Мальчики взрослеют через драки (3)

Я однажды уже разговаривал с Элайджей.

Я имею в виду — не с этой маленькой Элайджей. Это был разговор с взрослой Элайджей из будущего. У той через всё лицо шел косой шрам, и она сжигала людей заживо при малейшем раздражении.

Это было игровое событие, которое мне едва удалось найти. В тот момент она сидела, скрестив ноги, на горе обгоревших трупов. Сама она была невосприимчива к собственному пламени. Пылал особняк какой-то знатной семьи. Под небом, где пепел падал подобно снегу, она подперла щеку рукой и усмехнулась:

«Для меня люди делятся на две категории: те, кто меня убьет, и те, кто меня еще не убил».

Поскольку вариантов диалога не было, я мог ответить только мысленно: «Это потому, что ты сама ходишь и убиваешь всех подряд».

«Другими словами, — продолжала она, — люди, которых я убью сейчас, и люди, которых я убью позже. Вот еще один способ их классифицировать. Вопрос: я убью тебя сейчас? Или убью тебя позже?»

Те, кто убьет Элайджу. И те, кто ее еще не убил. Казалось, она спрашивала об одном и том же. Было всего два варианта.

Я хотел ответить иначе. Сказать, что у меня не было намерения ее убивать. Мне просто было любопытно. Подобно тому, как я исследовал различные истории в игре, я хотел узнать об Элайдже и семье Бевелл. Это было еще до того, как я вообще предпринял первую попытку убить ее — гораздо позже я узнал, что это невозможно.

[Я убью тебя позже.]

Этот вариант я выбрал тогда. Единственной альтернативой было «Я убью тебя сейчас». Элайджа оскалилась. Красные радужки, в которых вихрились оранжевые и желтые всполохи, расцвели подобно пламени.

«Неверный ответ. Я отдаю тебе должное за то, что ты упорно шел за мной до этого момента. Но на этом всё».

Щелк. Элайджа щелкнула пальцами. Пламя возникло из ниоткуда, словно хлыст, и мой персонаж сгорел. В финальной сцене Элайджа стояла одна, глядя на падающий пепел, прежде чем игра сбросилась к началу.

***

— Что бы ты сделал, если бы я стала твоим врагом? Или, скорее, что бы сделала я, если бы врагом стал ты? — спросила Элайджа.

Ситуация до боли напоминала ту, игровую. Хотелось бы прикинуться дурачком. Поскольку я в теле ребенка, я мог бы невинно спросить, что она имеет в виду. Или заявить, что я безоговорочно на стороне юной леди. Обычному ребенку это сошло бы с рук. Но я уже успел вызвать у нее интерес разными способами. Эта проницательная злодейка увидит меня насквозь.

«Вдох... выдох... Спокойно». Я вспомнил, как мой персонаж превращался в пепел. Ничто не мешает этому повториться наяву.

«Интересно, насколько сильна магия Элайджи сейчас?» Я слышал, что она стала значительно могущественнее после некоего инцидента в детстве. Пробуждение врожденного таланта. Сейчас время «до» или «после»? Я не знаю. Значит, нужно исходить из худшего сценария.

Элайджа проверяет меня, и ей действительно любопытно. Как враги могут стать друзьями?

Линдель. С точки зрения Элайджи, мы с Линделем яростно сражались. Но когда она вернулась, мы уже ладили. Это феномен, который ее склад ума просто не в состоянии постичь.

— Юная леди, — спокойно ответил я. — Я не могу быть вашим врагом.

— Не можешь? — повторила она. Ее это заинтриговало. Словно призывая продолжать, Элайджа медленно моргнула. Ее длинные ресницы были похожи на лепестки венериной мухоловки. Если попадешься — сгоришь в ее красных глазах.

— Враги должны быть равны. Волк и кролик не могут быть врагами. Они — хищник и добыча. То же самое касается вас и меня.

— Хм.

Элайджа вскинула брови и кивнула. Кажется, ей понравилось.

— Поэтому, даже если бы вы проявили враждебность ко мне, у меня бы не было выбора. Моим лучшим решением было бы бежать изо всех сил. Но я никогда, никогда не буду враждебен к вам.

Элайджа пристально смотрела на меня. Возможно, она ждала скучного ответа. Она ненавидит безоговорочную лесть и рабскую покорность. Хотя открытое противостояние она ненавидит еще больше.

— По той же причине кролик не нападает на волка.

— Не подчинение, а естественный порядок. Интересная точка зрения.

Я знаю, что я ей не ровня. Это больше не игра — я действительно жив. Если я умру, это будет конец. Поэтому противостоять Элайдже — равносильно самоубийству. Она была тем, кого я не мог одолеть даже в игре.

Но мой ответ еще не был закончен. Точнее, любопытство Элайджи не было удовлетворено до конца.

— Кролик, который не ест мясо, никогда не поймет разум волка. И наоборот, волк не поймет кролика, который живет только травой. Эти два зверя бегут по параллельным линиям, никогда не понимая и не сопереживая друг другу.

Элайджа молча слушала.

— То же самое в этой ситуации. Мы с Линделем — кролики. Нам нет нужды пожирать друг друга. Мы не смогли бы, даже если бы попытались. Мы можем повздорить из-за одного клочка травы, но на этом всё. Вы же — иное дело. Потому что вы — знать.

Трения между мной и Линделем — это пустяк. Просто драка двух мальчишек. Здесь нет сложных интересов или политики, нам нет нужды рисковать жизнями. Элайджа — другое дело. Прямая наследница герцогского дома Бевелл, которая может убить несколько человек и остаться безнаказанной. К тому же — гений среди гениев с редчайшим даром мага. И дар ее не обычен. Это особый талант «Безумного пламени».

Она запутана в таких интересах, которые простолюдину вроде меня даже вообразить сложно. Для такой, как она, примирение с врагом немыслимо. Ее лучший вариант — временный союз ради выгоды. Шаткий альянс, который может быть разорван предательством в любую секунду. Это были самые близкие отношения, которых я мог достичь в игре.

— Поэтому естественно, что вы, волк, не можете понять наши отношения. Это просто не укладывается в вашей голове.

— Ты говоришь так, будто много знаешь.

Это не так. Информации о семье Бевелл было мало, и та — из будущего. Я просто делаю логические выводы на основе того, что узнал, расследуя дела других дворян.

— Похоже, ты пытаешься меня учить?

— ...Прошу прощения. Это не было моим намерением.

— Полагаю, что так. Если только ты не лишился рассудка. Но иногда ты действительно кажешься немного сумасшедшим.

«......»

— Но это, — Элайджа лучезарно улыбнулась. Это была чистая улыбка ребенка. Настолько искренняя, что любой захотел бы присягнуть ей на верность. Если бы не знал, что скрывается под ней. — Это не совсем плохо.

— ...Благодарю.

— Так кто ты на самом деле?

— Простите?

— Ты ведь не собираешься утверждать, что ты просто обычный раб?

«......»

Элайджа сохраняла улыбку, сузив глаза. В этих «полумесяцах» красные зрачки казались ледяными.

— Дело не только в том, как ты говоришь. Разве найдется в этом мире раб, который мыслит так же, как ты?

— Просто... крохи знаний, которые я подбирал, подслушивая разговоры. Говорят, у меня хорошая память, возможно, причина в этом.

— Хмммм.

Элайджа подперла щеку рукой. Она заболтала ногами, как ребенок, услышавший забавную сказку.

— Ладно. Не думаю, что ты заговоришь, даже если я прибегну к неприятным методам.

«......»

— Лесть или враждебность — вот эмоции, которые проявляли большинство людей, которых я встречала. Я таких не люблю. Но ты не относишься ни к тем, ни к другим.

Элайджа кивнула и поудобнее устроилась в кресле.

— Мне это нравится. Как ни странно.

— ...Для меня это честь.

— Это забавно. Может, это я странная?

Я не ответил. Она бормотала это себе под нос, явно не ожидая ответа. Я не мог просто взять и сказать, что да, она странная.

— Кстати. Если я волк, ты пытаешься быть кроликом, который защищает волка? Это довольно мило.

«......»

Когда тебя называет «милым» ребенок, это не вызывает восторга. Тем более что для Элайджи «мило» — это синоним слова «жалко».

— В любом случае. Ты мне нравишься. Рия!

Элайджа позвала горничную. Девушка по имени Рия тут же подошла к ней.

— Принеси кое-что из того, что мы сегодня купили.

— Слушаюсь.

Пока Рия ходила, воцарилась неловкая тишина. Элайджу это не заботило, она спокойно смотрела в окно. Она постукивала пальцем возле глаза, касаясь слезного протока.

Как это прелестное дитя стало такой злодейкой? Судя по тому, как она говорит, она и сейчас не совсем нормальная. Может ли у нее быть другое будущее? Такое, где она не станет чудовищем?

Я не знаю. Даже если бы и знал — я ничего не могу сделать. Я не настолько умен или выдающся, чтобы перевоспитывать кого-то. Менять других сложно. Кто я такой, чтобы дерзко думать об исправлении окружающих? Я не особенный. Мне бы самого себя защитить.

— На что ты уставился? — спросила Элайджа. Ее взгляд всё еще был прикован к окну.

— ...Прошу прощения.

Она как призрак. Как она узнала, даже не глядя на меня? Рия вернулась с коробкой в руках.

— Подарок. Не уверена, понравится ли это кролику, — хитро улыбнулась Элайджа.

Кролик... В игре она последовательно называла всех «насекомыми». Даже я, игрок, не был исключением. Смена статуса с насекомого на кролика — это прогресс?

С этой мыслью я заглянул в коробку. Элайджа пояснила:

— Это называется шоколад. Ты слышал о таком?

Я его даже ел. Правда, это был шоколад за сорок рублей из ближайшего магазина. То, что лежало передо мной, было иным. Черные кубики, сложенные в прозрачный мешочек. Не похоже на заводской продукт. Возможно, авторские образцы?

«Когда я вернусь с этим, начнется переполох». В этом мире шоколад — роскошь. Даже мелкие дворяне не всегда могут его себе позволить. А среди шоколада есть огромная разница в качестве. Шоколад, принесенный Элайджей Бевелл, наверняка был высшего сорта.

Элитный шоколад стоил дороже рабов. Иными словами, стоимость этой коробки превышала ценность всей рабочей силы 13-й комнаты. Я невольно сглотнул. Это была реакция молодого Иуды, а не моя.

— Ты не можешь отвести глаз. Видимо, тебе нравится.

— Ах... да. Я впервые вижу нечто подобное.

Это не было ложью. Такого шоколада я в жизни не видел.

— Забирай.

— Благодарю.

— Буду ждать нашей следующей встречи.

Я не ответил. Лишь склонил голову в знак благодарности и поспешно покинул приемную.

***

В кабинете Элайджи в особняке.

— Мигель.

— Да, юная леди.

— Ты разузнал? — спросила она, сидя за столом. Она имела в виду расследование прошлого Иуды.

— Да. Однако его перепродавали с места на место. В некоторых местах записи не велись, поэтому я не смог точно определить его происхождение, — объяснил Мигель, передавая документы.

— Хм.

Раб, которого перекидывали из рук в руки. Это частое явление. Рынки или лавки, не ведущие учет, тоже не редкость. Всё обыденно и предсказуемо, но почему тогда это кажется подозрительным? Беспричинная интуиция не давала ей покоя.

— Продолжай искать. Докладывай сразу, как появится новая информация.

— Слушаюсь. Также, вот это.

Мигель протянул ей конверт. Изысканный черный конверт с золотым шитьем.

— Письмо от герцогини Нарцисси.

Элайджа, которая до этого слабо улыбалась, стала бесстрастной, словно ей стало скучно. С безразличным видом она вскрыла конверт. Письмо было о ее предстоящем дне рождения. В нем содержались приказы тщательно подготовиться к торжеству, где соберется вся семья и почетные гости.

— Как нам готовиться к банкету? — осторожно спросил Мигель.

Элайджа подавила вздох, и на кончике ее пальца вспыхнул огонек. Мигель вздрогнул от неожиданности. Это был врожденный магический талант, считавшийся одним из лучших в мире. Пламя было маленьким, как от зажигалки, но сколько людей не могли достичь даже этого после многих лет тренировок? Даже 10% тех, кого называли гениями, не достигали такого уровня.

Элайджа небрежно бросила горящее письмо в камин. Ее день рождения приближался. Остался месяц. Для Иуды это могло показаться долгим сроком, но для дворян всё иначе. Нужно подготовить слишком много. Именно поэтому шоколад закупали в разных местах.

Но ей было всё равно. Ни день рождения, ни банкет ее не интересовали. Какой смысл в праздновании, если сам именинник не радуется своему рождению? К тому же гости придут не ради нее. Это просто площадка для налаживания связей. Для кого на самом деле этот банкет?

«И что все так носятся с этой репутацией?» Как бы это ни раздражало, избежать этого она не могла. Репутация и честь — важнейшие ценности семьи Бевелл.

«Уже сама мысль о встрече с родственниками утомляет». Грандиозное событие, где соберутся и прямые наследники, и побочные ветви. Сама мысль была неприятной. Люди, объединенные только враждебностью. Люди, которые наверняка убьют ее когда-нибудь, если она не убьет их первой.

Затем она усмехнулась. На ум пришли слова Иуды.

Волки и кролики, значит. Это была забавная аналогия, но не совсем точная. Волки живут стаями. У нее же стаи не было. Ни одного союзника.

Мигель вздрогнул от смеха Элайджи. Игнорируя его, она наконец безразлично ответила:

— Сделайте всё как обычно. Как в прошлом году.

— Слушаюсь. Прежде всего, по поводу мяса, которое будет в центре банкетного зала...

— ...Погоди.

Внезапно Элайдже пришла в голову интересная идея. План, который одновременно позлит Нарцисси и поможет больше узнать об Иуде.

— Входит ли охота в учебную программу кадетов?

— Да, входит.

Охота — часть культуры дворян. Естественно, рыцари сопровождения должны этому учиться.

— Но они учатся скорее не самой охоте, а правильному поведению, когда охотится их господин. Впрочем, основы они проходят.

— Устрой для кадетов небольшое соревнование по охоте в эти выходные, — решила Элайджа без всяких консультаций. У нее были на то полномочия. Она подошла к карте на стене и указала на точку. — Место здесь. Лес Лунного Оленя. Участие добровольное.

Мигель тут же записал распоряжение.

— Каждому будет выплачено небольшое вознаграждение за участие, независимо от результата. Но победитель будет только один.

— Каким будет приз?

— Ну... — Элайджа пробормотала, вспомнив, как Иуда радовался шоколаду. — Интересно, что любят кролики?

Пока она размышляла, Мигель быстро набросал структуру соревнования.

— Для начала, назначим призовой фонд в 10 000 флоринов?

— 10 000 флоринов — это сумма, которую они не заработают за всю жизнь.

— Вот как? Так много? — Элайджа наклонила голову. Для нее это была сумма, которую она могла потратить на один обед, не задумываясь.

— Да. К тому же с такой суммой им будет трудно ее сохранить. Или они могут просто сбежать с деньгами.

— Это было бы проблемой.

Ей было плевать на других кадетов. Но побег Иуды стал бы неприятностью.

— Если позволите предложить, 100 флоринов будет для них более чем достаточно.

Обычный меч стоит около 50 флоринов. За 100 флоринов можно полностью снарядить наемника низшего звена. Поскольку личное вооружение разрешено только в свободное время, 100 флоринов — идеальный вариант.

— Тогда так и сделай. И добыча победителя будет подана как главное блюдо на моем празднике.

— Это будет честью, которую они запомнят на всю жизнь.

Ну, запомнят ли? Элайджу не интересовали другие кадеты. Ей была любопытна лишь реакция Иуды. «Если он обычный раб, ему будет трудно преуспеть в охоте». С другой стороны, есть кадеты благородного происхождения, которые учились охотиться с детства. То есть, если Иуда победит, он докажет — возможно, сам того не осознавая, — что он далеко не обычный раб.

«Это должно быть интересно».

Иуда сказал, что он кролик, а она волк. Что они не могут быть врагами, потому что не равны. Она была отчасти согласна. По крайней мере, они не были врагами. Но она сомневалась в утверждении, что они не равны. Разве могут они быть не равны, если он интригует ее больше, чем кто-либо другой?

Она с нетерпением ждала соревнований по охоте. Что же Иуда покажет на этот раз? Она слабо улыбнулась, глядя на карту.

Что такое шоколад? Это просто сладкая еда. Таким был шоколад для меня раньше. То, что я получил от Элайджи, было другим. Он сладкий, да. Но в нем есть и горчинка, и какая-то густота, и ореховый привкус даже без самих орехов. Эти вкусы сливались в глубокую, насыщенную гамму. Мои представления о шоколаде перевернулись.

— А ну, упали и отжались двадцать раз, ублюдки! — крикнул Ричард с темными пятнами шоколада вокруг рта.

Линдель, Аргон и еще несколько парней, которые раньше были ко мне враждебны, тут же рухнули на пол.

— Как вы смеете проявлять такое неуважение к Иуде!

— Мы виноваты! А-а-а-а-ах!

Эффект от шоколада превзошел эффект от печенья в разы.

— Мы совершили смертный грех! — выкрикивали они с полным усердием, проглотив по кусочку лакомства. Только после вмешательства Дилана суматоха улеглась. 13-я комната уже была близка к тому, чтобы основать культ в мою честь. Или они поклоняются сладостям, которые я приношу?

Как бы то ни было, после шумного вечера наступила ночь.

[Выберите награду.]

[В связи с результатами, превзошедшими ожидания, награды были улучшены.]

Наконец-то я могу это проверить.

* Эликсир выносливости (2)

* Высвобождение маны (1)

* Чутьё охотника (Ур. 1)

— Вот это да... — пробормотал я вслух.

«Чутьё охотника»... Это черта, которую можно получить только путем мучительного и долгого однообразного труда. Кажется, нужно было убить определенное количество существ за отведенное время? Несмотря на сложность получения, эффект от нее превосходный. Это не суперсила, сметающая врагов, но она крайне универсальна. Она называется чутьем охотника, но полезна не только на охоте.

[Черта «Чутьё охотника (Ур. 1)» добавлена.]

Причин для сомнений не было. Упустить такое было бы глупостью.

«Опробую на этих выходных». Нужно с пользой провести свободное время. Поблизости есть Лес Лунного Оленя. Там растут грибы, повышающие выносливость, так что в субботу можно заняться сбором...

Далее — мне нужны деньги. Так или иначе, мне придется покинуть это место. Либо меня выгонят за неуспеваемость, либо я сбегу. Поскольку я не знаю, какой способ сработает, нужно готовиться по всем фронтам. Мне нужно планомерно создавать пути для отступления.

«Придется связаться с Гильдией Информации». Во-первых, это организация, для контакта с которой нужны деньги. К тому же деньги никогда не бывают лишними. В воскресенье поищу какие-нибудь легкие задания...

Я медленно погрузился в сон, с нетерпением ожидая выходных.