Дополнительная история «Красные серёжки»

Боль от разбитого сердца сменилась невыносимой от проникновения чего-то в глаз.

- АААААААААА!!!

Эми было так больно, что она больше не могла воспринимать звук или попытаться открыть второй глаз, дабы что-то разглядеть. Она могла лишь кричать, даже не в силах понять, что произошло.

Прижимая руки к лицу, она страдальчески выла, разрывая своё горло. Тем временем кто-то жестко повернул её голову и вырвал оттуда серёжку, оставленную матерью, вместе с мочкой уха. Ужасающая боль усилилась, так что она стала кататься по земле и кричать ещё сильнее. Однако это был далеко не конец.

С двух сторон её схватили за руки и придавили к земле, удерживая вертящуюся голову и тело. Девушка продолжала кричать и неистово дёргаться, однако, то ли поняв, что ужас не кончился, а только начался, она смогла открыть один оставшийся глаз.

Последнее, что когда-либо увидела Эми, — перекошенное от ярости лицо её сестры и дым от пылающего оранжевым огнём прекрасной зелёной поляны.

Её сестра, ради которой она так старалась не показывать на лице и доли эмоций. Та девушка, которую она так сильно любила и желала ей только лишь счастья. Она с ненавистью смотрела на неё и сжимала в руке маленькую красную серёжку, по которой стекала кровь.

- Наконец-то я их больше никогда не увижу. - с этими словами Эбби воткнула вторую серёжку в оставшийся глаз сестры.

Это была серёжка, которую Эми всегда ценила и берегла, как собственную жизнь. Глядя на неё, она всегда мечтала о том, чтобы её сестра когда-нибудь смогла улыбнуться и забыть о прошлом. И таким жестоким образом её мечта исполнилась.

- УААААААААА!!!

С этого момента крик девушки больше никогда не прекращался, а с каждой минутой становился только лишь сильнее.

- А теперь можно начинать очищение этой ведьмы... Пусть каждый кусочек её проклятого тела исчезнет. - довольно улыбаясь от этих криков, сказала Эбби державшим её сестру мужчинам.

...

Зелёная поляна, которая совсем недавно была наполнена звонким криком птиц, светом расцвета и звуками спящих оленей, сейчас была охвачена ярким оранжевым пламенем и едким дымом. Неподалёку оттуда жители деревни, которые не погнались за оставшимися в живых оленями, железной цепью привязывали дико воющую девушку с красными серёжками, воткнутыми в глаза.

Как бы Эми не брыкалась, она не могла сопротивляться множеству деревенских жителей. Девушку привязали к дереву, и её сестра с нетерпением в глазах наблюдала за этим моментом. Казалось, она действительно не могла дождаться, когда от девушки останется только обгоревший труп.

- ВАААААААА!!! - кричала Эми, дико дёргая привязанной к дереву цепью, хоть и разрывая тем самым себе кожу.

Девушка больше не могла видеть, а её слух давно был заполнен звоном от боли и собственного крика. Однако она, кажется, интуитивно понимала, что с ней сейчас будет происходить что-то ужасное. Кроме нескончаемой боли, её одолевал страх. Страх того, что боль станет только сильнее.

- В этот день благодаря отчаянной жертве Эбби мы смогли узнать, что среди нас всегда существовало злобное существо! - громко говорил житель деревни с факелом, дабы перекрыть крики девушки.

- Скорее всего, именно из-за её влияния отец Эбби совершил ужасное преступление, а её мать скончалась от лихорадки! Зло, повелевающее не только мужчинами, но и животными, должно быть наказано! Придать ведьму огню! - праведно закричал мужчина.

- АААААААААААА!!! - казалось, Эми могла расслышать их слова, и её крик стал лишь отчаяннее, а попытки выбраться всё интенсивнее.

- Покарать зло!!!

- Отомстить за грехи!!!

- Избавить мир от угрозы!!!

- Сожгите эту тварь... - с холодной улыбкой на лице проговорила Эбби.

Смотря на бесконечно воющую от боли сестру, глаза девушки пылали от нетерпения. В этот момент она лишь жалела о том, что не решилась на этот шаг раньше.

Мужчина с факелом в руке подошел к кричащей и неистово дергающейся девушке без глаз и, перекрестившись, начал поджигать дерево.

- КЬААААААААААА!!! - почувствовав жар разгорающегося пламени, Эми закричала ещё сильнее, не обращая внимания на скопившуюся во рту кровь от разодранного горла.

Однако дерево с привязанной к нему девушкой уже начало гореть. И пламени было всё равно на её мольбы, боль и отчаяние. Огонь лишь сжигал, и Эми стояла на его пути, а значит, её судьба предрешена.

Во взгляде Эбби отражалась сцена, где её сестру начинало поглощать пламя. Она наблюдала за этим с блеском в глазах и улыбкой, просящей о большем. Словно она смотрела на то, как её самое заветное желание сбывается, и не могла оторвать взгляд от этого зрелища.

Лицо Эми, привязанной к разгорающемуся дереву, выражало только лишь боль и ничего больше. Из её выколотых глаз стекали ручейки красной крови, смешанные с потоком отчаянных слёз. Боль от разбитого сердца давно померкла, сменившись нестерпимым ужасом и страхом от потери глаз. Однако вскоре девушка позабыла и об этой боли, ведь она уступила место чему-то более жестокому.

Почувствовав, что её кожу начало жечь пламя, Эми в неистовой агонии начала дёргать руками, практически ломая их. Её рот был широко открыт, и из-за ужасающего страдальческого крика её горло начало обжигать и практически гореть.

Девушка забыла о боли, которой ей причинили две иглы от серёжек. Сейчас её тело охватил невиданный ранее импульс от тысячи таких иголок по всему телу. Её кожа начала обугливаться, а оставшиеся куски глаз и крови сворачиваться.

Сейчас её единственным желанием было оторвать себе руки, но ей не было позволено сделать даже это.

Эми наконец надломила кости рук, однако ей всё равно не удавалось выбраться из цепи. Из-за её движений огонь охватывал её ещё сильнее и усиливал боль.

- УАААААААААА!!! - сжигая своё горло, всё равно кричала Эми, охваченная пламенем.

Тем временем Эбби, широко раскрыв глаза, будто желая навсегда запечатлеть этот момент, с довольной улыбкой наблюдала за агонией сестры. Она вдыхала запах палёной кожи и волос, испытывая при этом небывалое наслаждение.

Как будто только для того, чтобы ещё больше усилить отчаяние девушки, её лёгкие и горло теперь обожглись настолько, что она больше не могла кричать. Она так и продолжала дёргаться с широко открытым ртом, из которого теперь едва выходил крик. Теперь Эми была вынуждена терпеть этот ужас не только без возможности видеть, но и без возможности говорить. Только лишь её слух воспринимал звук того, как она горит заживо.

В этом ужасе все наблюдали за обгоревшим подобием того, что раньше было девушкой, с праведным выражением лица, и только лишь одна из них едва сдерживала довольный смех.

Через некоторое время боль почти оставила Эми, а её попытки выбраться почти закончились. Однако она всё равно продолжала дёргаться, даже когда её тело уже начало непроизвольно скрючиваться и чернеть, походя на сгоревший труп.

Девушка уже не ощущала огонь на себе. Будто теперь она сама им стала и продолжала гореть только, чтобы сжечь душу от того, что оставалось от Эми.

Всё свои жизнь она прожила, продолжая скапливать комок бесчисленных эмоций в её душе. Девушка терпела это всё только из-за любви к той, кто впоследствии ужасающим способом предал её. И теперь все оставшиеся эмоции в душе девушки, включая ужасающую боль, подчинились одной единственной, которая сейчас горела даже ярче сжигающего Эми огня.

Именно в этот момент, когда Эми уже мало походила на человека, а крик был едва слышимым хрипом, в её голове раздался голос... Нет.

В её голове раздался ужасающий крик.

Крик призывал сжигать.

И тогда Эми сожгла всё.

Не из-за желания мести или справедливости.

А только из-за невероятной ярости.

Потому что она горела в ней ярче всего.

- ВААААААААААААААХ!!! - с ужасающим нечеловеческим криком на свет родилось красное пламя ярости.

В последний момент своей жизни один житель деревни успел проговорить с невиданным ужасом и благовонием в голосе:

- Э-это и есть бог...?

Жестокое пламя подчинило все те оранжевые огни, которые горели в лесу, в одно мгновение.

А после вся округа взорвалась красным огнём невиданной мощи. Это был огонь, который сжёг всё на своём пути, не оставляя даже пепла.

Перед смертью Эбби увидела, как горящий силуэт её сестры с красными серёжками в глазах взорвался красным огнём. Однако она даже не успела ничего понять, как красное пламя поглотило её.

Эбби стала жертвой огня ярости и ненависти, который породила она сама.

- УААААААААААААА!!! - продолжая кричать красный огонь, который был Эми не прекращал сжигать всё на своём пути.

Вскоре прекрасный хвойный лес, который когда-то был убежищем травмированной девушки, превратился в выжженное кладбище чёрных деревьев.

У огня не было глаз, так что он не видел того, что остается после него.

Однако это было не важно, потому что он всё равно сожжёт абсолютно всё.

Потому что это было единственным спасением от этой ярости.

...

Услышав леденящие душу крики, в выжженный лес пришел оставшийся в деревне мужчина.

- Ч-что тут произошло...? - раздался его немного пугливый голос.

Прежде чем прийти, он попытался найти Эми в деревне, однако он вовсе не нашел там ни одного жителя. Словно все они испарились.

Так мужчина продолжал идти по тому, что раньше было лесом, направляясь к непрекращающимся крикам.

И вскоре он увидел автора этих криков. Посреди выжженного леса стоял согревший силуэт, охваченный красным пламенем. Силуэт неистово кричал и всюду распространял огонь, сжигая даже то, что уже давно было сожжено.

- Ч-чудовище... - дрожащим голосом произнес мужчина, от чего огонь повернулся на него.

Она узнала этот голос и сделала шаг навстречу мужчине.

- Н-не приближайся...! - крикнул он.

Однако её не волновали эти слова.

Потому что она уже была красным пламенем. А оно лишь сжигает, не оставляя после себя ничего.

В следующие секунды мужчину поглотил огонь и оставил на месте лишь его сгоревшие останки.

Не собираясь останавливаться, она отправилась дальше, неся погибель всему живому и неживому.

Таким было рождение будущего вестника заката нового человечества.

- УАААААААААААА!!! - разнося красный огонь повсюду, она не переставая выла, словно терпела ужасную боль.

Она не могла перестать кричать.

Потому что крик был её единственным спасением.

Её голос, полный ужасных страданий, раздавался даже когда она стала артефактом и её больше никто не мог услышать.

Ужасающая боль не отпускала Эми так долго...

Вплоть до момента, пока кто-то не протянул к ней руку и не разделил с ней этот крик, даже ценой этой самой руки.

Спустя века её крик наконец замолк.

Спустя мучительно долгое время эта боль наконец исчезла.