Охота на демона-лису

— Именно увидев эту овечью кишку, я предположил, что Хао Юннянь мог отправиться к нелегальной проститутке, но в итоге он столкнулся с нападением демона, и я невольно подумал, не заманил ли его демон в ловушку. Из всех демонов, что лучше всего соблазняют мужчин, это либо демоны-лисы, либо призраки женщин, — сказал Чу Цигуан. — Демоны-лисы похотливы, искусны в соблазнении, любят высасывать человеческую эссенцию для культивации. Некоторые из них обладают врождённой способностью принимать человеческий облик, говорить по-человечески и вести себя как люди, так что обычному человеку их не распознать.

Очевидно, всё это Чу Цигуан узнал от Цяо Чжи, который рассказал ему о демонах-лисах.

Даос Фа Юань, выслушав, спросил:

— Это ведь из «Рассуждений о лисицах», верно?

Чу Цигуан продолжил:

— Верно, там также сказано, что кровь демона-лисы обладает возбуждающим свойствами и часто используется для изготовления афродизиаков. Чтобы узнать, был ли убийца демоном-лисой, достаточно проверить кровь с места преступления.

Глаза даоса Фа Юаня загорелись, а стоявший рядом уездный начальник Хэ с сомнением спросил:

— Прошло столько времени, эта кровь всё ещё годится для проверки?

Ранее, хоть и подозревали, что убийца — демон, никто не определил, к какому виду он принадлежит, и, естественно, никто не проверял кровь на возбуждающий эффект.

Фа Юань кивнул и сказал:

— Кровь демона-лисы со временем портится, но возбуждающее вещество сохраняется и может быть использовано для создания афродизиаков. Несколько дней — это небольшой срок. Попробуем, всё равно ничего не теряем.

Уездный начальник тут же приказал служащим принести одежду с пятнами крови с места преступления, а затем велел нескольким собакам облизать её.

Через мгновение, увидев, что собаки начали проявлять признаки возбуждения, все трое: уездный начальник, Фа Юань и Хэ Сянь, изумлённо переглянулись.

Уездный начальник Хэ воодушевлённо воскликнул:

— Неужели и правда демон-лиса?

Сын уездного начальника, Хэ Сянь, с восхищением посмотрел на Чу Цигуана и сказал:

— Брат Чу, ты действительно находчив и сведущ в книгах о демонах.

Цяо Чжи, сидя на крыше, скривился.

«Он сам устроил преступление, конечно, ему всё известно.»

Речь Чу Цигуана вселила в уездного начальника уверенность, и Хэ Вэньянь спросил:

— Есть ли у тебя способ выследить, где скрывается этот демон-лиса?

— Конечно, — ответил Чу Цигуан. — Судя по следам крови, ранам на руках жертв и отпечаткам лап демона-лисы, он был серьёзно ранен, и именно из-за ран вернулся в своё истинное обличье. Такой демон-лиса слишком заметен в городе, он точно не мог сбежать далеко. Если вы выделите сыщиков и стражников, я гарантирую, что за день мы изловим этого демона-лису.

Уездный начальник Хэ, задумавшись на миг, посмотрел на Чу Цигуана и спросил:

— А если ты не поймаешь его?

— Если я не поймаю демона-лису, я покину Академию Выдающихся Стратегий.

Уездный начальник Хэ с лёгким удивлением посмотрел на Чу Цигуана. Для крестьянского сына попасть в Академию Выдающихся Стратегий было непросто, а уход означал падение с небес в грязь. В этих словах он почувствовал решимость юноши.

Уездный начальник Хэ кивнул.

— Хорошо, похвальная решимость. Это твои слова.

Однако доверить Чу Цигуану командование сыщиками и стражниками было невозможно, но уездный начальник Хэ позволил ему участвовать в расследовании управы.

Таким образом, уездный начальник Хэ взял общее руководство, глава сыщиков Гу Вэй лично повёл служащих управы на поимку демона-лисы, даос Фа Юань следил за процессом, а Чу Цигуан содействовал со стороны.

Уездный начальник Хэ активно поддержал операцию, и вся управа, сверху донизу, без возражений приступила к делу. Даос Фа Юань и Чу Цигуан вскоре встретились с главой сыщиков Гу Вэем.

К внезапно появившемуся Чу Цигуану глава сыщиков Гу Вэй отнёсся прохладно, не начиная разговор первым. Похоже, он был недоволен тем, что уездный начальник допустил к делу постороннего.

Чу Цигуан взглянул на даоса Фа Юаня. Как представитель даосского храма Весеннего Солнца, он был авторитетом в делах демонов и важным советником уездного начальника, оказывая влияние на выводы по делу о кровавых трупах.

Чу Цигуан с улыбкой шагнул вперёд, протягивая руку для рукопожатия Гу Вэю и даосу Фа Юаню.

В этом мире тоже существовал обычай рукопожатия, но его использовали только близкие знакомые, так что внезапная активность Чу Цигуана несколько смутила обоих.

— Господин Гу, вы проницательны и умелы, а даос Фа Юань, изгоняющий демонов годами, известен по всему Весеннему Солнцу — я слышал о вас с детства. В этой охоте на демона-лису прошу вас многому меня научить.

Гу Вэй почувствовал тяжесть в руке — правая рука Чу Цигуана мелькнула…и вложила десять лянов серебра.

Его суровое лицо наконец слегка озарила улыбка.

— Господин Чу, вы мне льстите.

Фа Юань тоже ощутил, как в его ладонь вложили слиток серебра. Потрогав его, он слегка обрадовался.

«Десять лянов серебра? Этот Чу Цигуан, похоже, благочестивый человек и знает, как ведутся дела.»

Незаметно спрятав серебро в рукав, Фа Юань сказал:

— Господин Чу, вы очень внимательны.

Чу Цигуан не хотел раздавать деньги, но, во-первых, у него не было прочной опоры в уезде, а во-вторых, в этом мире коррупция процветала, и взятки стали основным негласным правилом.

В деревне семьи Ван даже сборщикам налогов подавали обед, что уж говорить о главах сыщиков уезда или даосах из храма.

* * *

— Вот же сволочи! Наглые твари! — в этот момент Цяо Чжи, подбежав к клумбе в небольшом дворике, раздражённо подумал: — Неужели придётся отдать им столько серебра? Особенно этим из шайки Учения Небесных Наставников, которая только и делает, что охотиться на демонов, обирает народ, захватывает земли, а ещё подстрекает мужиков и баб жертвовать последние гроши! Сверху донизу среди них нет порядочных людей!

Чу Цигуан мысленно ответил:

— Учение Небесных Наставников — государственная религия Великой Хань, обойти их не получится, что бы мы ни делали. К тому же, раз мы связаны с демонами, Учение Небесных Наставников — наши главные надзиратели, так что нам тем более нужно знать, что у них происходит. Хм, если бы вступление в Учение Небесных Наставников не было связано с кучей строгих правил, а тебе это не мешало, я бы давно нашёл способ туда попасть. Я ведь тоже могу верить и поклоняться Священному Предку.

— …

— И если уж говорить о гнилом… — не удержался Чу Цигуан, — По-моему…весь этот мир, сверху донизу, прогнил насквозь. Будь то важные чиновники и писари при императорском дворе, даосы и мастера Учения Небесных Наставников или вы, демоны, все одинаково гнилы. Если бы я управлял страной, за двадцать-тридцать лет я бы провёл реформы и обновил этот мир. И он бы стал уж точно лучше, чем сейчас.

Закончив, Чу Цигуан мысленно добавил про себя:

«Конечно…идеально было бы найти способ перемещаться между этим миром и Землёй. Тогда…я мог бы как следует освоить этот мир, а лучше всего — устроить что-то вроде колонии и привести всех к общему процветанию. Если вернуться не получится, придётся самому перестраивать этот мир, чтобы хотя бы мне жилось комфортно.»

Чу Цигуан мысленно продолжил, обращаясь к Цяо Чжи:

— В общем, пока нужно плыть по течению. Когда мы заберёмся повыше, мастер Цяо, я помогу тебе разобраться с Учением Небесных Наставников, как ты захочешь.

Цяо Чжи задумчиво кивнул, но подумал:

«Чёрт возьми, реформы ты, может, и проведёшь, но тебя же за десять тяжких преступлений обвинят…»

В голове Цяо Чжи закружились мысли о преступлениях вроде «назначение демонов на должности», «женщины у власти», «игнорирование мудрых и способных», «нелояльность и непочтительность к родителям»…