Приказ наставника не обсуждается
— Старший брат!
— Старший брат, ты здесь?
Это звали второй и третий братья, разыскивавшие Чэнь Гана.
Услышав это, Чэнь Ган воспрянул духом и начал беспорядочно вырываться.
Он уже открыл рот, чтобы громко закричать, как железная хватка сдавила его челюсти.
Чу Цигуан прошептал ему в ухо с ледяными нотками в голосе:
— Хочешь, чтобы я и их притащил сюда?
Услышав это, Чэнь Ган окаменел, лишь слегка дрожа, но больше не сопротивлялся.
К ним подошла чёрная собака — та самая дикая псина, что напала на Ван Цайляна, которую Цяо Чжи звал Чернышом.
Раньше её держали на задней горе, чтобы она залечила раны, а теперь привели для кровавого обряда.
Цяо Чжи выпустил когти, добыл несколько капель собачьей крови и влил их в рот Чэнь Гану, после чего начал Великий Метод Укрепления Основы Небесного Демона.
Каждый удар кошачьей лапы отдавался в теле, будто его били дубиной. Под этими сокрушительными толчками Чэнь Гану казалось, будто его тело разрывается на части, пока он наконец не потерял сознание.
* * *
Когда Чэнь Ган очнулся, луна уже стояла в зените.
В кромешной тьме леса он медленно поднялся, ощущая полную путаницу в мыслях.
С дурным предчувствием он вышел из леса и под лунным светом увидел, что его руки и ноги покрыты чёрной шерстью. Даже лицо, как он ощупал, преобразилось.
Теперь о даосском храме не могло быть и речи. Там его прикончили бы ещё до того, как успел бы что-нибудь сказать.
Он подкрался к своему дому, но, видя свой жуткий облик, не осмелился войти, решив сначала разведать обстановку.
Каково же было его удивление, когда он увидел рыжего кота, свернувшегося калачиком на его же крыше.
Он уже собрался позвать своих, но остановился. В таком состоянии показываться родным было нельзя.
Что же делать?..
Чэнь Ган метался между страхом и отчаянием, бессильный против этого якобы безобидного кота.
В этот момент чьи-то руки легли на плечи Чэнь Гана, и раздался мягкий голос Чу Цигуана.
— Родиться человеком — величайшая милость в этом мире. Это позволяет даже таким слабым созданиям, как ты, постигать величие мироздания… Но сила демона — твоя истинная сущность… Она скрыта в твоей плоти и крови, помогая увидеть мир таким, какой он есть.
Слова Чу Цигуана вызвали в Чэнь Гане смятение и смутное прозрение.
— Что ты задумал? — тревожно спросил Чэнь Ган.
Чу Цигуан лишь загадочно улыбнулся, оставив вопрос без ответа.
Не успев задать следующий вопрос, Чэнь Ган вновь погрузился во тьму.
Очнувшись, он резко сел на кровати и обнаружил, что его тело стало полностью нормальным. Вся шерсть исчезла.
— Я…вернул себе человеческий облик?
Он вскочил с постели, поняв, что находится дома. Выбежав из комнаты, он увидел мать, готовящую еду, и братьев, отдыхающих у крыльца.
Всё выглядело так обыденно, будто вчерашнее происшествие было лишь дурным сном.
— Неужели это…был всего лишь сон?
Его охватило странное чувство — смесь облегчения и сомнения. Повернувшись, чтобы вновь прилечь на кровать, он вдруг застыл.
На постели, там, где он только что лежал, остались клочья чёрной шерсти. Порыв ветра поднял их, развеяв по комнате.
* * *
С крыши дома Чэнь Гана спрыгнул пёстрый кот и стремглав помчался к дому Чжоу Эргоу.
Кот потёрся о Цяо Чжи и мяукнул несколько раз.
Цяо Чжи зевнул, выглядя измождённым.
— Чэнь Ган очнулся. Он не выходил из дома, остался внутри.
Чу Цигуан, прервав медитацию, произнёс:
— Чэнь Ган всё понял. Раз мы обратили его, значит, сможем сделать то же и с его семьёй. Ещё пара дней «воспитания», и он станет полезным помощником.
Чу Цигуан размышлял. Великий Метод Укрепления Основы Небесного Демона, этакая «операция по обретению сверхспособностей», в его прошлом современном мире стала бы популярной платной услугой. Но здесь люди слишком боятся всего, что связано с демонами.
«Зато это идеальный способ контроля. Жаль, он пока подходит только для таких, как Чэнь Ган.»
Чу Цигуан прикидывал свои нынешние силы: пока он мог справиться разве что с Чэнь Ганом. С богатыми помещиками вроде семьи Ван, способными дать отпор, рисковать не стоило.
Цяо Чжи размышлял:
«Держать людей в страхе и неведении — излюбленный приём Чу Цигуана.»
В этот момент прибежала младшая сестра Эргоу.
— Брат! Мы разбогатели!
Чу Цигуан удивлённо спросил:
— Что?
— Я выкопала во дворе серебро!
Чу Цигуан мгновенно понял, что произошло.
«Чёрт! Это же мои запасы!»
Вскоре со двора донеслись вопли девочки. Цяо Чжи еле сдерживал смех.
«Чу Цигуан…может, «отпустишь» сестрёнку на волю?»
* * *
Этим вечером Чу Цигуан вновь навестил дом семьи Ван для лечения Ван Цайляна.
На этот раз, придя в сознание, Ван Цайлян сразу же радостно воскликнул:
— Брат Чжоу, мой отец снова дал мне триста лянов серебра. Дай мне ещё мозгового платинума!
Но после этих слов он увидел, как Чу Цигуан вздохнул, а на его лице появилась грусть.
Ван Цайлян спросил с недоумением:
— Брат Чжоу, что случилось?
Чу Цигуан снова вздохнул и с видом покорности произнёс:
— Наставник приказал мне покинуть провинцию Душевную. У него нет времени ежедневно наставлять меня, поэтому он велел отправиться в другую провинцию, в военную академию, чтобы готовиться к экзаменам по боевым искусствам.
Ван Цайлян воскликнул:
— Что? Ты уезжаешь из провинции Душевной?
Чу Цигуан сделал нерешительное выражение лица и протянул:
— Не волнуйся…собачий яд в твоём организме, кажется…кажется уже подавлен. Если продолжишь усердно тренироваться, возможно, удастся сдерживать его и дальше.
— Кажется? — Ван Цайлян нахмурился. — А если он перестанет сдерживаться? Где мне тогда искать тебя?
Про себя же он думал:
«Я ведь хочу просто покупать лекарства и становиться сильнее лёжа! Не хочу прилагать усилий!»
Чу Цигуан вздохнул.
— Наставник запретил говорить подробности. Знай лишь, что я отправлюсь за тысячу километров.
Ван Цайлян в панике схватил его за руку.
— Брат Чжоу, зачем уезжать в другую провинцию? В нашем уезде Весеннего Солнца есть Академия Выдающихся Стратегий — она с давней историей, там даже есть мастера третьей ступени. Можно готовиться и здесь!
Чу Цигуан покачал головой.
— Ты же знаешь, что для поступления в уездную Академию Выдающихся Стратегий нужны связи. У моего наставника много врагов. Он не хочет, чтобы наши отношения раскрыли. Поэтому отправил меня в другую провинцию, где всё уже подготовлено.
— Но… — Ван Цайлян лихорадочно соображал, затем его осенило: — Брат Чжоу! Если твой наставник хочет скрытности, пусть мой отец тебе поможет! Он может рекомендовать нас обоих в Академию Выдающихся Стратегий, — воскликнул Ван Цайлян. — Не волнуйся! С участием моего отца ни одна весть о твоём наставнике не просочится!
В глазах Чу Цигуана сверкнула искра.
«Именно этого я и ждал.»
Но на его лице осталась нерешительность.
— Если я так поступлю, это нарушит приказ наставника.