Отпуск Тальпи

Эрпфс впервые за долгое время долго беседовал с Эстером.

Поскольку от него давно не было новостей, старик переживал, не разъедают ли разум Эстера все те ужасные события прошлого.

Но, как оказалось, тревожился он зря.

— В будущем школа металла собирается увеличить производство мифрила ещё сильнее. Мы хотим сделать его металлом, к которому сможет легко прикоснуться каждый.

Гений по-прежнему продолжал двигаться вперёд.

Честно и правильно.

И потому Эрпфс мог попрощаться с ним со спокойным сердцем.

— Хорошо. Буду ждать с нетерпением. Ох, уже так поздно. Мне пора. Если понадобится какая-то помощь, только скажи...

Эстер проводил Эрпфса.

— Счастливого пути.

Эрпфс покинул Золотую Башню Магии.

На лице старика не сходила улыбка, пока он шёл по тихой улице.

— Какой же достойный юноша.

С самого первого знакомства Эрпфса тянуло к Эстеру.

Он почувствовал, что этот мальчик необычен, ещё в тот момент, когда тот, будучи всего 15-летним подростком, подошёл к нему и заявил, что решил одну из проблем тысячелетия.

Когда Эстер принёс чертежи Адского танка и создал антибиотики, Эрпфс окончательно убедился, что королевство больше не увидит гения его уровня.

И более того.

Когда он вылечил неизлечимую болезнь Ханиэль, с которой не смогли справиться даже королевские врачи, Эрпфс вновь поразился силе его воли.

Эстер был человеком, который превращал невозможное в возможное.

Признают его окружающие или нет, даже если кто-то снова станет смотреть на него с тем же презрением, что и его родные...

он всё равно продолжит идти вперёд, как сейчас.

— ...

Эрпфс вспомнил, как на прошлой неделе присутствовал на мероприятии школы небес.

Там собрались влиятельнейшие фигуры магического мира, включая и его самого.

— Виконт Сефиронд... нет, точнее, глава Золотой Башни Магии совершил уже множество великих свершений, но я считаю, что искусственный мифрил — величайшее из них. Никогда не думал, что доживу до такого дня. За каких-то 2 месяца школа металла стала производить больше мифрила, чем крупнейшая шахта королевства добывает за целый год.

Глава школы небес.

Глава Белой Башни Магии говорил об искусственном мифриле долго и с явным восхищением.

— Как вы все знаете, магические инструменты позволяют даже обычным людям пользоваться магией без сложных процессов. Магические инструменты — это мифрил, а мифрил — это магические инструменты... До сих пор не существовало даже речи ни о массовом производстве, ни тем более о коммерциализации.

— Но теперь всё изменилось. Школа металла объявила, что собирается наращивать производство искусственного мифрила ещё сильнее. И если в это включимся мы... эпоха очень скоро изменится!

Изначально цель этой встречи была проста.

Нужно было укрепить дружбу между главами школ и направить магический мир по верному пути.

Но после этих слов атмосфера в зале мгновенно превратилась в обсуждение, целиком посвящённое похвалам искусственному мифрилу.

— ...

Глава Синей Башни Магии Ноктиас тоже внезапно вскочила с места.

Она горячо поддержала слова главы Белой Башни.

— Да! Я тоже считаю, что эпоха изменится! Мы ведь все хотя бы раз думали о том, как было бы удобно, если бы магия вошла в повседневную жизнь! Но до сих пор это было невозможно! Раньше магию могла изучать лишь малая часть людей, а мифрил стоил слишком дорого!

Ноктиас была в полном восторге.

Наверное, поэтому её и без того быстрая речь стала ещё быстрее.

— Но если производство мифрила и дальше будет расти, если мы сможем наладить выпуск магических инструментов, благодаря которым обычные люди тоже смогут пользоваться магией?! Вам не кажется, что тогда наше будущее станет по-настоящему прекрасным?!

— Представьте себе. Земледелец, который с помощью магического инструмента приносит дождь на засушенное поле. Солдаты на поле боя, истребляющие демонов. Големы, выполняющие опасную работу вместо людей!!

— Это самая настоящая магическая революция!!

Магическая революция.

Все главы Башен Магии, присутствовавшие там, согласились с этим определением.

Эрпфс прекрасно понимал, что эти слова — не просто преувеличение.

Изначально магия появилась как особая технология, способная сделать жизнь людей богатой и счастливой.

Но до сих пор из-за нехватки мифрила магические инструменты применялись лишь в крайне ограниченных целях.

Кроме того, число магов всегда было слишком мало по сравнению с масштабом королевства, и потому магия как дисциплина до сих пор не могла раскрыть свою истинную силу.

Поэтому все и жаждали Трансцендентности.

Магия нарушает законы природы и творит чудеса.

А Трансцендентность — это состояние, при котором можно свободно совершать все эти чудеса.

Достигший её может использовать магию так, как пожелает.

Это было бы состоянием, почти равным всемогущему богу.

Эрпфс, Ноктиас и все главы Башен Магии, собравшиеся там, жаждали именно этого мира.

Но пока ещё никто не достиг Трансцендентности.

Были люди, чей талант позволял подойти вплотную, но даже они умирали, так и не дотянувшись до истины.

Однако течение времени изменил 1 гений.

Если.

Если стоимость мифрила и дальше будет падать, и этот процесс удастся удержать.

Тогда магия перестанет быть чем-то, принадлежащим только магам.

Старик снова мысленно оглянулся на путь, которым шёл гений.

Эстер стоял на высоте, несоизмеримо большей, чем его собственная.

Был ли он таким с самого начала?

Или продолжает развиваться до сих пор?

Этого Эрпфс не знал.

Он не мог этого разглядеть.

Всё было слишком далёким и недосягаемым.

Сердце велело ему считать Эстера таким же обычным человеком, как и он сам.

Но разум шептал, что Эстер — чудовище, к которому нельзя приблизиться.

По сравнению с Эстером...

многие гении, чьи имена записаны в учебниках истории, могут оказаться всего лишь обычными людьми.

«Магическая революция».

Королевство изменится до неузнаваемости.

Нет, даже эти слова были бы слишком скромны по отношению к Эстеру.

Потому что теперь изменится сам мир.

— ...

Эрпфс вернулся в Красную Башню Магии.

Из окна кабинета главы башни он посмотрел в небо.

Там высоко сияли звёзды, символизирующие семью Тристити.

И среди них 1 горела ярче остальных.

Эта звезда.

Не покидала своего места до тех пор, пока чёрная ночь не отступала.

* * *

— Отпуск?

Я кивнул.

— Так внезапно?

Кивок, кивок.

— Я что, где-то ошиблась?

Покачал головой.

— Работа рядом с молодым господином и есть для меня величайший отдых.

Покачал головой.

— Лучше отвечай словами, пока я тебя не съела.

— Эм...

Если бы меня попросили назвать людей, которым я в жизни благодарен больше всего, я бы без колебаний сказал: Тальпи и моя сестра.

Про сестру, которая в моём детстве была для меня опорой, и объяснять не нужно, но...

— Мне не нужен отпуск.

Вот Тальпи, которая сейчас так упрямится.

Когда у меня не было ничего, она сама вызвалась стать моей личной служанкой, и с тех пор через многое прошла вместе со мной.

Это дорогой мне человек, который следовал за мной до самого конца и ни разу не пожаловался.

— Я справлюсь.

— Причина настолько важная? Всё равно ведь нет никого, кто мог бы быть вашей личной служанкой вместо меня. Просто держите меня при себе и увольте, если я вам разонравлюсь.

— Кроме обязанностей служанки, я могу быть и вашей фрейлиной. О, только не расчувствуйтесь. Я всё равно не умру, даже если съем яд.

Я до сих пор не знаю, почему она тогда вообще вызвалась стать моей личной служанкой.

Когда я спрашивал, она каждый раз отшучивалась чем-то вроде «Потому что вы красивый» или «Потому что над вами весело издеваться», так что правды я так и не узнал.

Ну, когда придёт время, наверное, всё выяснится само собой.

Ладно, не о том речь.

Я знаю о Тальпи лишь 2 вещи.

1 из них... ну.

Тема довольно тяжёлая, так что, если кратко.

Насколько я знаю, до того как стать служанкой семьи Тристити, она жила жёсткой жизнью и занималась тяжёлой работой.

Она сама весело говорила, что ей это давалось легко, потому что она сильнее других, но всё равно это было жалко.

Ведь размахивать мечом в качестве наёмника или пахать в поле по 18 часов в день под началом жестокого землевладельца —

это совсем не та жизнь, которой должна жить обычная молодая девушка.

Наверное, ей пришлось пережить куда больше, чем мне в прошлой жизни, когда я работал в чёрной компании.

— Но всё же я жила, не делая ничего плохого. Так что похвалите меня, много-много раз.

И я послушно погладил её по голове и похвалил.

В любом случае.

2-я вещь заключается в том, что она не человек.

— Я полукровка. Наполовину человек, наполовину демон.

Полукровки.

Так называют детей, рождённых от людей и демонов.

На следующий день после церемонии моего совершеннолетия Тальпи сама призналась мне в своём происхождении.

— Понятно.

Если вдуматься, то всё было закономерно.

Какой ещё может быть личность у человека, который, не владея даже Аурой,

способен одной рукой поднять Адский танк?

Я скорее предполагал, что она вроде Капитана Америки — просто физически усиленный человек.

— Значит, вы уже давно знали.

— Нет. Правда не знал.

С тех пор наши хорошие отношения так и остались прежними.

Сейчас она стоит, скрестив руки на груди, и сверлит меня взглядом, но такие маленькие разборки между нами происходят постоянно.

— Ты и так много работала. Отдохни хотя бы 1 неделю. Если захочешь больше — скажи. Людям нужно время на передышку.

Причина, по которой я отправляю Тальпи отдыхать, заключается в том, что я хочу подготовить ей подарок-сюрприз.

Но для этого мне нужно кое-что устроить.

И для того, чтобы оторвать Тальпи, которая вечно крутится рядом со мной, лучше отпуска ничего не придумать.

К тому же и ей самой не помешало бы нормально отдохнуть.

Но.

— Почему вы заставляете меня отдыхать, когда я не хочу?!

— Не ущемляй своё право на работу.

— Это оплачиваемый отпуск. Я вообще-то защищаю твои трудовые права!

— Нет. Не хочу. Так нельзя.

Похоже, эта служанка совсем не собирается отдыхать.