Божество Вышнее Небо

Ощущая в сознании эту внезапно нахлынувшую неизвестную память, Чу Цигуан на мгновение оказался в замешательстве, не в силах её понять.

Но когда он подсознательно взглянул на тетрадь в руках, то заметил, как в воздухе начали появляться ряды мелких слов.

Заклинание для призыва божества Вышнего Неба. Если сочетать это заклинание с ритуалом, можно привлечь внимание божества Вышнего Неба. После того как божество ушло, некоторые верующие громко пели это заклинание. Из-за своей глубокой веры они отправились на поиски божества. Но, не зная имени божества, они заблудились в вечной пустоте.

Чу Цигуан ошеломлённо смотрел на мелкие слова в воздухе, а в его сердце росли удивление и сомнения.

Он взглянул на горную вершину рядом и увидел, как в воздухе начали появляться различные слова.

Камень.

Горная вершина.

Мистический демон, передающий знания сквозь прошлое и будущее.

Глядя на последнее описание Цяо Чжи, Чу Цигуан постепенно понял назначение этой благодати.

«Неужели всё, на что я смотрю…вызывает появление соответствующей информации? Источник этой информации…неужели знания, собранные Кольцом Глупости?»

Пока Чу Цигуан продолжал испытывать свою новую благодать, Цяо Чжи рядом, всё больше изучая заклинание, чувствовал странность.

— Если это заклинание читаешь и сразу забываешь, и при повторном чтении снова забываешь, то как понять, для чего оно нужно?

Исымань, всё время тихо ждавший в стороне, давно заметил, что у демона-кошки и мастера Достигающего Небес хорошие отношения.

Услышав его слова, Исымань добавил:

— Именно так, это заклинание очень странное. Я изучал его несколько лет, но так и не понял, какова его цель. Я думаю, возможно, какой-то древний мастер, чтобы предотвратить распространение заклинания, наложил на него мощную даосскую технику.

Цяо Чжи кивнул.

— Хм…такое возможно.

Пока кот и волк обсуждали заклинание, Чу Цигуан тем временем перечитал дневник и начал сравнивать информацию, увиденную его глазами.

Он вдруг сказал:

— Тот зал, что ты нашёл, возможно, использовался для какого-то ритуала. Дракон в учении Пути Вышнего Неба часто считается посланником божества Вышнего Неба. Этот ритуал включал драконьи кости, вероятно, некоторые верующие пытались через них связаться с божеством Вышним Небом. К сожалению, они, вероятно, потерпели неудачу. И по какой-то причине они погибли в том храме. Мы читаем это заклинание безрезультатно, вероятно, из-за отсутствия ритуала.

Услышав рассуждения Чу Цигуана, Исымань сопоставил их со своим опытом в храме и понял, что это, вероятно, правда. Он с восхищением посмотрел на мастера Достигающего Небес.

— Старший, вы и правда обладаете глубокими знаниями и разглядели назначение этого заклинания с первого взгляда.

Чу Цигуан остался невозмутим, лишь взял стоявший рядом длинный клинок Изогнутая Луна и бросил его к ногам Исыманя.

— Ты забыл свой клинок, теперь я его возвращаю.

Но Исымань остался равнодушен к драгоценному клинку и позволил этому божественному оружию, выкованному из зуба цюнци, упасть на землю, где оно с шорохом вонзилось в почву.

Исымань поклонился и сказал:

— На этот раз я должен поблагодарить старшего за наставления, благодаря которым я смог отказаться от привязанности к клинку, продвинувшись в искусстве клинка и научившись отбрасывать клинок. Пусть этот клинок Изогнутая Луна останется у старшего в качестве дара благодарности, чтобы он всегда напоминал мне о сегодняшнем прозрении в отбрасывании клинка.

Цяо Чжи, услышав это, взволнованно подумал:

«Отлично! Этот клинок Изогнутая Луна — ценная вещь! Если продать его, он будет стоит не меньше двадцати тысяч лянов серебра!»

— Чу Цигуан! Чу Цигуан! Быстро спрячь этот клинок, а то вдруг Исымань передумает!

Чу Цигуан остался невозмутим, лишь взглянул на Исыманя и спокойно сказал:

— Ты и дневник с заклинанием мне показал, и драгоценный клинок хочешь оставить. Похоже, у тебя есть какая-то просьба.

Услышав эти слова, Исымань внезапно опустился на колени и, слегка волнуясь, сказал:

— Последние два года мой прогресс в боевых искусствах всё замедлялся. Старший, вы знаете древность и современность, ваше мастерство боевых искусств божественно. Прошу, дайте мне несколько наставлений!

— Дать тебе наставления?

Глядя на Исыманя в таком виде, в глазах Чу Цигуана промелькнула тень непонимания, и он подумал про себя:

«Неужели я подчинил этого Цзян Лунъюя из демонического клана? Раньше Цяо Чжи рассказывал мне о восьми генералах возрождения Великой Хань…»

Ранее у Чу Цигуана уже была мысль о том, чтобы заранее подчинить восьмерых генералов возрождения Великой Хань, и он спрашивал у Цяо Чжи об их личностях.

Но он понял, что пока не способен этого сделать.

Неожиданно, что он всё же подчинил этого Цзян Лунъюя из демонического клана, Принца Золотого Клинка Исыманя.

Цяо Чжи мысленно спросил:

— Как ты собираешься его наставлять? Твой уровень сил ниже его! — затем он с энтузиазмом добавил: — Может, мне его наставлять?

— Если ты будешь наставлять…что, если его сила вырастет слишком быстро, и мы не сможем его удержать? Пожалуй, я сам его наставлю.

Услышав это, Цяо Чжи с сомнением мысленно сказал:

— Но твой уровень силы намного ниже его…

Чу Цигуан уверенно мысленно ответил:

— Кто сказал, что тот, чей уровень ниже, не может наставлять сильного?

Исымань, чувствуя молчание в воздухе, ощутил, как его сердце опускается, думая, что мастер Достигающий Небес не хочет его наставлять. Но в момент нарастающего разочарования он услышал:

— Клинок тебе не нужен?

— Да, — поспешно кивнул Исымань.

— Даже если ты в душе отказался от клинка, что насчёт других вещей? — Исымань слегка опешил, но затем услышал: — По-моему, тебе нужно отказаться не только от клинка, но и от других привязанностей в твоём сердце. Иначе, с лишними мыслями, ты никогда не Прозреешь Дао.

Исымань про себя заколебался.

«Другие привязанности? Неужели мастер Достигающий Небес имеет в виду…»

— Поначалу это может быть трудно. Ты можешь записывать дни терпения, и с течением времени ты заметишь, что становишься лучше, — Чу Цигуан, глядя на колеблющееся выражение лица собеседника, полное сомнений, спокойно сказал: — Это всё, что я могу тебе посоветовать. Слушать или нет — дело твоё.

Исымань, полный сомнений, спустился с горы.

Чу Цигуан и Цяо Чжи начали вместе подводить итоги своих достижений.

Дневник Исыманя был убран Чу Цигуаном, а драгоценный клинок Изогнутая Луна временно остался у Цяо Чжи.

Чу Цигуан продолжил беседу с Цяо Чжи, спрашивая о некоторых деталях касательно горы Утренней Яшмы.

— Хм…если говорить об этом, то кто-то однажды нашёл на горе Утренней Яшмы после трагедии записки лектора по имени Ли Цзянь. Изначально это было непримечательно, но спустя много лет главный министр императорского двора случайно обнаружил в записках результаты экспериментов. Тот главный министр сказал, что результаты исследований Ли Цзяня были важнее, чем достижения всех лекторов и наставников горы Утренней Яшмы вместе взятых. Жаль, что такой человек погиб во время трагедии.

Чу Цигуан слегка удивлённо сказал:

— Ли Цзянь?

Он вспомнил…разве это не тот лектор по алхимии, которого на горе всегда притесняли другие?