех тех, кто возлагал на тебя свои надежды... И за лишение человечества последнего шанса на спасение... - с этими словами тот самый человек наконец обратил к нему свой взгляд.
- … - словно всё ещё не осознавая происходящего, юноша смотрел на него в полном шоке и неверии. Он смотрел только на него.
Эта ситуация казалась ему настолько жестокой и несправедливой, что разум наверняка отказывался принять её за реальность.
И всё же некогда яркие глаза, в которых уже скапливалась влага, и истерично подергивающееся лицо свидетельствовали о том, что он всё прекрасно понимал. Даже если в самых страшных фантазиях было тяжело представить, что всё кончится именно так.
В то же время голос человека напротив был всё таким же непреклонным и беспощадно холодным.
- Искатель Тайн... Элион Эфистион. За содеянное ты приговариваешься к смертной казни. Стража, арестуйте... этого психопата. - произнес он с неразличимыми эмоциями в глазах, сделав едва заметную заминку.
После того как голос огласил этот приговор, молчаливые стражники тяжело сглотнули и неосознанно переглянулись. Противоречивые эмоции, прослеживающиеся в их взглядах, вряд ли говорили о том, что прямо сейчас они ощущали предательство. Скорее всего, они до сих не могли в полной мере осознать происходящее.
И всё же запись с кровавой расправой, жестоким смехом и безумным танцем, напоминающим эмоции чистого экстаза, продолжала свой ход. Постепенно эта жестокость заставляла многих смириться с реальностью и перейти к решительным действиям.
Отринув лишние сомнения, последние стражники наконец обнажили мечи. Вскоре все вместе они начали обступать юношу, окропленного кровью с ног до головы.
Взгляды, которые ранее выражали благоговение и скрытую в сердцах надежду, теперь сменились на диаметрально противоположные. В конце концов, даже его внешний вид не оставлял никаких мест для сомнений.
- … - видя это, Элион, постепенно осознающий происходящее, опустил голову и прикрыл лицо руками, не волнуясь о том, что может его испачкать.
Яркие жёлтые глаза закрылись и оказались скрыты от взгляда общественности вместе с мутными солёными каплями, постепенно стекающими по его лицу.
Теперь никто не мог предположить, какие же эмоции были в них скрыты.
Он носил тёмный цилиндр с вышитыми узорами чёрных цветочных бутонов. Его пальто выглядело великолепно, и даже сейчас алые капли не посрамили искристый тёмно-синий окрас.
Его немного слипшиеся светлые волосы подрагивали от тяжелого дыхания и были слишком длинными, как для парня, но…
Если раньше взгляды прохожих были прикованы к нему из-за яркого внешнего вида, то теперь они не могли оторваться от него лишь из-за страха, за собственную жизнь.
Некогда яркий юноша был измазан вязким красным, и простым свидетелям из толпы было легко проследить причинно-следственную связь.
Вскоре отовсюду начал доноситься шёпот, который постепенно сменялся возбуждённым гулом.
Те, кто не был напуган увиденным, постепенно пришли в ужас от осознания неизбежного. Но от этого их страх становился только глубже... Ведь всё-таки когда-то этот юноша действительно был их последней надеждой.
*Кап-кап…* - вскоре в этом гуле звук горьких слёз и падающих капель крови расслышать было уже невозможно.
Но, несмотря на шум, доносящиеся крики знакомых и подбирающихся стражников, он не предпринимал каких-то действий и не создавал впечатление, что готов оказывать сопротивление.
Элион стоял на месте, прикрывая лицо окровавленными руками. И лишь яркие красные серёжки, грубо воткнутые в воротник его пальто, с каждым мгновением излучали всё более интенсивный алый свет.
Окрашивая его лицо в красный.
Постепенно его руки начали сползать с лица, прикасаясь к воротнику, на котором были закреплены украшения.
- Пха… - из его рта вышла сухая усмешка.
Возможно, происходящий абсурд действительно показался ему смешным. А возможно, исходил только от чистого отчаяния.
Но лишь такое простое действие заставило окруживших его стражников споткнуться и потерять всю мотивацию на дальнейшее приближение к этому безумцу.
Их страх был понятен, ведь довольно часто за смехом стоит определенная Шутка. А в его случае шутка это…
- Ха… ха… ха… - вымученные смешки начали исходить из его рта, пока кровавые руки нервозно касались лица и красных серёжек.
Вместе с рваным хриплым смехом его тело издавало истеричные подергивания. Не стоит и упоминать, что своим поведением он всё больше походил на психопата.
Но пока окружающие стражники нервозно застыли на месте, а толпа обычных горожан начала боязливо отступать назад…
- … - видя интенсивный красный свет, исходящий от серёжек, человек напротив вновь обратил на него внимание.
- Хахахаха… - в его хриплом и болезненном смехе чувствовалось отчаяние и непередаваемая трагедия.
Однако он всё равно заставлял себя продолжать.
И пока окружение вновь погрузилось в тяжелую, напряженную тишину…
Он смеялся.
- Ха-ха… Хаа… - закончив со смехом, Элион напряжённо. - Я всегда считал свою жизнь трагедией. Но кажется теперь понимаю... Это чёртова комедия.
«И если вся моя жизнь — это шутка... то давайте посмеемся над ней вместе», - пронеслось в его мыслях.
Он наконец поднял глаза, и теперь его лицо было полностью окрашено в…
- Красный — вязкая кровь... - с этими словами Элион коснулся красных сережек на воротнике большими пальцами.
- Стой. Посмотри вокруг себя, здесь же тысячи…
- Синий — жгучий огонь…! - хрипло воскликнул он, перебивая человека напротив.
И с этими словами по большим пальцам, плавно перетекая к указательным, протянулась тонкая струйка синего пламени.
Окрашивая его лицо...
- Ты этого не сделаешь этого… - не веря, произнес человек напротив.
Лишь сейчас эмоции на его лице претерпели кардинальное изменение, но…
Было уже поздно.
- Чёрный…
С этими словами указательные пальцы, несущие за собой синее пламя, коснулись уголков губ и натянули их до предела…
Формируя пугающе широкую улыбку.
- ГОРЕЛАЯ ПЛОТЬ!!! ХАХАХАХАХА!!! - с этим безумным криком и леденящим душу смехом, он вспыхнул синим пламенем подобно спичке.
Интенсивный кроваво-красный свет вокруг его лица вмиг обратился полыхающим синим огнём.
Как и подобает огню, он стремился сжигать, желая оставить после себя только горелый чёрный…
И ещё он смеялся.
Ведь в этом театре абсурдно жестокой судьбы можно выжить, только смеясь.