Точка зрения Теры

«Прости, тётя Виви. Я постараюсь лучше», – сказала Тера, крепко держась за рукава слишком большого для неё плаща. Обычно ей было неприятно, что ей дали что-то настолько огромное только для того, чтобы она «выросла в это», но сейчас она была благодарна: плащ помогал скрыть слёзы, которые начали наворачиваться на глаза.

«Не извиняйся, просто делай лучше. Нам нужны все воины, которых мы можем получить. Тебе нужно совершенствоваться», – произнесла её тётя Вивидус, великий дух жизни, своим голосом, полным разочарования. «Тот факт, что ты не получила ни одного уровня за все эти годы с тех пор, как я видела тебя в последний раз, лишь доказывает, что ты недостаточно старалась».

Ей хотелось возразить. Она часами каждый день была там, изо всех сил пытаясь использовать свою магию земли. Но её тёте были важны только результаты. Поэтому она молча терпела и принимала упрёки, пока её не отправили попробовать снова.

Она сделала то, чему её учили тысячу раз. Почувствовала ману внутри себя и попыталась направить её по своей воле. Даже это казалось трудным. Её мана ощущалась слишком густой, будто она боролась с океаном грязи. Когда она пыталась объяснить это любому из учителей, которых её мать находила для неё, никто не понимал. Все считали, что это у неё в голове или что она выдумывает это как оправдание своим неудачам.

Она ненавидела их за это. За то, что они даже не пытались понять, с чем она борется, лишь бы заставить её магию работать. Но она никогда не могла сказать этого вслух. Даже если она их ненавидела, ей нужна была помощь, чтобы когда-нибудь добиться успеха.

Когда ей наконец удалось заставить свою ману двигаться, она перешла к следующему шагу: вытолкнуть её из себя, чтобы воздействовать на окружающий мир. И здесь, как всегда, она потерпела неудачу. Как бы она ни старалась, как бы сильно ни давила, она не могла заставить её покинуть своё тело. И никто не мог сказать ей, где именно она ошибается. Хотя, если быть честным, каждый учитель, с которым она работала, имел какое-то мнение или теорию о её проблемах. Но те, кто предлагал идеи, никогда не давали ничего работающего, а тех, кто высказывал теории, она откровенно презирала. Любой, кто высказывал теорию, скорее всего, рассматривал её как неудавшийся эксперимент, который нужно изучить, чтобы сделать будущие успешными. Прямо как…

«Ты вообще стараешься?» – спросила Вивидус с раздражением. «Ты еле двигаешь ману. И не то, чтобы тебе что-то мешает – твоё обаяние, как известно, вырывается на волю безо всякого сопротивления».

Ей не нужно было это слышать снова. Вивидус была права. Только Боги могли знать, сколько времени она провела в молитвах Анаилии или любым другим, кто мог её услышать, чтобы изменить свою ситуацию. Пусть её обаяние будет заперто внутри неё навсегда, а магия земли хлынет бесконечно. Её жизнь стала бы намного лучше. К сожалению, боги, судьба или что-то ещё, что решало такие вещи, оказались ужасно жестокими.

[Господи, ну и стерва.]

Тера вздрогнула и резко огляделась. Она была уверена, что только что услышала чей-то голос, но в тренировочном дворе были только она и её тётя.

«Ты что-то слышала?» – спросила она Вивидус.

«Что, ребёнок?» – ответила та, выглядя раздражённой. Конечно, расшифровать эмоции великих духов никогда не было легко, но Тера достаточно практиковалась с их негативными проявлениями, чтобы понять это.

Конечно, она не могла сказать, что именно услышала. Её мать не одобрила бы такого языка, да и она точно знала, кому был адресован этот комментарий. Рассказать об этом самой заинтересованной стороне не принесло бы ей пользы, поэтому она пробормотала, что, должно быть, ослышалась.

Её тётя что-то пробурчала насчёт выдумок и уклонения от тренировок, и Тера вернулась к практике, прежде чем всё стало слишком плохо. После ещё часа занятий её мать вышла, чтобы забрать её.

«Ну как всё прошло?» – спросила Пеления с вымученной улыбкой/ Она относилась к Вивидус лишь немного теплее, чем её дочь.

«Ужасно. Поразительно, как ребёнок Абруса может так плохо понимать свою стихию. Не поверила бы, что такое возможно, если бы не видела это своими глазами», – ответила Вивидус.

[Боже, Пеления, как ты могла оставить свою дочь с кем-то вроде неё?]

Голос снова. Она огляделась, но всё ещё была единственной, кто его замечал.

«Никто тебя не заставляет это видеть», – сказала королева, позволяя улыбке исчезнуть с лица. «Ты сама захотела проверить, можно ли найти подход с другого ракурса, но, кажется, она просто повторяет одно и то же, как всегда».

«Хммф. Ей нужно больше практики. Если не получается – значит, должна заниматься дольше. Её остальные занятия только отвлекают от действительно важного. По крайней мере, пусть возвращается после них и продолжает».

«Вив, ей шесть лет. Я понимаю, ты понятия не имеешь, как растить детей, но после этого уже будет поздно – ей нужно спать».

«Пф. Вы, смертные. Как вы вообще позволяете себе тратить треть каждого дня впустую? Это даже не факт, что ей это действительно нужно. Пусть неделю обойдётся без сна, чтобы проверить, насколько сильна её родословная».

«Ни в коем случае», – королева подняла Теру и начала уходить. «Завтра ты сможешь потренироваться с ней больше, если она захочет. А сейчас у неё уроки танцев».

---

Занятия танцами проходили так же, как всегда. Она тренировалась в танцах, которые можно было исполнять в одиночку, по той же причине, по которой рядом не было других учеников. Ей нельзя было доверять быть слишком близко с кем-либо из них. Её предыдущий инструктор уже был заменён после инцидента, когда её плащ случайно спал, подвергнув окружающих воздействию её обаяния. После того, как они пришли в себя, они отказались находиться рядом с ней.

Новый инструктор был хорош в своём деле и достаточно профессионален, хотя всё равно держался на безопасном расстоянии во время уроков. Но, несмотря ни на что, это оставалось одним из любимых занятий Теры в течение дня. В отличие от магии, танцы были тем, в чём она действительно преуспевала, и она уже достигла первого уровня, даже не прилагая таких же усилий, как для своей магии.

Однако была одна вещь, с которой она не знала, как справиться: таинственный голос снова появился, но на этот раз вместо того, чтобы ругать окружающих, он делал то, что обычно делали только её родители, а также тётя Соня и дядя Фальк. Он подбадривал её.

[Эй, это выглядело потрясающе!]

[Я не знал, что ты можешь быть такой грациозной, Тера!]

[Почему ты никогда раньше мне это не показывала? Не отвертишься – в следующий раз покажешь вживую!]

Голос продолжал говорить, иногда пропадая, но всё время поддерживая её. Она старалась игнорировать его, но чувствовала, как краснеет под плащом. Она не привыкла к такому количеству положительного внимания, даже если это был просто голос в её голове, но ей это нравилось.

Тихо, чтобы инструктор ничего не сказал, она пробормотала, надеясь, что голос услышит: «Я станцую ещё завтра, если ты будешь смотреть».

[Это будет здорово! Но ещё лучше было бы, если бы ты…]

Голос снова пропал, как это происходило каждый раз, когда он пытался задать вопрос. К этому моменту она уже привыкла. Раньше она слышала, что другие дети придумывают воображаемых друзей. Может, это был такой случай? Что-то в этом ощущалось иначе, но она не задумывалась. Ей просто было приятно. Так она чувствовала себя менее одинокой.

После урока она устала, и её мама, как всегда в конце дня, проводила её в комнату. Но сегодня вечером мама казалась другой.

«Тебе нравится танцевать, Тера?» – спросила мама, прекрасно зная ответ.

«Угу, это очень весело!»

«Это замечательно», – сказала Пеления с улыбкой. «Поэтому я хочу, чтобы ты подумала кое о чём, хорошо? Ты же знаешь, что скоро придёт время выбирать свою первую профессию, верно?»

«Да, я не могу дождаться!» В зависимости от страны и расы, время выбора профессии могло отличаться, но у суккубов обычно это происходило примерно в семь лет, когда у ребёнка уже появлялись первые навыки и он мог хоть немного представить, в каком направлении хочет развиваться. Хотя раннее начало не причиняло вреда, так как профессии можно было менять, многие считали, что не завершать их – это пустая трата, ведь бонусы, связанные с профессией, исчезнут, если работа не будет выполнена должным образом. Не говоря уже о том, что выбор, какие навыки и характеристики усиливать, был важным решением, которое не хотели доверять детям без хотя бы базового понимания последствий.

Для Теры это означало возможность стать учеником мага и, наконец, получать бонусы для своей магии земли. К сожалению, её обаяние тоже получило бы бонусы, но она никогда активно не пыталась повышать его уровень, поэтому, пока она продолжала делать то, что делала, проблем возникнуть не должно.

Но Пеления имела другие планы. «Я знаю, что ты всей душой стремишься выбрать ученика мага как первую профессию, но что ты думаешь о том, чтобы стать начинающим танцовщиком? Уровень твоего навыка позволит это, и тогда ты сможешь весело проводить время всегда».

Она почувствовала, как внутри неё всё замерло. Зачем она это говорит? Мама знала, что она мечтает стать учеником мага с тех пор, как узнала об этой профессии. Она столько раз упрашивала её позволить выбрать профессию раньше, хоть это ни разу не сработало. Почему ей теперь предлагали отказаться от своей мечты?

Тем не менее, она не была сильна в спорах против того, чего хотела её мама. «Но почему? Я так долго работала над своей магией».

«Я знаю, дорогая, но ты ведь несчастна делая это, правда? Если ты станешь танцовщицей, ты сможешь выступать перед зрителями, и они будут тебя поддерживать. Кроме того, посмотри, как хорошо у тебя получается танцевать. Получение профессии поможет тебе стать ещё лучше».

Ей это не нравилось. Она так долго и упорно работала, чтобы стать магом, и не хотела отказываться от этого. Но она не могла отрицать слов своей мамы. Её магия действительно не приносила радости. Как могло быть иначе? Годы неудач медленно подтачивали её, и её магия не показывала никаких признаков улучшения. Мысль о том, что другие люди будут радоваться её танцу, звучала заманчиво, особенно после того, как она испытала это сегодня. Возможно, она наконец-то сможет завести друзей, если людям понравится её танцы. Может быть, другие дети захотят играть с ней, или у неё появится шанс практиковаться с другими людьми. Она всегда хотела танцевать традиционный танец своего народа, но это было невозможно сделать в одиночку.

[Но это не то, чего ты хочешь.]

Голос был прав. Даже если её постоянные неудачи не приносили ей радости, она хотела добиться успеха. Она была уверена, что однажды, когда это случится, всё будет стоить того. Но кто знает, сколько времени пройдёт до этого дня?

Мама видела её колебания и наклонилась, чтобы поцеловать её в голову.

«Тебе не нужно выбирать сразу, дорогая. До принятия решения ещё есть время. Просто пообещай мне, что подумаешь об этом, хорошо?»

Она кивнула. «Обещаю, мама».