«Свет Надежды»

Каждый ученик удивленно обернулся и посмотрел в сторону нового для них голоса. Даже его соседка выглядела немного шокированной его прерыванием молчания, а у Маркуса, сидящего на первом ряду, удивление и вовсе превысило все возможные пределы.

Однако юношу не волновала ни одна из этих реакций, всё, чего он желал, — это получить ответ от старца.

- В контексте истории доступно несколько интерпретаций для значения «Надежды», и каждый сам... - объяснял старик, но Элион поспешил прервать его.

- Я не про это. - просто сказал он в замолкнувшей аудитории.

Старец внимательно посмотрел на юношу, а затем сказал:

- Тогда, что ты имеешь ввиду?

- Это же миф о создании Башни Надежды, верно? Почему она называется Надеждой? - серьёзным тоном спросил Элион.

Старец молчаливо уставился на парня и через некоторое время произнёс со скрытыми эмоциями в голосе:

- Башня Надежды существует с рассвета нового человечества вплоть до этого дня ради одной цели... Она существует ради величайшей надежды человечества.

- И какая же это цель...? - с ужасающим холодом в голосе спросил юноша, а артефакт на его руке обернулся вокруг кулака.

Старик не ответил сразу, продолжая сверлить парня взглядом. Юноша ничего не говорил, молча ожидая ответа старца, сильно сжимая кулак.

Каждый ученик в классе слушал их разговор и следил за их лицами.

- Элион... - тихо прошептала Ноэль, собираясь взять парня за руку, но остановилась на полпути, вспоминая его слова.

Юноша оставался безмолвным, не обращая внимания ни на что другое, кроме ожидания ответа.

Через некоторое время старец всё же прервал молчание и ответил Элиону.

- Величайшая надежда человечества... Шанс всё изменить... Десятки веков, миллионы ужасных смертей, сотни миллионов попыток, и всё было тщетно... Вплоть до вчерашнего дня. - медленно говорил седой мужчина постаревшим голосом.

- Башня Надежды существовала ради надежды... Надежды наделить человека силой Тайны искусственно... И у нас получилось.

*Бухх!* - кулак, облаченный в затвердевшую чешую, со всей силы ударил по верхнему ряду, проделывая в дереве большую дыру.

- Какого черта... Убить несколько миллионов? Ставить эксперименты на детях?! Всё ради надежды?! Такое ваше оправдание?! - с агрессией и жестокостью в голосе громко говорил юноша.

Каждый ученик в шоке смотрел на озверевшего юношу, вообще не понимая, о чём он говорит.

- Ты не понимаешь. Если бы каждый человек в отряде Искателей владел Тайной, то шансы зачистить... - объяснял старик, но юноша вновь прервал его агрессивным криком.

- Шансы, шансы, шансы! Ради каких-то шансов вы пошли на это? Цена оправдывает средства, так вы думали? Это чистой воды безумие. ледяным тоном говорил юноша.

Старик посмотрел на юношу, немного нахмурившись, а затем сказал:

- С Тайной можно бороться только другой Тайной... Сила артефактов ничтожна по сравнению с полноценной Тайной, и если каждый будет...

- Да какая, к чёрту, разница?! Ради чего это всё? Захватить весь мир? Получить новые артефакты? Сделать жизнь комфортнее? Убить миллионы ради того, чтобы продолжить свою никчёмную жизнь? - скептически спрашивал он, а затем продолжил:

- Вы можете делать что угодно до момента, пока не навредите другим. Однако черта уже пересечена. И скажите, чем вы сейчас отличаетесь отличаетесь от пожирающих друг друга тварей из мифа? - спросил он, посмотрев на весь класс, как будто смотрел на весь мир.

Разумеется, никто не мог ответить юноше, так что он произнёс это сам.

- Ответ: они делали это из-за голода, а вы из-за жадности. - холодным тоном сказал Элион.

Ученики, которым было в среднем двадцать, были обескуражены речью юноши. Кто-то хотел стать Искателем по личным причинам, однако большинство было жертвой пропаганды и иллюзий. Эти юные Искатели учились всего два месяца, и понять то, что говорит этот парень, владеющий Тайной, им было сложно. Однако, возможно, они просто не хотели понимать этого, предпочитая геройские иллюзии неприятной правде. И юноша не винил их в этом. Вся его подавленная злость была обращена к этому миру.

В направленном на парня взгляде Маркуса читались скрытые эмоции, которых было не разобрать, однако он смотрел на него не отрываясь.

Сидящая рядом Ноэль, с волнением в глазах, продолжала сидеть очень близко к привставшему и громко говорящему юноше. Она не испугалась, когда его кулак пробил дыру в длинном ряду, как будто зная, что это произойдёт. Она смотрела на него с волнением, однако уши следили за каждым словом, а в глазах читались нотки восхищения.

Старец тяжелым взглядом смотрел на Элиона и через некоторое время вновь ответил:

- Все хотят жить по совершенно разным причинам, и мы не в праве их винить за это... Однако ты не понимаешь, что стояло в корне этой надежды и что движет многими даже сейчас... - старик взял небольшую паузу, а затем произнёс:

- Это мечта создать мир, где каждый смог существовал без страха за свою жизнь. Мир, где люди бы не боялись появления новой опасности поблизости. Мир, где каждый не перечитывал бы сводки о увеличения количества Областей Тайн и уменьшения земли человечества. Люди бы не жили в ожидании неизбежной катастрофы... - старец посмотрел на Элиона и сказал с множеством эмоций в хриплом голосе:

- Это был бы мир, где свет Надежды осветил бы путь для каждой заблудшей души и превратил бы нынешние ужасы в детские сказки.

- Это был бы мир, простроенный на море крови, где каждый бы захлебнулся в ней. В попытках сбежать от того, кем были, вы сотворили мир, который сделал вас гораздо хуже жрущих друг друга зверей... Это и есть настоящий мир ужасов. Мир, созданный вашими же руками. - ледяным голосом произнёс Элион.

- Башня Надежды — это символ рассвета нового человечества... С её основания поколения людей делали свой выбор. Все они исполнили мечту в юбилей создания башни, и хочешь ты этого или нет, свет Надежды озарит этот мир... Это был их выбор.

- Это будет свет заката, пахнущий кровью и несущий за собой крики мучеников... Вы привели человечество к желаемой вершине, с которой рухните в самую глубь ужасов. Ваши действия ознаменовали закат нового человечества... А за ним последует тёмная ночь, которая будет даже страшнее, чем в этом мифе, и никакой странник вас больше не спасёт. - со злостью в голосе закончил Элион и сел на место.

Старец ничего не ответил, не принимая и не отталкивая точку зрения юноши. Каждый ученик в классе испытал странную дрожь после слов парня, и сейчас никто не был в силах сказать что-либо, разумеется, кроме одной девушки.

- Это было круто... - тихо сказала Ноэль с небольшой улыбкой и потрепала Элиона по плечу.

- Хаа... - устало вздохнул Элион, посмотрев на девушку.

Не сказать, что он был против похвалы, просто всё, что Элион сказал, было тем, во что он искренне верил. И до позитива в его речи было очень далеко.

Юноша смотрел на улыбку девушки, которая сделала для него очень многое. Глядя на неё, он не мог не задуматься о том, сколько таких позитивных девушек погибли ради так называемой надежды.

«Она может быть такой сильной, даже несмотря на все ужасы вокруг. Мир нанёс ей раны и искалечил душу... И несмотря на всё это, она продолжает улыбаться так чисто и невинно... Настолько яркая, что действительно тяжело отвести взгляд», - думал юноша, смотря на свою соседку.

- Что такое? Влюбился? - хитро улыбнувшись, произнесла Ноэль.

Раньше бы Элион закатил глаза или вздохнул от таких шуток, однако сейчас он лишь продолжал смотреть на девушку с некой тяжестью во взгляде. В его голове застряла одна мысль:

«Как жаль, что мир никогда не стремился защитить такой свет... Он лишь продолжает калечить и пачкать подобную чистоту, желая смешать её с грязью», - ещё немного посмотрев на девушку, он поднял свою руку и положил ей на голову.

- ... - его соседка немного ошеломленно моргнула и молча взглянула на него.

- Ты молодец, Ноэль. - мягко проводя ладонью по её макушке, сказал Элион.

- ... - в глазах девушки мелькнула незнакомая эмоция, и она не смогла произнести одну из заготовленных шуток.

Если бы Элион сказал что-то другое, то девушка смогла бы выдать что-нибудь в ответ. Однако юноша произнёс слово, которое Ноэль не получала уже долгие годы и по которому так сильно скучала. И хотя это прозвучало не из родительских уст, но всё равно повлияло на девушку.

- Спасибо... - медленно опустив голову, прошептала Ноэль.

Элион ничего не ответил, продолжив поглаживать девушку по голове. Хоть его действия могли говорить о том, что он пребывает в хорошем настроении, но на самом деле всё было не так.

Юноша смотрел на девушку с невыносимой тяжестью и грустью. Он боялся того, что с ней может произойти в новом мире. Он боялся того, в какие ещё пучины отчаяния мир загонит Клару. Он был в ужасе от того, скольким детям ещё придётся пострадать. Девочка, которой так шли цветы, но которая была вынуждена питаться отходами с раннего детства и выживать всеми силами. Сотни и тысячи детей, которые так похожи на Альциону. Как им всем жить в этом мире? Что это, если не мир ужасов?

Элион убрал руку от Ноэль и посмотрел в сторону старца, который был готов сказать что-то ещё.

Он смотрел на этого старика, но в голове была совсем другая белоснежная фигура.

*Склишш* - Змейка вновь обернулась вокруг его сжатого кулака, принимая твёрдую форму.

- В честь юбилея башни все собираются в полдень на крыше... Прошу, пройдёмте. - хрипло сказал старец и последний раз взглянул на юношу в дальнем ряду, так и не объяснив скрытые в его глазах эмоции.

- ... - Элион молча встал и пошел первый, не оглядываясь.

Решимость в его глазах разгорелась с невиданной до этого дня мощью.

...

Организованная толпа из нескольких десятков тысяч человек шла по центральной улице предкоролевского района. Торжественное шествие продвигалось прямиком к Башне Надежды.

Толпу возглавляли 5 священников в тёмных нарядах с золотыми вставками. За ними следовал хор из 30 человек в белоснежных одеяниях, пропевая строки из божественного писания.

Десятки тысяч человек шли за ними и пели молитву вместе с хором. Люди выходили из ближайших домов и присоединялись к шествию. Дети, пришедшие вместе с родителями, тоже шли, пытаясь подпевать в такт молитве со старательным видом.

Это было действительно величественное зрелище, показывающее единство верующего народа. Их молитвенная песня раздавалась на километры вокруг, как будто стараясь никого не оставить безучастным.

- ... - зрачки Элион расширились, а по спине вновь пробежал холодок.

Испытывая знакомое чувство, юноша отвернул взгляд от церемониального шествия и посмотрел на далёкую вершину башни.

Однако это чувство вмиг исчезло.

Элион стоял на крыше главного корпуса вместе со своим классом и тремя учителями. На крышах других корпусов стояли ученики других годов и факультетов, и если приглядеться, то на одной даже можно было заметить девушку с короткими тёмными волосами и чёрными глазами. В ожидании какого-то момента все ученики собрались на крышах и наблюдали за башней, с предвкушением слушая своих учителей.

И только у одного из них во взгляде скрывались абсолютно другие эмоции.

...

Мужчина в белоснежном плаще успел отвести взгляд и не попасться. На его лице ненадолго появилась озорная улыбка, напоминающая улыбку старшего брата, играющего в прятки с годовалой сестрой.

Акирус лёг на спину на самой вершине Башни Надежды и посмотрел в пасмурное небо, которое, казалось, было невероятно близко.

После он закрыл глаза и продолжил лежать так. На его лице время от времени проскакивала мимолётная улыбка, а иногда он издавал небольшие смешки, как будто вспоминал что-то весёлое. Через некоторое время Акирус открыл глаза.

Сквозь серые тучи проглядывалось очертание солнца, которое было почти в зените прямо над вершиной Башни Надежды. Полдень приближался.

- Хаа... - устало вздохнул мужчина и поднялся.

Его длинные белые волосы испачкались, но его это не волновало. Приняв положение сидя, Акирус посмотрел на стремящееся достичь вершины солнце. В его серых глазах было почти не разглядеть эмоций, однако слёзы, текущие из них, были настоящими.

Через некоторое время Акирус встал на колени и, засунув руку во внутренний карман плаща, достал потрёпанную чёрно-белую фотографию.

«Когда тебе захочется плакать, посмотри на наши лица.

Мы улыбались, Акирус», - гласила надпись на старой фотографии.

Казалось, каждый из 30 детей сейчас бы произносил эту фразу с такой же счастливой улыбкой, как на фотографии.

*Кап-кап* - две слезинки упали на фотографию.

- Сегодня довольно пасмурно, кажется, дождь идёт? - с мягкой улыбкой и весёлым тоном произнёс мужчина в сторону фотографии.

Некоторое время он продолжал смотреть на фотографию, а затем шутливо произнёс:

- Вы даже не представляете, как бы я хотел, чтобы вы тогда не улыбались, а рыдали... Прямо как та девочка, да? Чудо случилось, когда его уже и не ждали... Как вы считаете, мир так сжалился надо мной или, наоборот, подшутил?

*Кап-кап* - пару капель вновь попало на фотографию.

- Мечта, да? - сухо усмехнувшись произнёс Акирус

Акирус нежно прижал фотографию к груди, будто обнимая родную дочь или сына. Просидев так некоторое время, он посмотрел на проглядывающее сквозь облака солнце, а затем шепотом начал напевать:

- Слышу голос из прекрасного далёко... Он зовёт меня не в райские края.

- Слышу голос, голос спрашивает строго...

- А сегодня... Что для завтра сделал я?

Поднявшись с колен Акирус запел, обращая взгляд с застывшими слезами к небу:

- Прекрасное далёко не будь ко мне жестоко... - он пел будто умоляя некое высшее существо.

- Не будь ко мне жестоко, жестоко не будь... - он умолял в последний раз, как в первый.

- От чистого истока в прекрасное далёко... - он продолжал молить, даже достигнув заветного результата.

В Башне Надежды Акирус навсегда потерял свою надежду.

Но он всё равно решил закончить начатое.

Потому что не мог позволить себе даже мысли о том, что это всё было напрасно.

Он никогда никому не позволит сказать, что это было напрасно.

Как и всегда тепло улыбаясь, Акирус в последний раз принялся за работу, роняя при этом горькие слёзы.

Слёзы, которые содержали в себе невыносимое горе.

- В прекрасное далёко... Я начинаю путь... - закончив её песню, Акирус принялся за свой самый масштабный эксперимент.