Совместный текстильный бизнес

Чу Цигуан перелистал «Сутру Царя Горы Сумеру» с конца. Помимо изображений человека в начале, на дальнейших страницах были нарисованы только печати рук и описание пилюли, называемой Огненной Пилюлей.

Как и с предыдущими изображениями, взглянув на эти рисунки, Чу Цигуан получил ментальное озарение. Он понял, какие травы и методы нужны для изготовления Огненной Пилюли из «Сутры Царя Горы Сумеру», а также как формировать даосские печати, сочетая их с дыханием и намерением.

Эти разделы можно было изучать без опаски, они не провоцировали аномальных изменений в теле.

По словам Цяо Чжи, техника «Импульс Сдвигающего Сумеру», одна из четырёх величайших техник Управления Усмирения Демонов, берёт начало из «Сутры Царя Горы Сумеру» Алмазного Храма.

К сожалению, Управлению Усмирения Демонов не хватало рецепта Огненной Пилюли и даосских печатей. Пилюля значительно повышала устойчивость к жару, а даосские печати способствовали укреплению воли практикующего.

Поэтому в Управлении Усмирения Демонов практикующие этот метод Прозрения Дао никогда не достигали совершенства.

Чу Цигуан записал травы и метод изготовления Огненной Пилюли, затем приподнял кирпич под кроватью в полу и спрятал туда «Сутру Царя Горы Сумеру».

Помимо сутры, там лежали пять пилюль укрепления энергии и Мазь Смены Костей Льва и Тигра, забранные у Дин Даосяо. Мазь Чу Цигуан сможет применить только достигнув четвёртой ступени.

Затем он отправился в аптеку за травами. Узнав, что ингредиенты для Огненной Пилюли недорогие, около пяти цяней серебра за порцию, он сразу потратил пятьдесят лянов серебра, чтобы купить сто порций. По сравнению с десятью тысячами лянов, полученными от У Вэя после конфискации, это была незначительная сумма.

Из-за того, что Чу Цигуан запросил слишком много и слишком срочно, в аптеке не хватило некоторых трав. Ему выдали расписку, попросив вернуться через несколько дней.

Затем Чу Цигуан отправился в даосский храм, ведь сейчас самым быстрым способом поднять уровень боевых искусств было использование пилюль.

Войдя во внутренний двор даосского храма, он первым делом поприветствовал Фа Юаня.

— Мастер Фа Юань, давно не виделись, — с улыбкой сказал Чу Цигуан, приветствуя Фа Юаня, и незаметно передал ему пять лянов серебра.

Хотя Фа Юань и сам разбогател на конфискации, пять лянов серебра от Чу Цигуана всё равно его обрадовали. Для него это было не просто серебро, а знак уважения от Чу Цигуана и его преданности даосскому учению.

Даос Фа Юань с улыбкой спросил:

— Пришёл к настоятелю?

Чу Цигуан спокойно ответил:

— За пилюлями, что заказывал у настоятеля в прошлый раз.

Поболтав немного, Чу Цигуан попрощался и отправился к настоятелю Чэнь Чжу.

Фа Юань с восхищением смотрел вслед Чу Цигуану.

— Этот парень и правда выдающийся. Когда я впервые его увидел, любой уездный стражник мог его подавить. А теперь? Он уже в доверительных отношениях с настоятелем, а также не забывает и со мной серебром поделиться.

Юный послушник рядом с недовольством сказал:

— Ему просто повезло. Подружился с семьёй У, а старший советник У как раз стал первым министром.

— Ты не понимаешь, — покачал головой Фа Юань. — Такие, как Чу Цигуан, умеют делиться добычей со всеми… Вот поэтому он и процветает.

* * *

Тем временем Чу Цигуан, встретившись с настоятелем, обменялся с ним любезностями.

Настоятель усадил Чу Цигуана и слегка торопливо спросил:

— Расскажи подробнее про те «купоны искупления», о которых ты говорил в прошлый раз.

— Купоны искупления — это только название, — ответил Чу Цигуан. — Сколько серебра можно собрать с простого народа? Даже если выжать из них всё, много не получишь, а вот народ обозлишь и дашь еретическим сектам возможность для действий.

Настоятель Чэнь Чжу кивнул, но затем слегка смутился, ведь его подчинённые даосы любили обирать простых крестьян, что действительно давало еретическим сектам повод для влияния.

Чу Цигуан продолжил:

— Купоны искупления предназначены для богачей уезда. Кто из них не совершал ничего постыдного? Пусть покупают купоны, чтобы искупить свои грехи, а через год получают назад больше серебра. Главное — собрать деньги для крупных проектов.

Чэнь Чжу задумчиво кивнул.

— Это похоже на ломбарды, куда люди вкладывают серебро. Но ломбарды берут плату за хранение, а мы, наоборот, будем платить им проценты?

Чу Цигуан ответил:

— Чем больше серебра, тем крупнее бизнес, тем больше прибыли. Проценты, которые мы им выплатим, это лишь малая часть дохода. Это и заставит их замолчать, и побудит вкладывать ещё больше.

Чэнь Чжу спросил:

— Но в какой бизнес вкладывать? Скупать земли?

Глаза Чу Цигуана сверкнули, так как он услышал нужный вопрос.

Он улыбнулся и сразу ответил:

— Сейчас императорский двор готовится открыть торговлю с севером. На холодном севере больше всего нужны текстильные товары. Шёлк и хлопок из Южного региона отличного качества, но доставка с юга на север как минимум удваивает их цену. На севере климат не позволяет разводить шелкопрядов, так что шёлк там не производят. Но если мы начнём производить хлопковую ткань здесь, в уезде Весеннего Солнца, рядом с пограничными военными округами, нам не понадобится высокое качество — мы победим за счёт низкой цены, — затем он с наигранным стыдом сказал: — Но это значит торговать с северными демонами. Каждый раз, думая об этом, я чувствую вину и хочу три дня молиться перед Священным Предком.

В ответ на проверку со стороны Чу Цигуана настоятель Чэнь Чжу твёрдо сказал:

— После мирных переговоров и открытия торговли северные жители нашей империи больше не будут страдать от набегов демонических племён. Это благо для страны и народа. Хоть я и мечтаю отправиться на север с мечом, чтобы истреблять демонов, я не могу ради личных амбиций губить людей. Священный Предок говорил: во всём действуй по своим силам. Зарабатывая сейчас серебро от этих демонических отродий, мы копим силы, чтобы в будущем истребить их. Не переживай по этому поводу, младший брат Чу.

Поняв позицию настоятеля, Чу Цигуан кивнул.

— Всё-таки ваша мудрость выше, настоятель. Я был глуп. Кстати, семья Дин уже занималась хлопком, прядением и ткачеством, а в уезде Весеннего Солнца полно женщин, которые ткут на дому. Если мы возьмём текстильный бизнес семьи Дин, вложим серебро и наймём больше работников для расширения, то после открытия торговых рынков спрос на хлопковую ткань точно превысит предложение… Когда мы заработаем серебро, сначала выплатим проценты богачам. Затем выпустим новые купоны искупления, чтобы привлечь ещё больше денег, расширить производство и продать ещё больше ткани… Сейчас местные богачи в уезде обогатились на конфискациях и не знают, куда девать серебро. Договориться с ними о бизнесе не составит труда…

Настоятель Чэнь Чжу, слушая убедительные доводы Чу Цигуана, был поражён. Он повидал немало демонов, призраков и историй о любви и ненависти, но никогда не слышал, чтобы о заработке говорили столь увлекательно. Всё больше воодушевляясь, он спросил:

— Что мы будем делать дальше?

— Я привлеку семью У, и мы вместе приобретём хлопковые поля и текстильные мастерские семьи Дин. Так всё будет под защитой властей, и не придётся бояться, что караваны обложат непомерными налогами. Кстати…я ещё хочу найти ремесленников, чтобы доработать ткацкие станки.

Чэнь Чжу взмахнул рукой, демонстрируя полную поддержку, но предупредил:

— Младший брат Чу, это пустяки, я немедленно отправлю людей на поиски… Но тебе нужно быть осторожнее.

Тут же Чэнь Чжу рассказал, что имя Чу Цигуана уже стало известно в Священной столице, и поделился дополнительными сведениями, призвав его быть осторожнее, ведь многие уже обратили на него внимание.