ГЛАВА 1 Молчаливая ведьма, или Ведьма, которая не говорит

ГЛАВА 1

Молчаливая ведьма, или Ведьма, которая не говорит

Линдси Пэйл, преподавательница Академии Серендии, сидела на своем месте в учительской и меланхолично вздыхала.

В этом году Линдси исполнится двадцать шесть лет, и она была простой женщиной, ничем особенно не выделявшейся. Она носила свои светлые волосы с сединой, завязанные назад, не особо задумываясь о стиле.

Тем не менее она была преподавателем бальных танцев и старалась всегда сохранять элегантную осанку. Однако сейчас она была сгорбленной и осунувшейся.

Примерно за две недели до этого был арестован Виктор Торнли, преподаватель фундаментальной магии. По всей видимости, он присваивал школьные средства, чтобы тайно изучать запрещенные заклинания.

Из-за этого инцидента в академию Серендии несколько дней подряд приезжали инспекторы из королевской столицы и Гильдии магов. Академия находилась под непосредственным контролем герцога Клокфорда, влиятельного дворянина, и он, похоже, организовал все так, чтобы провести лишь минимальное расследование, но все равно было очень оживленно. Каждый раз, когда приезжали инспекторы, Линдси, младшему преподавателю, приходилось готовить все необходимые документы для представления.

...А теперь я еще и отвечаю за класс... - вздохнула она про себя.

Линдси проработала в академии не так уж долго и только в качестве помощника классного руководителя. А теперь, после ареста Торнли, она вдруг оказалась во главе его класса. Честно говоря, от такого давления у нее начинал болеть живот.

Когда Линдси продолжала вздыхать, опустив плечи, в учительскую из коридора вошел директор. Рядом с ним стоял пожилой мужчина с посохом в руках. Мужчина был невысокого роста, с густыми белыми бровями и волосами на лице, скрывающими глаза и рот. Его посох был декорирован и имел такую длину, которую разрешалось использовать только высшим магам.

Все взгляды обратились к директору средних лет, который широко улыбнулся и заговорил.

"Прошу внимания! Это Уильям Макраган, наш новый учитель по основам магии!"

Макраган кивнул. Из-под своих белых усов он начал бормотать. "Приятно познакомиться. С нетерпением жду начала работы с вами".

"Мистер Макраган - высший маг, известный как маг Укуса Воды, а в прошлом - почетный профессор Минервы, высшего учебного заведения для начинающих магов в королевстве! Он даже отвечал за обучение Барьерного мага и Молчаливой ведьмы, прежде чем они вступили в ряды Семи мудрецов!"

Директор размахивал руками во все стороны, распевая дифирамбы этому человеку. Однако следующие слова Макрагана прозвучали как-то рассеянно.

"Быть заслуженным профессором не так уж весело. Что я действительно люблю, так это преподавать... Я надеюсь встретить здесь много живых студентов".

В первый день после выходных шаги Моники стали чуть легче, когда она направилась в зал студенческого совета после занятий. Ведь в этот раз ей удалось заплести волосы лучше, чем когда-либо. Наверное, благодаря расческе, которую она выбрала вместе с Ланой и купила накануне.

Вспомнив вкус жареных каштанов, которые она ела в карете вместе с Ланой, она тихонько рассмеялась. Она все еще смеялась, когда открыла дверь в комнату студенческого совета.

Внутри невысокий молодой человек с каштановыми волосами раскладывал какие-то документы. Это был Нил Клэй Мэйвуд, офицер по общим вопросам и второкурсник продвинутого курса, как и Моника.

Заметив ее, он поднял глаза от своих бумаг. «Здравствуйте, леди Нортон».

"Здравствуйте. Я помогу!"

Нил улыбнулся и поблагодарил ее. У него была очень милая улыбка. Он был единственным второкурсником в студенческом совете и обладал дружелюбным характером. Монике, страдавшей от сильного социального беспокойства, было с ним довольно легко общаться... На самом деле, скорее, другие члены совета были просто очень эксцентричными.

Среди других членов совета была Бриджет Грейхем, одна из секретарей, которая была против того, чтобы Моника стала студенческим бухгалтером. С тех пор как Монику назначили, Бриджет не сказала ей и двух слов.

Эллиот Говард, другой секретарь, внешне выглядел дружелюбно, но его взгляд всегда был холодным, когда он смотрел на Монику, а все, что он ей говорил, было колючим. Он явно не считал, что такая простушка, как Моника, вообще должна учиться в этой академии.

Сирил Эшли, вице-президент, никогда не упоминал о происхождении Моники. Он также был вежлив, когда обучал ее работе. Если честно, после Нила с ним было легче всего разговаривать. К сожалению, Сирил был весьма предан президенту и сильно на нее наезжал, если замечал грубость.

Ко всему прочему, президентом был второй принц королевства, Феликс Арк Ридилл. Именно он назначил Монику бухгалтером, и именно его ей поручили защищать. Похоже, ему нравилось дразнить ее.

Теперь повседневная жизнь Моники в основном состояла из того, что Феликс дразнил ее, она паниковала, Сирил ругал ее за неподобающее поведение, а Эллиот и Бриджет холодно смотрели на нее.

Но сегодня я приму дразнилки с уверенностью! ...Ну, это невозможно, но если я смогу просто не вести себя подозрительно... Да...

Поставив для себя низкую планку, Моника просмотрела лежащие перед ней бумаги. В документах содержались списки подрядчиков, привлекаемых для проведения школьного фестиваля. На каждом списке рядом с названием стояла печать компании.

Естественно, подрядчики, работающие в Академии Серендии и за ее пределами, были тщательно отобраны из числа первоклассных компаний. Школа также проверяла все прибывающие кареты на наличие соответствующей печати, чтобы не допустить в кампус никого подозрительного. Сердце Моники затрепетало, когда она разглядывала печати на документах - ей нравилось рассматривать точные диаграммы и чертежи.

Рядом с ней Нил, который занимался упорядочиванием документов, сказал спокойным тоном: "Если подумать, завтра у нас день факультативных занятий. Ты уже решила, какие из них выберешь?"

"А?! О, нет... Пока нет".

В Академии Серендии наряду с обычными занятиями существовала система факультативов. Ученики выбирали два понравившихся им предмета из более чем двадцати. Из-за большого разнообразия Моника пока не могла определиться с выбором. Она хотела бы посещать углубленные математические курсы, но в Академии Серендии математике не уделяли особого внимания и предлагали только базовые предметы.

«Какие предметы пользуются популярностью?» - спросила Моника, надеясь получить хоть какие-то идеи.

Нил приложил палец к подбородку и на мгновение задумался, его круглые глаза закатились в сторону. "Для мальчиков популярны верховая езда и фехтование, - сказал он. «Для девочек, думаю, вышивка и поэзия... Музыка популярна у обоих - это признак утонченности, в конце концов».

Все, что предложил Нил, Моника никогда не делала. Она умела делать несколько стежков, но не слишком следила за своей одеждой, поэтому, если что-то рвалось, она просто быстро зашивала его, и этого ей было достаточно. Она даже не думала пробовать вышивать.

Теперь я действительно не уверена, подумала Моника, находясь в напряжении. В этот момент она услышала, как открылась дверь, и повернулась, чтобы увидеть остальных членов совета, входящих в зал.

"Привет. О чем вы двое болтаете?"

Это был президент, Феликс, который весело обратился к Нилу и Монике.

Моника неосознанно опустила глаза и начала ерзать, поэтому за нее ответил Нил. "Мы говорили о выборе факультатива. Завтра будет обзорная экскурсия".

"Понятно. Леди Нортон уже решила, что будет выбирать?"

«Хва?!» - воскликнула Моника, не готовая к неожиданному вопросу. Как и ожидалось, Сирил уставился на нее. Она потупилась под его взглядом, ее глаза заметались из стороны в сторону, и она пробормотала: «Э-э-э, я все еще... не решила».

Кто-то насмешливо фыркнул - это был Эллиотт. Он сузил свои запавшие глаза и драматично пожал плечами. "Для дворян знание какого-либо искусства - признак утонченности. Как минимум, вы должны уметь играть на музыкальном инструменте. Леди Нортон, есть ли у вас такой опыт?"

«...Н-нет», - ответила Моника, повесив голову.

Ухмылка Эллиота стала еще глубже. Он целенаправленно перевел взгляд на Бриджет. «Если говорить о музыкальных инструментах, то леди Бриджет неплохо играет на фортепиано, не так ли?»

Бриджет происходила из отличной семьи, была красива и прекрасно училась. Она была идеальной благородной леди, совершенно не терпящей критики.

Сравнивая ее с Бриджет, Эллиот высмеивал отсутствие у Моники достижений. "Привет, леди Бриджет. Вы будете посещать музыкальный класс?"

«Нет. В этом году я буду изучать лингвистику и географию», - ответила Бриджет, приступая к работе над кипой документов.

Брови Эллиота слегка приподнялись - он выглядел удивленным. «Ты так талантлива, что это кажется пустой тратой времени... О, но здесь есть кто-то, кто ничего не смыслит в искусстве... не так ли, Сирил?» - сказал он, ухмыляясь вице-президенту.

Сирил был явно разгневан, он уставился на Эллиота. "В этом году я, разумеется, буду изучать практическое магическое искусство. Магия - такой же изысканный навык для дворян, как и все остальные".

Они уставились друг на друга: один - не разбираясь в искусстве, другой - не разбираясь в магии. Воздух в комнате потяжелел.

Казалось, ситуация готова взорваться в любой момент, и Моника с Нилом, робкие по натуре, побледнели. Наконец Феликс, сидевший за столом, положив подбородок на руку, пробормотал про себя: «А ведь Сирил так хорошо поет, ему надо ходить на хор».

Глаза Сирила широко раскрылись от замечания принца. Цвет начал исчезать с его лица. «Сэр, когда... когда вы...?»

"Ты ведь иногда поешь, когда остаешься один в справочной, не так ли? Меня всегда поражало, как хорошо ты поешь".

При этих словах Сирил перестал бледнеть и покраснел до ушей. Он глубоко поклонился Феликсу. «...Я очень, очень сожалею, что запятнал ваши уши».

Сирил выглядел искренне пристыженным, но Феликс опустил подбородок на сложенные руки и озорно улыбнулся. «Может быть, ты как-нибудь дашь мне послушать это как следует?»

"Нет, конечно, нет! Мое пение еще недостаточно искусное, чтобы выступать перед таким человеком, как вы!" Сирил решительно покачал головой. «Я сейчас же займусь этими документами», - сказал он и скрылся в справочной.

Усмехнувшись, Феликс посмотрел на Эллиота. "А ты, Эллиот, сам неплохо играешь на скрипке, не так ли? Я бы с удовольствием послушал ваше с Сирилом совместное выступление".

«...Пожалуйста, дайте мне передохнуть». Эллиотту тоже показалось, что его злость улетучилась. Он пересел на свое место и начал работать.

На этом разговор, похоже, был окончен. Могу ли я теперь вернуться к работе... - спросила Моника, снова повернувшись к столу, но на этот раз к ней обратился Феликс.

«Леди Нортон, если вы еще не решили, какие занятия выбрать, почему бы не попробовать что-нибудь связанное с магией?»

«Хва?!» - воскликнула Моника. Было не жарко, но все ее тело покрылось испариной. «Эм, но почему... вы предлагаете это...?»

"Магия и математика имеют много общего. А ты ведь хорошо разбираешься в математике, верно?"

Феликс был прав. У магии и математики было много общего. Именно поэтому Моника, которая была талантлива в математике, научилась произносить заклинания без песнопений и стала одной из Семи мудрецов.

Если бы она была обычным магом, то могла бы пройти курс по магии, сохранив свою личность в тайне. Однако у Моники был один фатальный недостаток: она не могла читать заклинания в присутствии других. Она не могла произносить заклинания в обычном режиме - все, на что она была способна, это магия. И как только она его использовала, ее личность раскрывалась. Моника была единственной в мире, кто обладал таким талантом.

Молчаливая ведьма, один из лучших магов королевства, продолжала потеть, ломая голову. Как правильно поступить в такой момент? Я совершенно не могу посещать курсы магии! Но если я откажусь слишком решительно, он начнет подозревать...

В этот момент она вспомнила слова своего коллеги с серебряным языком, мага Барьера Луиса Миллера.

Не обязательно отвечать «да» на каждое сомнительное предложение. Можно сказать что-то вроде: « Это хорошая идея, я дам вам знать», - и никогда не давать определенного ответа".

Вот так! подумала Моника, сжимая кулак. Она может просто сказать, что подумает о занятиях по магии, и оставить все как есть.

"Вообще-то, леди Нортон, - продолжал Феликс, - я буду одним из гидов на завтрашней обзорной экскурсии. Если хотите, я могу показать вам все вокруг".

"Да! Это хорошая идея. Я дам вам знать!"

Как только она произнесла эти слова, у нее возникло ощущение, что она совершила грубую ошибку.

Феликс улыбнулся. "О. Значит, ты считаешь, что это хорошая идея? Я рад это слышать".

"Да, сэр! ............................................................ А?"

Улыбка Феликса была так прекрасна, что могла бы украсть сердца самых благородных девушек. Но теперь, осознав свою оплошность, Моника уже не обращала на это внимания.

Ее задача заключалась в том, чтобы охранять Феликса. Но Луис не говорил ей, чтобы она была рядом с ним в любое время суток. Попасть с ним в студенческий совет было просто чудом. Если она будет поддерживать с ним ненужный контакт в других местах, это только увеличит опасность того, что ее личность раскроется.

Моника судорожно замахала руками. «Я... я не... я не про это... я про... занятия...»

«Тогда я заберу тебя завтра из класса», - продолжил Феликс.

Столкнувшись с его великолепной улыбкой, она не смогла ничего ответить. В голове все помутилось, только голос ее злобной коллеги злобно смеялся над ней.

О, что это, мой коллега Мудрец? Не сменить ли тебе с сегодняшнего дня титул «Молчаливая ведьма» на «Говорящая ведьма»?

На голос в голове она тоже ничего не ответила. Говорящая ведьма была на пределе своих сил.