Первый показ

На данный момент ежемесячник Джастины оставался самым продаваемым журналом на рынке.

Его выпускала корпорация под названием The Advice, и благодаря репутации более надёжного издания по сравнению с прочими СМИ он пользовался огромной популярностью.

Жители столицы Рогнеса, занятые своей обычной жизнью, были потрясены новостью об одной медийной персоне, появившейся на страницах ежемесячника.

«Тайное хобби принцессы».

«Скандальная писательница Тия оказалась Ливиан Джастиной».

То, что звёздный автор, которого критики ругали, а публика обожала, на самом деле оказался принцессой с правом наследования престола, закономерно вызвало огромный ажиотаж.

— Принцесса — это автор Тия?

— У меня до сих пор голова кругом. Никогда бы не подумал.

Хотя у журнала и без того было много подписчиков, после того как эта новость быстро разлетелась повсюду, его продажи выросли вдвое.

В самом журнале было напечатано интервью с Ливиан.

— Скоро публика увидит нечто шокирующее и совершенно новое, чего прежде не существовало.

— Я могу с уверенностью сказать: более совершенного носителя для истории не появится.

— Все, кто хочет стать частью этого исторического момента, должны через месяц прийти в Беллискарский Большой театр...

Люди думали, что речь пойдёт о новом романе, но вместо этого там продвигали фильм под названием «Человек», и это вызвало самые разные отклики.

— Фильм... это ещё что такое?

— Разве в Беллискарском Большом театре не играют оркестры и ставят пьесы? Это что, какое-то особое представление?

— Я-то думал, речь будет о новой книге... Мне так понравилась «Месть гения».

Не все приняли это интервью благосклонно, но одно было несомненно:

название фильма услышало большинство.

— Он куда дешевле спектакля. За такую цену даже простолюдины смогут его посмотреть...

— Не-а, я не пойду.

— Да пойдёшь, если все будут говорить, что это интересно. Лучше уж сразу сходить 1 раз, чем потом 2 раза сомневаться.

Если смотреть на результат, реклама определённо сработала.

За 2 недели до премьеры в театр потянулось множество людей за билетами.

Новый ветер подул по столице.

Наследный принц Тровилл и его наставник, рыцарь Оскар, тоже последовали этой волне.

В день премьеры они вошли в театр с билетами, которые подарила им Ливиан.

Хотя Тровилл и не интересовался культурными развлечениями, кроме боёв, как старший брат он всё же чувствовал, что должен посмотреть на то, над чем его сестра так усердно трудилась.

— Народу так много.

— Я и сам не ожидал, что будет столько людей, но, видимо, такова сила имени и принцессы, и автора Тии.

Оба были одеты как обычные люди.

Как-никак Тровилл был принцем.

Он даже заранее подготовил маскировку, чтобы его не узнали, но...

— Ах, какая честь встретить здесь столь знатных особ.

— Надо же... это ведь принц Тровилл и сэр Оскар.

Некоторые всё равно их узнали.

— Глава Красной Башни Магии, глава Синей Башни Магии, а вы-то что здесь делаете вместо своих башен?

Тровилл сузил глаза.

Эти двое наверняка были помешаны на магии.

Иначе с чего бы им оказаться здесь, в таком месте?

— Ах, мы просто услышали, что тут представят одно весьма любопытное изобретение.

— И решили лично убедиться, действительно ли его создатель — тот, о ком мы думаем.

«Ну, это в их духе».

Тровилл коротко поболтал с ними, после чего, пожелав им приятного просмотра, отправил их дальше.

— Хм?

Оскар, ненадолго отошедший во время разговора, вернулся с несколькими пакетами.

— Я купил это вон там. Говорят, это напитки и закуски для просмотра. Со своей едой входить нельзя.

Тровилл расширил глаза, попробовав то, что принёс Оскар.

— Что это за напиток?

Холодная, освежающая струя приятно скользнула по горлу, а мягкая сладость осталась на языке.

Это был настолько райский напиток, что Тровилл сразу оказался покорён.

— Его называют колой.

— Хочу взять немного с собой во дворец...

— Это невозможно. Дорого и в ограниченном количестве — я и это-то взял едва ли не последним.

Отложив сожаление в сторону, Тровилл вместе с Оскаром вошёл в зал.

Откинувшись в мягком кресле и глядя на большой экран, он вдруг задумался.

Что именно публика должна увидеть на этой белой натянутой поверхности?

Вероятно, все, кто сидел здесь, думали о том же самом.

Всё казалось чужим и непривычным.

«Неужели нас обманули?»

«Но ведь сама принцесса об этом говорила, так что вряд ли...»

Пока зрители с подозрением смотрели на экран, в зале вдруг погас свет.

— Ч-что происходит?

Шёпот быстро стих.

Когда Вообразительный проектор, закреплённый под потолком, заработал, на экране появилась картинка.

Из динамиков полилась спокойная музыка, и зрители поняли, что фильм начался.

Все взгляды сразу устремились вперёд.

На 700-дюймовом экране перед ними развернулся другой мир.

— ...

Какой-то мужчина, только что закончив купаться, поправляет волосы.

По обстановке — дорогой мебели и украшениям — было ясно, что он принадлежит к высшему сословию.

Но как только он переодевается и собирается выйти из комнаты...

— Т-ты...

За дверью его поджидает нападавший.

Под звук разбитого стекла точка зрения резко переносится наружу, за пределы особняка.

Служанка, подметавшая двор, вскрикивает и бросается бежать из поместья.

А затем фильм по-настоящему начинается с сцены погони — окровавленный убийца и преследующие его стражники.

— ...

В зале воцарилась тишина.

Все напряжённо всматривались в экран.

Точно люди, которых поздней ночью околдовал лисий дух, они уже не могли оторвать взгляд от происходящего.

— Да. Это я убила отца.

— Почему вы убили собственного родителя? У вас была причина?

— Он был преступником, причинявшим людям боль. Кто-то должен был его остановить.

До сих пор в королевстве Джастина самого понятия движущихся изображений не существовало.

Многие даже никогда не держали в руках кристалл записи.

Поэтому они не могли не поражаться, видя пейзажи, почти не отличимые от настоящих.

Зрители переживали свежесть, которой не давал ни один другой формат.

И сам фильм был ярким и сильным.

Он создавал ощущение, будто ты и наблюдаешь за чужой историей со стороны, и в то же время находишься совсем рядом.

Словно смотришь на всё глазами человека, стоящего на месте событий.

Зрители наблюдали, как занятые персонажи двигаются по экрану.

— Нет, то, что вы сказали вначале, было неправдой. Вы убили отца не ради справедливости. Вы сделали это, ослеплённая грязной, алчной жадностью.

Звук из динамиков делал мир на экране ещё ближе к реальности.

И по мере того как шло время...

Они задерживали дыхание и так втягивались в историю, что забывали даже о том, что сидят в зале.

Настолько сильным было воздействие фильма.

Сама история была детективом.

Если объяснить проще:

Ферид, известный маг школы пламени, найден убитым в собственном доме.

Стража вызывает Дугала — мага школы жизни, прославившегося раскрытием подобных дел, — и тот в одиночку начинает расследование.

В процессе он находит улики, указывающие на то, что виновна дочь Ферида, Юрия.

Когда её прижимают стража и Дугал, она без колебаний признаётся в преступлении.

Мотив Юрии прост.

Она утверждает, что презирала отца за то, что тот присваивал её достижения и, прикрываясь своим именем и положением, распутничал с женщинами.

Однако Дугалу, уже почти завершившему дело, кажется странным, что её показания не совпадают с уликами на месте преступления, и он начинает полноценное расследование.

Во второй половине фильма открывается правда: вопреки словам Юрии, Ферид вовсе не совершал тех преступлений, в которых его обвиняли, и на самом деле был хорошим человеком.

Шокирующая развязка, обрушивающаяся на зрителей, заключается в том, что Юрия всего лишь хотела присвоить исследования мёртвого отца, чтобы укрепить собственную славу как мага.

Если бы эта история была всего лишь словами на бумаге, как роман...

смогла бы она дать такое же погружение?

Если бы Юрия и Дугал, которые сейчас разговаривали на экране, существовали лишь в ограниченном пространстве сцены, как в спектакле...

казались бы они настолько реальными?

Сценарий был великолепен, но фильм завершало именно всё, что происходило на экране.

Саспенс, метафоры, предвосхищения, параллельный монтаж и множество других приёмов — вместе с декорациями, звуком и страстной игрой актёров — всё это складывалось в гармонию, приковывавшую сердца и взгляды зрителей.

Это было похоже на совершенное произведение, созданное человеком, который до конца постиг саму природу этого носителя.

Фильм заканчивается тем, что Дугал приходит к Юрии в тюрьму и сообщает ей о смертном приговоре.

Когда история подходит к концу, экран темнеет.

На нём по порядку появляются имена всех, кто участвовал в создании фильма и помогал ему.

【Сценарий】

【Тия】

【...】

【Музыка】

【...】

【...】

И наконец, в самом конце:

【Режиссёр】

【Эстер Сефиронд】

Зрители наконец смогли увидеть имя настоящего создателя этого фильма.

* * *

Я был уверен, что фильм ещё до премьеры обречён на успех.

Реклама удалась, а в создании я и сам принимал участие...

Но главное — благодаря страстной игре театральной труппы, отличному сценарию принцессы и контролю Ноа ИИ фильм действительно получился интересным.

По качеству он был на уровне современных картин.

Но...

— Молодой господин, Ливиан прислала письмо. Она предлагает увеличить число мест показа сверх одного Беллискарского Большого театра. Похоже, после слухов сюда начали приезжать люди даже из территорий за пределами столицы.

Это слишком успешный успех...?