Глава третья: Утро решающей битвы

Глава третья: Утро решающей битвы

Утром в день заседания Высшего совета Моника поднялась еще до рассвета и направилась в комнату Ланы.

Поскольку на улице было еще темно, она шла по коридору, приглушая шаги. Ранний утренний воздух был холодным и освежающим, что помогло Монике сосредоточиться.

Когда она пришла в комнату Ланы, та уже была одета и ждала Монику.

На туалетном столике лежали косметика и инструменты для укладки волос, на стене висело одно платье. Это было оружие, которое Лана приготовила для Моники.

"Доброе утро, Моника. Ты хорошо спала прошлой ночью?"

«Да».

Во время подготовки к Высшему совету за питанием и сном Моники тщательно следили Изабель и ее горничная Агата. Благодаря этому Моника была в идеальном состоянии.

А чтобы превратить Монику в достойную ведьму, Лана предоставила висевшее на стене черное платье.

Платье, предназначенное для ношения под мантиями Семи мудрецов, было сшито из большого количества роскошной, блестящей черной ткани.

Многоярусные оборки юбки были украшены кружевом того же цвета; когда платье колыхалось, оно отбрасывало кружевные тени, когда свет проникал сквозь него.

Такое же кружево украшало объемные рукава, словно слоистые лепестки ночного цветка.

"Ну? Я задумала его, чтобы носить под мантией, стремясь к единому образу и добавляя нотку великолепия. А потом..."

Лана подняла крышку с большой картонной коробки, которую поставила рядом с комодом.

Внутри коробки, завернутые в папиросную бумагу, лежали черные туфли.

"Эти туфли украшены на каблуке. Видишь эту ленточку? Она очень мило выглядывает из-под подола юбки, когда ты идешь".

С первого взгляда было понятно, что эти туфли созданы для одеяний Семи мудрецов. Стелька совпадала по цвету с внутренней тканью мантии. Даже в тех частях, которые не были видны, можно было заметить внимание к деталям.

Туфли имели сдержанный декор на заднике, а на каблуке - две ленты контрастного цвета, наложенные друг на друга.

И платье, и туфли на первый взгляд выглядели элегантно, но при этом создавали ощущение великолепия, когда их обладательница двигалась.

Это было не платье для юной леди, пришедшей на чаепитие. Это было платье для великой ведьмы, предназначенное для сцены Высшего совета.

«Интересно, смогу ли я справиться с этим...»

«Для этого и нужны были все эти тренировки, не так ли?»

Лана взяла платье со стены и протянула его Монике, которая выглядела довольно обескураженной.

«Сегодня я сделаю так, что ты будешь выглядеть просто восхитительно».

«Да!»

Слова и улыбка Ланы вселили в Монику уверенность. Это была необыкновенная сила, которую невозможно повторить ни с помощью какой магии.

Несмотря на то что Моника сильно нервничала, она улыбалась, сама того не замечая.

Переодевшись в платье, которое приготовила Лана, Моника села перед туалетным столиком. Далее последовал макияж.

В зеркале отражалась простая девушка с большими глазами, маленьким носом и ртом.

Но когда Лана провела тонкой кисточкой, ее глаза стали ясными и умными. Ее брови стали смелыми. Губы приобрели здоровый цвет и стали утонченными.

«Это последний раз, когда Лана делает мне макияж, не так ли?»

Лана приостановила работу кистью, когда Моника тихо прошептала.

«Разве ты не будешь присутствовать на церемонии вручения дипломов?»

«Наверное, нет», - ответила Моника.

«...понятно».

Независимо от того, удастся или не удастся операция, которую они собирались провести, Монике придется покинуть Академию Серендии.

Моника не сможет присутствовать на школьном фестивале в следующем году или на приближающейся церемонии вручения дипломов.

Ощутив грусть при этой мысли, Лана сказала, продолжая краситься.

"После окончания школы я планирую открыть торговую компанию и заниматься косметикой. Когда придет время, пожалуйста, пользуйся косметикой нашей компании. Я научу тебя, как правильно ею пользоваться".

После окончания школы Лана говорила о своем будущем, и Моника была частью этого будущего. Она говорила об этом будущем так, словно это было самой естественной вещью в мире.

Лана, наверное, даже не представляет, как глубоко это тронуло сердце Моники.

«Да... да, обучи меня разбираться в косметике».

Когда она скрывала свою истинную сущность, давать обещания о будущем было мучительно. Она верила, что они никогда не сбудутся. Она была уверена, что, как только ее личность раскроется, она исчезнет из поля зрения всех.

Но теперь все изменилось. Моника Эверетт может давать обещания на будущее.

(Надеюсь, у этого человека... тоже есть такое будущее).

Когда с макияжем и прической было покончено, Лана принесла шкатулку с драгоценностями. Очевидно, что все эти наряды выглядели бы неуместно без аксессуаров.

"Для сережек лучше всего подойдет что-то утонченное и яркое. Что касается ожерелья..."

«Лана, послушай...»

Моника достала из кармана снятой одежды кулон и показала его Лане.

«Я бы хотела носить этот кулон».

Лана выглядела слегка удивленной. Должно быть, это было неожиданно, ведь Моника никогда раньше не приносила подобных вещей.

"Прекрасный кулон. Это подарок?"

"...Да, его подарил мне близкий друг. Раньше у меня не хватало смелости носить его..."

На конце тонкой цепочки покачивался перидот, цвет которого полностью совпадал с цветом глаз Моники.

Прижав руку с кулоном к груди, она подумала о человеке, который подарил ей этот кулон.

О человеке, который ходил по ночным улицам, сверкая глазами на Молчаливую ведьму. Первый друг Моники по хулиганству. (ПП: если кто забыл события 5-6 томов назад - это Айк)

«Теперь я понимаю, что он предназначался для сегодняшнего дня, для этого момента».

"Понятно. Тогда подберем остальные аксессуары под цвет этого кулона".

Лана мягко улыбнулась, взяла кулон и переместилась за спину Моники, чтобы застегнуть его.

В предрассветной комнате пламя свечи мерцало, и перидот, отражая этот свет, сиял, словно в огне.

Прикрепив серьги, подходящие по оттенку к кулону, и проверив общий эффект, Лана удовлетворенно кивнула.

«Идеально».

Эти слова подтолкнули Монику к действию.

Моника накинула на себя мантию Семи мудрецов и взяла в руки прислоненный к стене посох.

Открыв окно, Моника вдохнула прохладный воздух. Хотя рассвет еще не наступил, горизонт начал слабо светлеть.

Скоро наступит утро.

Моника отвернулась от окна и повернулась лицом к Лане.

"Лана... Я ухожу!"

«Счастливого пути, Моника».

Моника взяла в руки посох и без заклинаний применила магию полета. Подхваченная ветром, с развевающимися платьем и мантией, она вылетела в окно.

Когда она взлетела на крышу женского общежития, Неро, ожидавший на краю крыши в облике черного кота, прыгнул на палочку Моники.

«Неро, пошли!»

«Точно!»

Взобравшись на плечо Моники, Неро прижал свою мягкую подушечку лапы к напряженному, застывшему лицу Моники. Так Неро подбадривал ее.

Мягкое ощущение подушечек лап немного ослабило напряжение Моники.

«Мне всегда помогали подушечки лап Неро, не так ли?»

"Подожди. Есть ведь не только подушечки лап, правда? Похвали меня и за другие вещи".

«Если подумать...»

Не обращая внимания на ворчание Неро, Моника вдруг вспомнила.

Для Моники эти лапы иногда были источником утешения, иногда - способом вернуться в реальность из мира цифр.

И несколько раз Моника возвращалась к реальности, когда кто-то, кроме Неро, похлопывал ее по щеке.

«Его Высочество... этот человек... где он прячет свои подушечки лап?» (ПП: *вспомнил все те моменты, которые аниме вырезало*, видать поцелуи - черезчур похабщина для аниме)

"Забудь об этом. Я сам тебя как следует потискаю. Ну как, уже лучше?"

«Ммм...»

Моника приподняла губы, окрашенные в бледно-розовый цвет, и улыбнулась.

Она отличалась от той неуверенной улыбки, которая была у нее, когда она только прибыла в эту академию.

Эта улыбка передавала одновременно мягкость и внутреннюю силу.

«Я собираюсь немного увеличить темп».

"Хорошо, давай! Если начнешь падать, используй эту яркую магию, чтобы стильно приземлиться!"

«Призыв Короля Духов не предназначен для приземления, ты же знаешь!»

Ответив в своей обычной манере, Моника прибавила скорость.

Маленькая ведьма и черный кот, оседлав посох, мчались по темному предрассветному небу.

＊＊＊

Один из Семи мудрецов, маг барьеров Луис Миллер, сидел в одной из комнат своего особняка и в полной растерянности держал на руках свою любимую дочь Леонору, которая громко плакала.

Он тщательно проверил, как нужно поддерживать ее шею и тело, обеспечивая удобную фиксацию, - и все же лицо Леоноры сморщилось, когда она застонала.

В ее крике не было простого «Онгяа, Онгяа».

"Гяааааааааааа!!! Бяяяяяяяяяяяяя!!! Ваааааааааа!!! "

Вот и все.

Леонора, которую только что накормили грудным молоком и сменили подгузник, была в прекрасном расположении духа всего несколько минут назад.

Она мило улыбалась и хихикала, но стоило Луису взять ее на руки, как она разрыдалась.

Когда Рин молча протянула руки, Луис бережно передал Леонору в них. Мгновенно Леонора перестала плакать.

«...Почему, когда я беру ее на руки, она плачет так, будто наступил конец света?»

«Наверное, это потому, что Луис похож на Короля Демонов, который принесет конец света».

« ............ »

Он хотел бы на многое пожаловаться, но его жена Розали не могла уснуть из-за ночного плача Леоноры и только что прилегла вздремнуть. Если он заставит Леонору плакать еще, жена не сможет отдохнуть.

Взвесив свою отцовскую гордость и заботу о жене, Луис в конце концов отказался от того, чтобы сегодня снова взять ее на руки.

"Лорд Луис, не пора ли вам уезжать? Карета, посланная за вами, уже прибыла".

"Ах, если бы я только мог долететь туда одним махом. Это ужасно утомительно".

До того как Луис стал одним из Семи Мудрецов, когда он еще был командиром Магического Корпуса, он часто использовал магию полета при поездках в замок. Лететь по прямой было не так уж далеко, а главное, это занимало меньше времени, чем карета.

Однако, как только человек достигал определенного положения, пользоваться каретой становилось обычным делом, за исключением экстренных случаев.

А сегодня, как никогда, был Верховный совет. Когда собирались ведущие деятели страны, нужно было поддерживать видимость.

"Ну что ж, тогда я пойду. Я вернусь поздно, так что, пожалуйста, поешьте без меня".

«Да, берегите себя».

Он с неохотой помахал Леоноре рукой, но она даже не взглянула в его сторону.

Луис забрался в карету, чувствуя себя подавленным.

Молодой кучер, нахлобучив шляпу, быстро закрыл дверцу и привел карету в движение.

От нечего делать Луис подпер подбородок рукой и задумался о сегодняшнем заседании совета.

Суд над самозванцем, выдававшим себя за второго принца, - действительно, этот молодой человек, несомненно, должен быть подделкой.

Но если выводы Луиса верны, то подмена подлинника на подделку произошла не недавно, а за десять лет до этого, когда Феликс, по слухам, перенес тяжелую болезнь.

И Луис был почти уверен, что именно герцог Клокфорд организовал эту подмену...

Но, как ни прискорбно, доказательств было недостаточно.

Хитрый герцог Клокфорд, несомненно, уничтожил все улики.

(...В таком случае не оставалось ничего другого, как уступить требованиям герцога Клокфорда.)

Было обидно, что его опередили. Однако даже для герцога Клокфордского отказ от второго принца - очень ценной пешки - должен был стать серьезным ударом.

Отныне герцог Клокфордский будет насильно продвигать Третьего принца в качестве следующего короля, не так ли? . Однако Третий принц моложе Второго принца и не имеет заметных достижений.

С этого момента борьба за престол станет еще более хаотичной.

Как сдерживать герцога Клокфорда в дальнейшем? Размышляя над этим, Луис выглянул в окно и нахмурился.

(...О?)

Вид за окном казался не таким, как обычно.

Луис окликнул кучера.

«Это не обычный маршрут?»

"Мои извинения, сэр. Обычный путь преградила сбежавшая корова, поэтому сегодня мы вынуждены ехать в объезд".

Как же не вовремя.

Тем не менее времени было предостаточно, и если они не успеют, то всегда смогут воспользоваться магией полета.

Однако по мере того как он смотрел в окно, эта мысль стала меняться.

Карета постепенно оставляла город позади, въезжая в малонаселенный лес. Зачем выбирать лес, если есть другие пути?

«Остановите карету!»

«В чем дело?»

Кучер не подавал признаков остановки.

Луис прижал свой посох к шее кучера и низким голосом приказал.

«Остановись».

Кучер остановил карету, как было приказано.

Одновременно с этим атмосфера вокруг них полностью изменилась. В воздухе расстилалось огромное пространство магической энергии.

Над этим лесом только что был создан барьер.

(Это... барьер для магического боя?)

В тот момент, когда внимание водителя было отвлечено барьером, окутывающим лес, он щелкнул пальцами.

Из тени деревьев вылетело несколько молний. Создавать защитный барьер было бы уже поздно.

Луис стремительно выпрыгнул из кареты, уклоняясь от молний. Затем с другого направления к ним устремился огромный огненный шар.

(Молнии и огненные шары. Кто это стрелял? Кто-то другой?)

С помощью сокращенного заклинания Луис поднял защитный барьер щитового типа и заблокировал огненный шар. Барьер разрушился, когда огненный шар взорвался с грохотом.

В барьере, который использовал Луис, приоритетом была скорость активации.

Тем не менее, это был барьер, возведенный магом-барьеристом, славящимся прочностью своей защиты. Обычная магия не смогла бы даже поцарапать его.

И все же один огненный шар разрушил барьер Луиса.

(Эта сила...)

Луис встал, смахнул грязь с одежды и заговорил.

"Если ты сейчас выйдешь сюда и будешь умолять меня спасти твою жизнь, я, возможно, отпущу тебя, повесив вниз головой на крыше... Гленн. "

Луис не пропустил слабый вздох.

Луис без промедления выпустил заклинание «Стрела ветра», сократив заклинание, в сторону зарослей, откуда донесся звук.

Мгновенно возник защитный барьер.

Тот, кто воздвиг барьер, был кучером. Высокий и долговязый, с длинными конечностями.

Кучер откинул шляпу, которую носил, низко надвинув на глаза. Под ней скрывалась голова с ярко-рыжими волосами.

"Хмф, хмф, хмф, ваше прятанье - чертова дрянь, не так ли? "

«Заткнись!»

Из кустов появился Гленн. На нем была не форма Академии Серендии, а гражданская одежда, в которой легко двигаться.

Рыжеволосый мужчина, изображавший кучера, тоже был знаком.

Хьюберт Ди, человек, который сражался с Гленом в магической битве в Академии Серендии.

Почему Хьюберт выдал себя за кучера, чтобы привезти Луиса в этот лес? Почему Гленн напал на него? Он явно не собирался легко признаваться в содеянном. На лице Глена читалось явное намерение сражаться.Тем не менее Луис осмелился спросить.

"Итак, вы все. Готовы ли вы встать на колени, умолять о своей жизни и рассказать все?"

Вместо ответа последовали огненные шары и молнии.

(Огненные шары - это магия Глена, а молнии, скорее всего, были выпущены из магических устройств, которые они расставили по округе).

Мощные огненные шары Глена и скорострельные молнии Хьюберта. Эта стратегия, скорее всего, направлена на то, чтобы добить Луиса этими двумя атаками с разной скоростью.

Неплохо, но Семь Мудрецов не поддадутся на такую тактику.

Луис развернул защитный барьер щитового типа, намереваясь блокировать огненный шар и стрелы-молнии.

Но одна из молний разбила защитный барьер Луиса.

(Не огненный шар Глена, а молнии?)

Стрелы-молнии были выпущены из магических устройств, расставленных по округе. Хотя их скорострельность была высокой, разрушительная сила не была особенно велика. Но почему...? Размышляя об этом, Луис скрутил свое тело, чтобы уклониться от стрел-молний.

Благодаря своей высокой физической подготовке, даже если барьер не мог блокировать все, Луис мог сам уклониться от некоторого количества атак.

Но молния, от которой, как он думал, он уклонился, закружилась и понеслась за Луисом. Время его преследования было явно больше, чем у обычных заклинаний слежения.

(Усовершенствованное заклинание слежения, использующее новейшие технологии...?)

Более того, то, что оно разрушило барьер Луиса, означало, что оно обладает силой, эквивалентной двойной силе.

Должно быть, он активировал его в тот момент, когда Хьюберт выпустил молнию, спрятав ее среди более слабых болтов.

В тот момент, когда он понял это, по всему телу Луиса пробежал холодок.

Уклонившись от заклинания слежения, Луис стал маневрировать. К месту с редкими деревьями, хорошо заметному с воздуха.

Осознав это, Луис быстро затараторил. Площадь не должна быть большой. Вместо этого он развернул над головой исключительно прочный щит.

В этот момент в небе открылись врата.

Сияющие врата, состоящие из частиц желто-зеленого света, открылись, и ветер, дующий из них, превратился в копье, нацеленное на Луиса.

Максимально мощный защитный барьер, который Луис создал в тот же миг, едва успел отразить колоссальное копье ветра. Оно было на волосок от гибели.

В этот самый момент Гленн и Хьюберт начали атаку с флангов.

(Так вот оно как...)

Луис щелкнул языком, уворачиваясь от огненного шара Глена и молнии Хьюберта. К счастью, это был лес, в котором было множество мест для укрытия.

С мощными атаками сверху справлялся защитный барьер. От атак Гленна и Хьюберта можно было уклониться с помощью препятствий. Спокойно выдерживая нападения противника, Луис пылал от ярости.

Новейшая технология передовых заклинаний слежения и вызов Короля духов ветра.

Маги, способные сочетать такие передовые техники, встречаются нечасто.

В его памяти промелькнула магическая дуэль во время отбора Семи мудрецов.

Луис знал того необычного мага, который в момент начала битвы вызвал Короля Духов без заклинаний.

(...Молодец, урод природы!)

Молчаливая ведьма Моника Эверетт теперь явно была настроена против Луиса.

＊＊＊

На совещании по стратегии противостояния с Высшим советом первым предложением Моники было задержать Луиса.

«Мы должны помешать Луису присутствовать на Высшем совете».

Луис принадлежит к фракции Первого принца и враждует с герцогом Клокфордом. Поскольку враг Моники - тоже герцог Клокфорд, может показаться, что они могут сотрудничать.

Но враг врага - не обязательно союзник.

Чтобы заручиться поддержкой Луиса, нам придется все раскрыть. Но как только он узнает правду десятилетней давности... Я думаю, Луис предпочтет предать ее огласке.

Что настоящий принц Феликс умер десять лет назад. И что организаторами подмены были герцог Клокфорд и его камердинер Айзек Уокер.

Если бы Луис узнал эти факты, он с ликованием предал бы правду огласке.

Ведь тогда он точно сможет покончить с герцогом Клокфордом и фальшивым вторым принцем.

У мистера Луиса нет причин помогать председателю... поэтому заручиться его содействием в осуществлении этого плана невозможно.

Кроме того, Луис обладает острым умом и красноречием. Если бы Луис присутствовал на заседании Верховного совета, он, скорее всего, разгадал бы замысел Моники и попытался бы опровергнуть его.

Присутствие Луиса будет неудобно, если мы сосредоточимся исключительно на противостоянии герцогу Клокфорду.

«Иметь его в качестве союзника и так страшно, но иметь его в качестве врага в сто раз хуже...»

На это замечание Глена Моника глубокомысленно кивнула в знак согласия.

Откровенно говоря, у Моники было мало шансов в дебатах.

Поэтому, чтобы задержать Луиса... мы начнем магическую битву.

В магической битве, где физические атаки неэффективны, получаемый урон напрямую уменьшает магическую силу. Если магическая сила Луиса истощится в такой битве, он не сможет использовать магию полета, чтобы добраться до Высшего совета.

Но Сирил высказал свои сомнения по поводу этого предложения.

"Подождите. Почему это должна быть именно магическая битва? Противник - вершина чародейства, не так ли? Тогда, хотя это звучит грубовато, разве физическая ловушка не будет более эффективной..."

«Как раз наоборот».

«Совсем наоборот».

К голосу Моники, опровергающему слова Сирила, присоединился голос Глена.

Эти двое, хорошо знавшие боевой стиль Луиса, наклонились вперед и горячо заспорили.

"Господин Луис силен как в физическом бою, так и в магическом, поэтому если мы не будем хотя бы блокировать ее физические атаки, у нас не будет шансов на победу!

"Мистер Луис - это тот человек, который говорит: "Быстрее ударить его, чем использовать магию!" Если мы позволим ему использовать и физические атаки, он будет неудержим!"

В комнате воцарилось гробовое молчание.

Моника и Гленн продолжали, их лица были бледны.

«Я... я видела, как Луис-сан голыми руками отбивался от членов Магического корпуса, сложенных как гора на тренировочной площадке...»

«А когда Мастер вступает в схватку, он немного... ну... как будто у него кровожадная жилка...»

«Значит, барьерное заклинание, сводящее на нет физические атаки, просто необходимо!»

"Иначе, в худшем случае, нас всех забьют физическими атаками, а не магическими! !"

Группа ощущала давление, поскольку голоса двух магов становились все более напряженными.

Большинство присутствующих воспринимали мага Барьера Луиса Миллера как элегантного джентльмена с изысканными манерами.

Крики Моники и Глена, разбившие вдребезги этот изысканный образ Луиса Миллера, были слишком искренними и наполненными неподдельной убежденностью, чтобы отмахнуться от них смехом «Это преувеличение!».

＊＊＊

На крутом холме, возвышающемся над лесом, где бушевала магическая битва, стоял хрустальный постамент, поддерживающий магическое сражение.

Возле этого постамента, поддерживая барьер магической битвы, стояли Нил и Элиана.

Сирил и Моника стояли вместе перед хрустальным шаром, наблюдая за отражающейся в нем сценой.

Все трое, кроме Моники, которая была одета в мантию Семи мудрецов, переоделись в удобную гражданскую одежду, чтобы их не узнали как учеников Академии Серендии.

Моника одной рукой воткнула свой посох в землю, а указательный палец другой руки направила на хрустальный шар.

На кончике этого пальца появился и исчез маленький магический круг, появился и исчез. Она посылала молнии одну за другой, используя дистанционную магию.

Сирил бросил взгляд в сторону Моники, которая бесстрастно управляла магией, подавляя свое изумление.

(Подумать только, дистанционная магия может достичь такой точности в атаке...)

Магия дальнего действия редко попадает в цель с такой точностью. Поэтому в магическом бою она используется в основном для подавления и разрушения.

Но Моника могла точно определить местонахождение своих врагов с помощью дистанционной магии. Для тех, кто попадал в цель, это было верхом ужаса.

Атаки Глена и Хьюберта постепенно синхронизировались. Луис медленно загонял себя в угол.

(Это может...!)

Как только они решили, что смогут это сделать, Барьерный маг, отраженный в хрустальном шаре, приподнял уголок рта в улыбке.

Мощный огненный шар Глена, молнии, выпущенные из магического устройства Хьюберта, и молнии Моники, смешавшиеся между собой, - все они одновременно ударили в барьер Луиса, но были отражены.

(Отражающий барьер...!)

Отражающие барьеры, отражающие вражескую магию, очень сильны, но их недостаток в том, что они уменьшают силу самого барьера.

Однако отражающий барьер мага-барьериста прекрасно отражал одновременные атаки троих.

Огненный шар Глена, отличавшийся большой мощностью, взорвался при отражении, разбросав вокруг пылающее пламя. Получить такой удар с близкого расстояния ничем хорошим не закончилось бы.

«Дадли!»

Когда Сирил инстинктивно вскрикнул, Моника прошептала рядом с ним: «Все в порядке».

Отдаленная магия, выпущенная из кончиков пальцев Моники, образовала стену ветра, закрыв собой и Глена, и Хьюберта. Ни один из них не проявил никаких признаков ранения.

Сирил был одним из лучших практиков магии в Академии Серендии. Даже на взгляд Сирила, эта техника была не под силу человеку. И все же он понимал.

Когда Сирил однажды впал в безумие из-за магической зависимости, Молчаливая Ведьма сбила все выпущенные Сирилом ледяные стрелы, не оставив ни одной.

И сложная магия, позволяющая сбивать стрелы стрелами, и умение точно поражать врагов с помощью магии дальнего боя, скорее всего, были возможны только благодаря исключительным вычислительным способностям Моники.

(Это вершина магов, Семь мудрецов...)

Маленький маг, остановивший магическое буйство Сирила прошлой осенью.

Сирил считал эту особу ужасающе молчаливой, ужасающе сильной, даже чудовищной, неподвластной человеку.

...Однако она всегда была рядом.

Топая неуклюжими шагами, она подбегала к нему, судорожно сжимая маленькие ручки. «Господин Сирил», - говорила она, застенчиво улыбаясь.

«Милорд Сирил».

Услышав свое имя, он резко обернулся. Моника подняла глаза на Сирила и извиняюще опустила брови.

"Простите, время вышло. В идеале я должна была нейтрализовать мистера Луиса здесь..."

Моника прервала себя, бросив короткий взгляд на хрустальный шар.

"Но я подтвердила это. Если он не вызвал своего Духа после всей этой атаки... значит, у Луиса нет подкрепления."

При столкновении с магом барьеров Луисом Миллером главной заботой было наличие у него контрактного духа. Барьерный маг заключил контракт с высшим духом ветра.

Высший дух - это противник, с которым Моника в одиночку не справится. Мнение о том, призовет ли Луис своего контрактного духа, разделилось даже на совещании по стратегии.

Гленн сказал по этому поводу следующее:

'Хуже всего для Мастера будет, если что-то случится с его семьей... Я думаю, он не станет вызывать Духа, если это не будет абсолютно необходимо".

Сейчас на Луиса нападают несколько человек, в том числе Гленн и Моника.

Враг - не один человек, а несколько. Следовательно, необходимо учитывать возможность того, что его семья окажется в заложниках.

Если его семья окажется в заложниках, Луис не сможет действовать. Так считали Моника и Гленн: контрактный дух будет оставлен охранять дом.

(У врага нет подкрепления... Одного этого достаточно).

Заседание Высшего совета вот-вот должно было начаться. Отъезд Моники нельзя было больше откладывать.

Поэтому Сирил твердо заявил, сохраняя решительную позицию.

"Все будет хорошо. С этого момента мы их остановим".

Сирил поднял сумку, которую принес с собой. Внутри лежали документы и реквизит, необходимые для заседания Высшего совета.

«И, хотя это произошло в последнюю минуту, вот это...»

сказал он, доставая спрятанный в сумке предмет.

Перевязанная голубой ленточкой, она оказалась гирляндой из белых роз, о которой мечтала Моника.

Цветочное украшение, подаренное при обещании танцевать на школьном фестивале, Моника называла талисманом, помогающим ей держаться уверенно. Ну что ж, подумал Сирил, это подойдет.

Моника осторожно взяла цветочное украшение и закрепила его на лифе платья.

«Сирил-сама... спасибо вам за цветы».

Ее лицо, украшенное макияжем, красиво уложенные волосы, черное платье, мантия и посох Семи мудрецов - она была непохожа на себя обычную.

И все же лицо, улыбающееся с опущенными бровями, оставалось неизменным, таким, каким его знал Сирил.

Она была младшей, которая говорила ему, что уважает его.

Тогда он хотел стать старшим, которым она могла бы гордиться.

Сирил прочистил горло, протянул портфель с документами и заявил в качестве вице-президента студенческого совета.

«Выкладывайтесь по полной».

«Да!»

Моника взяла портфель и кивнула, сверкнув своей самой яркой, по мнению Сирила, улыбкой.

＊＊＊

Отключив отражающий барьер, Луис активировал свою магию восприятия, внимательно следя за передвижениями Глена и Хьюберта. Однако никакой реакции на атакующую магию Моники поблизости не наблюдалось.

Подумать только, до начала заседания Высшего совета оставалось всего ничего.

(...Ясно. Молчаливая ведьма направилась в Высший совет.)

Молчаливая ведьма все это время находилась за пределами барьера. Это объясняет, почему она использовала только дистанционную магию. Гленн и Хьюберт были лишь отвлекающим маневром.

«В таком случае, может, мне быстро вырубить вас всех и самому отправиться в Высший совет?»

Луис был уверен в своих навыках летающей магии. Если он улетит сейчас, то, возможно, успеет вовремя.

В небе над головой показалась маленькая фигурка. Опираясь на свой посох, она летела прочь - Молчаливая ведьма.

Пока он раздумывал, не сбить ли ее наступательной магией, Гленн крикнул.

" Мастер! Вы не пройдете здесь! Это состязание!"

«Хм-хм-хм, не хочешь ли ты поиграть со мной, Барьерный маг?»

Посмотрев в лицо двум молодым людям, стоящим на ее пути, Луис вздохнул.

«Задержать меня без поддержки Молчаливой Ведьмы? ... Вы действительно верите, что вам это удастся?»

«Не узнаешь, пока не попробуешь!»

Как самонадеянно.

Покачав головой, Луис вздохнул.

"Это довольно хлопотно. Мне не доставляет удовольствия издеваться над слабыми. Поэтому..."

-Это не издевательство над слабыми.

Луис оторвал декоративную ткань, прикрепленную к передней части мантии, и сунул ее в карман.

Затем, свирепо и злобно ухмыляясь, самый грозный боевой маг королевства Ридилл негромко произнес.

«Пора навести порядок, маленькие засранцы».