Солнце бьёт луну (2)

Пока священник собирает травы.

Сопровождать его — моя задача.

Ученик-священника Аквинес шёл впереди, ведя нас по тропе.

— Спасибо, что согласились помочь.

— О чём вы?

Сказал я.

— Это… Вы не возражаете, что мы совсем молодые?

— Особо опасных диких животных там нет. Разве что бродячие собаки. Но и они для меня слишком много — вот и пришлось нанять кого-нибудь.

— Бродячие собаки тоже не подарок.

— Я вам верю, братья.

Оптимистичный человек…

Такой характер я и помню. Верит всем и всему.

— Можете не переживать. Этот Иуда — отличный парень.

— …Старший?

— Да-да, знаю, знаю.

— Что вы несёте?

Аргон снова ни к месту взялся меня нахваливать.

Гермис тоже встряла в поддержку.

Похоже, они оба твёрдо решили меня смутить.

— Замечательный человек. Да. Во многих отношениях. Недавно ещё и личные уроки у Гавейна взял — мастерство у него просто…

— Стоп. Прошу вас, остановитесь…

На самом деле беспокоиться особо не о чём.

Если что случится — Гермис вмешается.

Но зависеть от неё я не собираюсь.

Это мой запрос и моя возможность вырасти.

Настоящая цель, правда, другая, но всё равно.

Гермис дала слово не выходить вперёд без нужды.

Её дело — охранять меня, а не вести за руку.

Аквинес просто смотрел на меня с доброй улыбкой.

— Всё хорошо. У вас ведь золотые глаза.

— Да?

— Золотые глаза — разве не символ спасителя?

Кажется, в игре такое было.

Подробностей не помню — в сюжете это не считалось важным.

Даже Гермис и Аргон, похоже, не знали об этом.

Аквинес сказал со смехом:

— В первой Библии есть такая запись. Изначальное существо было совершенством из золота, и две силы, бывшие единым целым, запечатали злого бога пустоты — Пожирателя Солнца. С тех пор золотые глаза стали считаться знаком спасителя.

Всё точно как в игре.

Будущий Аквинес при каждом удобном случае ссылался на первую Библию.

Но я не слышал этого уже очень давно, поэтому отреагировал немного неловко.

Двое остальных смотрели с растерянным видом — будто слышали впервые.

Аквинес смущённо засмеялся.

— Хахаха… Понятно, что вы не знаете. Это очень давняя история, да и первая Библия сейчас не в почёте. Мало кто о ней знает.

Я понимал почему.

Культы Солнца и Луны — две отдельные религии.

Но первая Библия говорит о них как об одном целом.

Пусть многобожие здесь признаётся, принять, что два твоих бога на самом деле один, — это уже другой разговор.

— Простите, что так внезапно, но можно задать вопрос?

Гермис неожиданно обратилась к Аквинесу.

— Конечно.

— Жители смотрят на нас неприязненно. Что-то не так?

— А, это…

Аквинес замялся — будто ему было немного неловко.

— Наверное, потому что вы последователи другой веры.

Я посмотрел на Гермис.

Рыцарское снаряжение в чёрно-золотых тонах.

На плечах — наплечники с символом.

Алое пламенеющее солнце.

Это вера семьи Бевель, символ Церкви Солнца — главной религии этого мира.

— Здесь сильно влияние Церкви Луны.

Церковь Луны и Церковь Солнца славятся своей враждой.

Настолько сильной, что в будущем Церкви Луны больше не существует.

Её уничтожает семья Бевель.

Подробностей я не знаю.

На самом деле именно это меня и беспокоило.

Нормально ли вообще сейчас заниматься чем-то, связанным с Церковью Луны?

Впрочем, к этому времени я кое-что узнал — отношения не такие напряжённые, как я боялся.

Открытая вражда — это было давно.

Сейчас, говорят, заключили что-то вроде мирного договора и помирились.

«Тогда тем более непонятно. Если отношения не такие уж плохие — почему семья Бевель в будущем взялась уничтожать Церковь Луны?»

Гермис снова спросила:

— Но в других районах Церкви Луны такого не было.

— Раньше здесь… Нет, нет. Хм. Мне не стоит вот так запросто об этом говорить.

Аквинес обернулся.

— Но разве не просто потому, что жизнь тяжёлая? Когда людям плохо — они находят внешнего врага и ненавият его. Так легче не думать о собственных бедах.

Война с демонами длится уже долго и конца ей не видно.

Из-за этого жизнь низших слоёв в этом мире тяжела и беспросветна.

Я просто не видел этого сам — сидел за забором тренировочного центра Элайджи.

«В игре это передавалось с отчаянием…»

Продажа детей — обыденность.

Из-за войны налоги растут, жизнь простых людей становится всё беднее.

А дворяне наслаждаются роскошью в безопасных местах вдали от полей сражений.

Слова Аквинеса были горькой правдой.

В его голосе слышалось такое одиночество, что ни я, ни Гермис не стали расспрашивать дальше.

Он добавил с запоздалым смехом:

— Именно в такое время люди вроде меня должны прилагать больше сил. Чтобы всем было хорошо.

Гермис осторожно шепнула мне на ухо:

— Очень искренний и правильный человек. Почему-то от таких людей бывает неловко…

Я слегка кивнул.

Я его не осуждаю.

Думаю, это достойно уважения.

Но от слишком добрых людей почему-то бывает не по себе.

— Когда смотришь на такого человека, чувствуешь себя мелким и никчёмным…

Я прошептал, и Гермис тоже кивнула.

С другой стороны Аргон смотрел на нас с Гермис с подозрением.

Этот тип… Нет, наверное, снова кажется…

*

— Здесь я обычно собираю травы. Прошу держаться рядом.

Сказал Аквинес.

Мы с Аргоном следовали по правую и левую сторону от него, поглядывая по сторонам.

Гермис шла сзади.

Аквинес двигался медленно, осматриваясь и отбирая нужные травы в свою сумку.

«Хм…»

Это было неожиданно, но по какой-то причине мне было немного нетерпеливо.

Войдя в лес, я обнаружил, что знаю эти места — и лекарственные травы, которые здесь растут, тоже.

Мало того — свойство «знаток выживания» позволяло мне легко отличать травы от сорняков.

«Пока не буду вперёд лезть… А?»

Я поднял руку и остановил всю группу.

— Что такое?

Аквинес осторожно спросил.

Я шагнул вперёд и посмотрел на землю.

Охотничьи чувства обострили взгляд.

Следы на земле.

Отпечатки собачьих лап.

Несколько особей.

И трава, примятая в одном направлении.

«Относительно свежие следы. Это дорога, которой пользуются бродячие собаки?»

Гермис и Аргон пригнулись и стали настороженно осматриваться.

— Здесь есть место, которым вы обычно ходите?

— Какой-то конкретной дороги нет, но есть направление, которым я обычно хожу. Почему?

— Вот свежие следы собак.

— Это…

— Где?

Аргон спросил с интересом.

— Вот здесь. Видите?

Все трое подошли и посмотрели на место, которое я указал.

Гермис сразу кивнула, остальные двое лишь хмурились.

— А вон там — трава примята так, будто по ней что-то низкое тащилось. Скорее всего, это обычный маршрут бродячих собак.

— …Как вы это замечаете?

— Вы что, охоте специально учились? Удивительно, как вы видите такие следы.

— Нет, что вы… Просто так…

Я смутился и почесал щёку.

Гермис усмехнулась.

Лукавая улыбка.

Что-то нехорошее чувствуется.

— Вот именно, правда удивительно? Совсем недавно поступил в тренировочный центр, а уже столько всего умеет. Немудрено, что леди Элайджа его выделяет…

Аргон тоже оживился и начал поддразнивать.

Не замечая этого, Аквинес с гордостью смотрел на меня.

— Вы и правда удивительный человек в столь юном возрасте.

— Спасибо…

— Признаю! Понимаете, насколько вы замечательны?

— Как и говорили, Иуда-сама!

— Прошу вас обоих замолчать… В общем, думаю, лучше сменить маршрут. Что-то вроде дневной нормы есть?

— Безопасность прежде всего.

Аквинес согласился со мной.

Мы решили изменить маршрут.

Только теперь я шёл впереди, а Аквинес держался рядом со мной.

Гермис по-прежнему следовала сзади на некотором расстоянии.

Из-за этого Аргону приходилось курсировать туда-сюда.

Он крутился без дела, но не жаловался.

Идя впереди, я кое-что изменил.

— Какие травы вам нужны?

— Больше всего нужно от расстройства желудка и от жара. Ещё материалы для мази от лёгких царапин…

Мы собирали травы вместе.

Я рассказывал ему о том, чего он не знал.

От чрезмерно доброго человека немного неловко, но неприятия нет.

Таких людей в мире должно быть больше.

Лично мне, честно говоря, таких нужно немного.

Если их будет слишком много — это станет проблемой.

Именно поэтому, даже если мне это и не было особо выгодно, я просто хотел помочь немного больше.

Пусть это и часть задания.

Аргон усмехнулся.

— Чего ты только не знаешь?

— Что, неожиданно много?

— Ну да. Честно говоря, когда Линделл и Фелин рассказывали про испытание — думал, они преувеличивали. Но теперь вижу, что нет.

Благодаря мне сбор трав закончился быстро и без происшествий.

Аквинес довольно улыбался, утирая пот.

Сумка в его руке была полна.

— Думаю, на этом можно заканчивать.

— Э? Но, кажется, время ещё не истекло. Всё в порядке?

Аргон спросил.

Изначально планировалось сопровождать его часа три.

Но прошло меньше двух.

Гермис проверила часы и кивнула.

Час и сорок восемь минут.

Аквинес улыбнулся.

— Конечно. Того, что мы собрали, вполне достаточно.

В итоге мы проводили Аквинеса обратно до церкви.

Он был в хорошем настроении — управились раньше срока.

Мы с Аргоном тоже были довольны — дело сделано быстро.

Вернулись к церкви почти в то же время, что и вышли.

— Вот обещанная награда.

Аквинес вынес и отдал нам с Аргоном по три флорина.

Обещанная плата.

Около двенадцати тысяч вон в корейской валюте.

За два часа работы вроде бы неплохо, но с учётом того, что в лесу водятся бродячие собаки — смехотворно мало.

— Простите, но вот вам…

Аквинес замялся, глядя на Гермис.

Ему было неловко, что ей нечего предложить.

Гермис быстро замахала рукой.

— Не беспокойтесь. Я здесь для Иуды.

— Спасибо вам.

Пока они обменивались парой слов, Аргон хлопнул меня по плечу.

— Спасибо. Без тебя это заняло бы куда больше времени, да ещё и с риском.

— Ну что вы, это мелочь.

Три флорина.

Если честно, деньги сейчас для меня не главное.

Потратить есть на что, но это не самоцель.

Главная причина взяться за этот запрос — другая.

— Священник Аквинес. Можно задать вопрос?

— Конечно, Иуда. Говорите.

— Я хотел бы помолиться.

Что мне нужно — не деньги, а эта церковь.

Если провести в молитвенной комнате достаточно времени, можно получить нужное свойство.

Изящная Защита.

Свойство, которое один раз блокирует любую магию.

«О первой Библии у Аквинеса можно спросить потом.»

Есть только две проблемы.

Первая — я не религиозный человек.

Я не верю в бога.

Если честно, моё мнение ближе к «не знаю», но всё же скорее к неверию.

«Подействует ли молитва от того, кто даже в бога не верит?»

В игре достаточно было просто провести определённое время в молитвенной комнате.

Но подействует ли это теперь, когда игра стала реальностью — непонятно.

И вторая проблема.

Свойства через молитву получали только управляемые персонажи.

По условиям игры они считались людьми с предназначением.

Является ли Иуда таким человеком — я не знаю.

Квест под названием «Изворот судьбы, начало причины и следствия» мне выдали.

Но название я увидел уже после того, как попал сюда.

Действительно ли у Иуды то же предназначение, что у главного героя?

Трудно сказать наверняка.

«Жалко, если не сработает… Придётся искать другой способ.»

Свойство стоит того, чтобы попробовать.

К тому же я встретил священника Аквинеса.

Аквинес широко улыбнулся, услышав, что я хочу помолиться.

— Конечно. Можете пользоваться сколько угодно. Кстати, вы последователь Церкви Луны?

— Нет, не совсем…

— Ничего. Истина — это море, а учение — река, которая ведёт к нему. В просветлении нет ереси.

Этот мир — многобожие.

Помолиться своему богу в чужой церкви можно.

Но это зависит от религии, и мало кто так делает на самом деле.

Тех, кто делает, могут посчитать отступниками.

И вот теперь я сам.

Аргон смотрел на меня с удивлением.

— Ты не выглядел таким набожным.

— Нельзя судить о человеке только по виду.

— Даже когда мы вместе были — ни разу…

Возразить на слова Гермис было нечего.

Поэтому я решил идти напролом.

— Просто вдруг захотелось.

— Хмм… Ты непредсказуемый.

— Такой уж я человек…

Что поделаешь.

Я и так веду себя как попало, так что если вдруг захотел помолиться — от такого всего можно ожидать. Кажется, именно такое обо мне сложилось впечатление.

Интересно, так ли это?

Ну и пусть.

В отличие от двоих, Аквинес просто улыбнулся.

— Вера приходит внезапно и приносит озарение. Это хороший знак.

Улыбка почти святая.

Почему-то стало совестно.

Я ведь даже не верю в бога — просто пришёл за свойством, как какой-то хитрец…

*

Аквинес проводил меня в молитвенную комнату церкви.

Гермис осталась ждать у двери, Аргон ушёл.

— Пусть это время будет наполнено Святым Духом.

Аквинес сказал это на прощание и вышел.

Очень торжественные и неловкие для меня слова.

Я сел на стул посреди небольшой молитвенной комнаты.

Перед алтарем стоял символ Церкви Луны.

Большой белый круг.

Луна — если точнее, полная луна.

— Хм…

Я сложил руки с трудом.

«…Вот так можно?»

Это «поза молитвы» из игры.

Не прошло и десяти секунд, а сомнения уже одолевают.

Правильно ли я делаю?

Разве можно считать это молитвой?

Если бы я был богом — не обиделся бы и не наказал?

Молитва.

Разве молитва — это не сердечная просьба о чём-то?

Если искренне повторять это желание и обращаться с ним к кому-то — разве это не молитва?

«…Пожалуйста, дайте свойство.»

Вот так, час, я просил об одном.

*

[Вы обнаружили скрытый квест «Искренняя молитва».]

«Это работает?»

«Искренняя молитва» — название совпадает с тем, которое я знал.

[Проверьте носителя лунного атрибута.]

«…А?»

[«Искренняя молитва» изменена на «Открытие Откровения».]

[«Открытие Откровения» в процессе… (1%)]

Что это такое?

Должно быть всё нормально… ?

*

Аквинес ждал снаружи.

Он посмотрел на меня с тревогой.

— Похоже, молитва не принесла успокоения.

Должно быть, по моему лицу видно.

Я не мог понять, что значит то системное сообщение в конце.

Название, которого я никогда не видел.

Из-за этого я был немного растерян — и это, похоже, отразилось на лице.

— Нет. Хм… Всё хорошо. Просто для меня это был первый раз…

— Всем первый раз даётся трудно. Главное — не бросать это стремление.

…Снова неловко.

Такой честный и прямой человек.

Наверное, потому что он моложе, чем я помню, — в нём больше запала и надежды.

Вот именно.

Надо задать вопрос.

— Священник. Та первая Библия, о которой вы упоминали.

— О! Вам интересна та история?

Аквинес спросил с сияющими глазами.

Немного стыдно…

— Да. Это было для меня ново, поэтому показалось интересным.

— Хорошая позиция. Есть две вещи в мире, которые невозможно исчерпать, как бы ты ни старался, и одна из них — знание, направленное к истине. Очень похвально — слушать разные точки зрения. Если сосредоточиться только на одной области, знания углубляются, но сужаются.

Мне уже не в уши — прямо в душу.

— Кстати, вы умеете читать?

Я понял это совсем недавно.

Читать на языке этого мира я не умею.

Мой позывной, написанный в банковской книжке гильдии информации.

«Злобный ёжик».

И «Слепая Звезда».

Их я прочитал только потому, что Юридика мне их назвала.

«Флорин» я читаю после цифр.

Итого — я неграмотный.

Просто раньше не было нужды ничего читать, вот и не знал.

Буквы отдалённо похожи на алфавит, узнать их можно, но разобрать смысл — нет.

Когда я проверял этот запрос — убедился окончательно.

Аргон читал содержание вслух вместо меня.

«Писать тоже надо научиться… найти кого-нибудь…»

Аквинес понимающе кивнул.

— Не стоит стыдиться. Я прочитаю вам. У вас есть время?

Я покосился на Гермис.

Она проверила часы и кивнула.

— Минут тридцать есть спокойно. Запрос закончился рано.

— Так и есть.

— Хорошо. Сколько вы знаете о первой Библии?

— Почти ничего…

Знаю ровно столько, сколько знают все.

Копаться в древней истории игрового мира мне особо не хотелось.

— Тогда самое то. Интерпретировать библейские тексты и метафоры можно по-разному, но это издание — самое доступное. Его написал учёный по имени Скола, и он представил богов как живых существ.

Аквинес начал читать.

Кое-что из этого я знал, но слушал внимательно — вдруг что-то новое.

Называется это «начало существования».

Силой солнца и луны, бывших тогда единым целым, был запечатан злой бог пустоты.

После этого солнце и луна разделились на двоих.

— …То, что было единым, разошлось под внешним давлением. И это было не обычное разделение. Особенно солнце — оно израсходовало слишком много своей исконной силы и исказилось. Искажённое солнце жаждало луны, чтобы восстановить утраченное. Вернуть себе первоначальный облик.

Аквинес говорил плавно, как сказочник.

— Изначальное существо, запечатавшее злого бога, перед тем как погрузиться в вечный сон, изрекло: в далёком будущем злой бог вырвется из печати и воскреснет. Чтобы встретить тот час, солнце и луна должны снова стать единым. Ведь для этого нужна была единая сила, а не раздельная. Поэтому…

Тихий, спокойный голос.

Когда я уже начал слегка скучать — следующие слова заставили меня широко раскрыть глаза.

— Солнцу нужно было поглотить силу луны, чтобы исправить своё искажение. И потому оно решило найти луну и убить её.

«……»

Безумный огонь.

Искажённое солнце.

Магическая сила, которой обладает Элайджа.

Лунный атрибут. Сила луны.

Трагедия.

Элайджа, которая задушила меня.

«…Не может быть.»

Элайджа сидела в кабинете и читала толкование первой Библии.

Она как раз добралась до интересного места, когда в дверь постучали.

— Войдите.

Это был Мигель.

Он почтительно протянул ей бумаги.

— Это результаты расследования по человеку, напавшему на вас во время отбора кандидатов в прошлый день рождения.

Тот инцидент, который дал повод сослать Нарциси.

Прошло так много времени, что она почти забыла.

Да и значимость его была относительно невысокой.

— Было такое.

Элайджа просмотрела бумаги.

Глаза, быстро скользившие по строкам, вдруг остановились.

Задержались на одном месте.

«…Из Джудекки.»

Куратор — Ангра.

«Прямо как Иуда…»

Мигель заговорил осторожно.

— И ещё — та записка, найденная в прошлый раз.

Записка, предположительно содержавшая чей-то приказ.

Точное содержание восстановить не удалось — оно испарилось, — но Элайджа почувствовала в записке след магии.

На бумаге остались вмятины от пера, поэтому она попросила специалиста восстановить текст.

— Содержание удалось восстановить.

Элайджа ответила немедленно.

— Принесите.