Урок для Чэнь Гана и демонов-кошек

Утром, завершив ежедневные упражнения и тренировки, Чу Цигуан решил сначала провести урок для демонов-кошек во дворе, а затем отправиться с Цяо Чжи к руинам.

Риса, Лулу и другие демоны-кошки уже сидели, гордо выпрямившись, в ожидании, а Чэнь Ган и два его младших брата аккуратно расположились сбоку.

Вчера троих братьев сильно избили, и их слегка задело известью, которую разбрасывал Чу Цигуан. Однако бой закончился быстро, и после они промыли кожу растительным маслом, так что вреда было немного, хотя сейчас они выглядели несколько ослабленными.

В последнее время, пока Чу Цигуан проводил уроки для демонов-кошек, трое братьев Чэнь часто присутствовали, и, слушая, испытывали к Чу Цигуану всё больше уважения.

В их глазах Чу Цигуан уже не являлся просто убийцей, грабителем или предводителем демонов, а чем-то более высоким, что они не могли чётко описать.

Но именно эта непостижимая возвышенность, словно пламя, привлекающее мотыльков, всё сильнее притягивала троих братьев.

Едва Чу Цигуан сел, Чэнь Ган тут же подскочил, чтобы налить ему чаю.

— Старший брат Эргоу, вот чай.

Глядя на всё ещё опухшее и покрытое синяками лицо Чэнь Гана, Чу Цигуан сказал:

— В ближайшие дни хорошенько отдохни, не работай и не тренируйся.

Чэнь Ган, которого Чу Цигуан часто бил и критиковал, редко слышал заботливые слова и тут же воодушевился.

— Ничего страшного, старший брат Эргоу, это я слишком слаб, поэтому Линь Цзыфан и сделал из меня отбивную. Я хочу стать сильнее.

Чу Цигуан равнодушно сказал:

— Твой противник был воином четвёртой ступени, для него избить тебя не составляло труда. А ты ещё глупо сопротивлялся, вот и получил сильнее всех из троих, — Чэнь Ган пристыженно опустил голову, но Чу Цигуан сменил тон. — Однако твоя стойкость и нежелание сдаваться — это достоинства. Надеюсь, ты сможешь развивать их в боевых искусствах и упорно двигаться вперёд, — говоря это, Чу Цигуан похлопал Чэнь Гана по плечу. — Трудись усердно, у тебя есть потенциал. Если столкнёшься с трудностями, скажи мне, я помогу.

Обрадовавшись похвале Чэнь Ган поднял голову.

— Старший брат Эргоу, я буду стараться, — затем, немного поколебавшись, добавил: — Старший брат Эргоу, я хотел бы купить немного мази для закалки тела…

— Молодым, занимаясь тренировками, не следует сразу задумываться о трате денег на лекарства. В боевых искусствах воля важнее всего. Главное — усердно тренироваться. В твоём возрасте нужно стремиться вперёд, переносить трудности и полагаться на свои силы для прорыва. Это принесёт тебе огромную пользу на пути боевых искусств, — увидев сомнение в глазах Чэнь Гана, Чу Цигуан, похлопав его по плечу, сказал: — Не думай, что я жалею для тебя денег. Если бы я видел в тебе обычного подчинённого, я бы просто дал тебе тысячу лянов серебра и сказал развиваться, как хочешь. Но я вижу в тебе потенциал, поэтому сдерживаюсь и не даю тебе денег, чтобы ты закалял свою волю. Когда ты вырастешь, я готов вложить в тебя десятки и сотни тысяч лянов серебра.

Чэнь Ган, никогда прежде не чувствовавший такого внимания, растрогался словами Чу Цигуана.

— Я понял, старший брат Эргоу. Мне не нужна мазь для закалки тела, я прорвусь через упорные тренировки.

Чу Цигуан удовлетворённо кивнул.

— Иди, не мешай другим слушать урок.

Глядя на уходящего Чэнь Гана, Чу Цигуан с сожалением подумал:

«Людей всё ещё не хватает, и свободных средств на развитие Чэнь Гана нет. Тренируйся пока упорно, а я займусь твоим развитием, когда появятся деньги.»

Сидящая внизу Риса спросила:

— Господин, о чём сегодня пойдёт речь?

Чу Цигуан неторопливо ответил:

— Сегодня мы обсудим вопрос, который в прошлый раз хотела задать Лулу: противоречия между расами и противоречия между классами, — Чу Цигуан спросил: — Риса, кого ты считаешь своими сородичами?

— Ну, демонов-кошек, — слегка опешив, машинально ответила Риса.

— А бывало ли, чтобы тебя обижали другие демоны-кошки? Или люди? — продолжил Чу Цигуан.

— И то, и другое бывало, — взмахнув хвостом, кивнула головой Риса.

— Зачем тебя обижали демоны-кошки? А зачем это делали люди? — снова задал вопрос Чу Цигуан, выслушав ответ Рисы.

— Когда я была котёнком, — Риса, вспоминая прошлое, неспешно ответила: — Другие демоны-кошки отбирали у меня еду. Некоторые люди били меня, потому что я пыталась стащить еду из их домов, а другие хотели поймать любую кошку, чтобы съесть…

— Таким образом, конфликт между демонами-кошками и людьми не обусловлен расовыми различиями, а вызван борьбой за интересы, — объяснил Чу Цигуан. — В нынешней империи Великой Хань низшие слои — будь то кошка против кошки, человек против человека или кошка против человека — все вы боретесь за объедки, оставленные верхами, за скудные ресурсы, оставшиеся после их присвоения. Сущность конфликта между демонами-кошками и людьми — это отражение противоречий между низшими и высшими классами. Верхи: чиновники, аристократы, даосы — хитростью и силой присваивают ресурсы, которые должны принадлежать низам, заставляя вас, принадлежащих к низшим слоям, бороться друг с другом. А через пропаганду Учения Небесных Наставников и императорского двора вас вынуждают думать, что это конфликт между людьми и демонами-кошками. Но если бы императорский двор и Учение Небесных Наставников не грабили безудержно, простые люди и демоны-кошки могли бы прокормиться сами, и вам не пришлось бы бороться за еду.

Лулу, подняв лапу, сказала:

— Но ведь есть люди, которые просто любят бить кошек и ненавидят нас!

— Среди людей есть те, кто убивает людей, среди кошек — те, кто убивает кошек. Разве убийства людей людьми или кошек кошками вызваны расовыми противоречиями? Это частные случаи, их нельзя приписывать целой расе. С другой стороны, разве между людьми и кошками или людьми и собаками не могут возникнуть родственные чувства?

Услышав это, некоторые кошки тут же кивнули, внезапно вспомнив своих прежних хозяев из разных деревень.

— К тому же, Риса, кого бы ты выбрала в качестве сородича: обычную дикую кошку или Чэнь Гана? — задал вопрос Чу Цигуан.

Риса раздражённо махнула хвостом, не желая выбирать. В конце концов, для демонической расы обычные животные, не обладающие разумом и неспособные говорить, вообще не считались сородичами с ними.

— Взгляни ещё раз на Чэнь Гана и подумай о Линь Нане, торгующем булочками с мясом. Люди могут становиться демонами, демоны — людьми. Если мы будем упорно бороться, то сможем превратить всех людей в мире в демонов, и тогда расовые различия вообще перестанут иметь значение.

Услышав эти слова, глаза Рисы, Лулу и других демонов-кошек мгновенно заблестели. Мир, где все — демоны… Они никогда не смели даже мечтать о таком.

Но, вспомнив, как Чу Цигуан с помощью Метода Укрепления Основы Небесного Демона превратил трёх братьев Чэнь в полудемонов, они поняли, что это вполне достижимо.

— Самое важное — это наш образ мышления, — сказал Чу Цигуан, указывая на свою голову. — Если вы всегда будете бороться за еду с простыми людьми из низов, у вас никогда не будет шанса подняться выше. Но если вы объединитесь и отберёте землю, зерно, хлопок, соль, железо…у высокопоставленных чиновников, аристократов и даосов, демоны-кошки и простые люди смогут совместно хорошо жить. Когда мы будем бороться за общую цель, за свободу всех людей мира, за то, чтобы все демоны и люди были сыты и одеты, и больше не страдали от грабежа со стороны императорского двора и даосских храмов, мы все станем братьями…

По мере наставлений Чу Цигуана демоны-кошки начали задумываться, но среди них только Цяо Чжи витал в своих мыслях, не слишком внимательно слушая.

Цяо Чжи подумал про себя:

«Опять что-то новенькое. Раньше он не говорил, что демоны и люди должны быть сыты и одеты… Зато твердил, что каждый день нужно собирать больше хлопка, чем в предыдущий…а ещё говорил про какие-то показатели и эффективность…»