Глава 398.0
«Посол Эленвен! Какой неожиданный сюрприз! Кажется, мы не виделись целую вечность… о! Подождите минутку! Мы ведь впервые видимся». Джон увидел Эленвен и изобразил удивление.
Эленвен на секунду прищурилась, а затем решила не обращать внимания на Джона, который был в хорошем настроении и всех подкалывал. Она вошла в большой зал Длинного дома, но её взгляд упал на Ульфриха Штормового Плаща, сидевшего в углу.
Выражение её лица выдало её, и она просто пришла в ярость, увидев лицо Ульфриха. В конце концов, это убийца её хозяина.
Ульфрику не удалось сдержать усмешку. Спустя годы он наконец-то смог встретиться с Эленвен, той самой офицеркой Талмора, которая допрашивала его в юности, и теперь он может смотреть на неё свысока, как она всегда смотрела на него.
В конце концов Эленвен пришлось проглотить горькую пилюлю и пройти дальше в зал. После этого никто не мог не заметить её раздражённого выражения лица.
«Ваша Светлость. Нам стало известно, что некоторые уроженцы Алинора были в числе тех, кто пытался разграбить Винтерхолд. Мы хотели бы получить тела наших братьев для достойного погребения».
«Я не понимаю. Насколько нам известно, напавшие на Саартал альтмеры были бандой мародёров. Неужели каждый посол Доминиона должен объезжать все страны, собирая трупы всех альтмерских отбросов на обочинах дорог?» Верховный король Торигг был недоволен требовательным тоном Эленвен.
— Ваша Светлость, это дело Доминиона, и мы советуем вам…
— Выбирай слова осторожнее, эльф. — Фальк Огненная Борода тоже чувствовал себя неуютно в присутствии Эленвен.
Эленвен перевела взгляд с короля на его людей, а затем посмотрела на Джона Дейра, который стоял неподалёку с забавным выражением лица.
«Мёртвые альтмерские бандиты находятся под юрисдикцией Винтерхолда». Верховный король Торигг отмахнулся от этого вопроса.
Эленвен посмотрела на мужчину, стоявшего рядом с Верховным Королём.
«Ярл Корир».
«Этим вопросом занимается тана Йонхильд». Корир отмахнулся.
Элэнвен раздражённо посмотрела на Джона, который широко улыбнулся и развёл руками.
— Чем я могу вам помочь? — спросил Джон.
«Тела моих погибших соотечественников. Доминион Альдмери хотел бы…»
— Я знаю, знаю… не нужно повторяться, — сказал Джон и откинулся на спинку стула. — Но, знаешь, чтобы забрать их, нужен выкуп. Я уверен, что мы все понимаем друг друга.
— Скажи это, — Элвен хотела перейти к делу.
«2000 павших пехотинцев и 9 архимагов, если подвести итог… но всё равно, чёрт возьми! У вас, высших эльфов, наверняка много красных архимагов, раз они собрались так далеко от Алинора и устроили беспорядок. Судя по всему, на Островах Саммерсета неспокойно». Джон отвлёкся от темы.
«Выкуп».
«100 золотых септимов за каждого пехотинца, 80 000 золотых септимов за каждого архимага».
Все присутствующие в комнате резко втянули в себя воздух. Джон вымогал у Талмора почти миллион золотых спетимов.
— Джон Дейр, ты берешь на себя больше, чем можешь осилить, — сказала Эленвен.
«Что это значит?»
«Правительство Талмора не любит, когда им помыкают, и оно, несомненно, ответит. Ты уже не тот Джон Дейр, что был вчера. Мы знаем о твоей жалкой попытке достичь божественного состояния, и мы признаем, что это было достойно восхищения, но ты поставил под угрозу себя и свой город, тан Джонхильд. От этого никуда не деться». Даже Империя не протянет тебе руку помощи. — Тон Эленвен был полон угроз.
— О! Правда? — Джон наклонил голову.
«Убедись сам». Эленвен отошла в сторону, чтобы дать Джону возможность взглянуть на имперских посланников, сидевших с другой стороны. Конечно, им не понравились заявления Эленвен, и они подняли шум, прежде чем Верховный Король их заткнул.
«Посол, у вас очень крепкие нервы, раз вы позволяете себе угрожать моим слугам в моём присутствии. Я могу прервать эти переговоры, если захочу». Торигг ответил Элвен угрозой.
Она спокойно кивнула и посмотрела на Джона.
Он встал и подошёл к ней, пока их плечи не соприкоснулись. Такая высокая эльфийка, как она, действительно была высокой, но Джон был выше.
«Позвольте мне преподать вам урок капитализма. То, что вас не убивает, всё равно требует от вас платы… так что платите. Винтерхолд не ведёт переговоров с неудачниками».
— Ха! Ты точно хочешь так поступить? — спросила Эленвен.
— Вздох! Как же я ненавижу эти переговоры… Ладно! Я развлеку тебя. — сказал Джон и повернулся к ней. — У тебя есть на меня досье? Ну, знаешь, из тех, что ты хранишь в своей пыточной?
Эленвен была ошеломлена.
— Я не понимаю, о чём ты говоришь.
— Не отрицай этого. У каждого Талмора есть пыточная. Дело в том, что… у тебя наверняка есть досье на меня, так что ты должен хорошо знать историю моей жизни. Я вкратце расскажу её тем, кто не знает. Однажды я родился, и с тех пор каждый Талмор пытался меня убить. Вот и всё.
Джон с кривой улыбкой на лице посмотрел на Эленвен.
«Ты правда думаешь, что твои угрозы меня напугают?»
Джон изложил свою биографию в 18 словах, которые имели большой смысл для всех, кто их слышал. Какая угроза может его напугать, если Талмор уже охотится за его головой?
— Я вижу… как пожелаешь. Миллион золотых септимов, тан Джонхильд.
Эленвен развернулась и уже собиралась уйти, но что-то привлекло её внимание, и она остановилась. Затем она указала на пустое место рядом с имперцами и повернулась к Верховному Королю.
— Можно мне?
Те, кто находился в комнате, чувствовали себя неуютно. Зачем ей оставаться, если она потратила на себя миллион золотых септимов?
Ульфрику хотелось наброситься на него, но Джон широко улыбался. Ульфрик переводил взгляд с Джона на Эленвен и заметил двух других высших эльфов, прибывших вместе с Эленвен.
Что-то было не так, и ситуация, казалось, стремительно приближалась к новой драме.
«Ваше Величество, как приятно видеть вас здесь, в этих прекрасных замёрзших землях на Севере». Один из двух высших эльфов вышел вперёд. На нём была мантия барда.
«Виармо, рад видеть вас здесь, вдвоём. Позвольте предположить, что это не светский визит». Торигг поприветствовал Виармо в ответ.
Виармо! Ульфрику и остальным это имя было знакомо. Этот человек известен тем, что у него повсюду есть связи, а его способность манипулировать политикой пугает из-за его тайной сети шпионов. Двор Одиночества всегда держал его поблизости, но он не служил ни одному хозяину.
Чтобы такая змея появилась в Винтерхолде.
— Светский визит? Конечно. Что ещё может делать такой бард, как я, если не общаться и не зарабатывать деньги там, где останавливаются знатные дворяне и купцы? Я также пришёл сюда, чтобы проводить своего хорошего друга. Ваша светлость, позвольте представить вам моего родственника, легата Фазендила.
Другой высший эльф вышел вперёд и поприветствовал верховного короля Торигга salute Имперского Легиона. Этот высший эльф был облачён в доспехи легионера и не выказывал ни малейшего презрения к нордам, как и Виармо. Единственная разница в том, что Виармо — скользкий тип, а легат Фасендил показался мне прямолинейным человеком.
Элэнвен оглядывала их с ног до головы, пока не услышала имя Фасендил, и её лицо вытянулось.
— Легат Фазендил? Конечно! Я так много слышал о вас, знаменитый альтмерский легат. Верховный король Торигг, похоже, тоже знал это имя.
Даже Джон был знаком с легатом Фазендилом, но его знания почерпнуты из игры. Легат Фазендил может быть альтмером, но его ненависть к Талмору первостепенна, и Джон с нетерпением ждал встречи с ним.
— Для меня это честь, Ваша Светлость.
«Итак, что привело тебя сегодня ко двору Винтерхолда?» — спросил Торигг.
— Дела Легиона с ярлом и танами, Ваша Светлость. Мне очень жаль, что я так прервал вашу встречу.
— Всё в порядке, мы всё равно собирались немного отдохнуть. Ладно, народ. Двадцати минут хватит, чтобы выпить немного тёплого мёда?
Все встали, и Ториг, и слуги ярла начали подавать мёд и еду. Джон побежал в угол вместе с Алиной и схватил несколько бутылок для себя.
«Таун Джонхильд».
«Ярл Ульфрих».
— Пожалуйста, на пару слов.
«Я буду с отцом», — ответила Алина и ушла.
Джон заплакал, как только Алина оставила его наедине с Ульфриком.
— Да, ярл Ульфрих. Чем я могу вам помочь? — сказал Джон с усталым видом.
Он игнорировал Ульфриха и его посланников уже пару лет, и в конце концов им пришлось встретиться лицом к лицу. Джон совсем не был рад этому.
«На самом деле всё наоборот. Чем я могу вам помочь, тан Йонхильд?» — сказал Ульфрих с тёплой улыбкой.
— А? Прости, что? — Джон был искренне удивлён.
«Чем я могу вам помочь? Я хочу быть полезным».
«Да, я всё ещё обдумываю. В чём именно вы хотите мне помочь?»
— С этим! С тем, что ты делаешь.
— О. Что это такое?
— Прости, я немного разволновался. — Ульфрих откашлялся, чтобы говорить тише. — Позволь мне сразиться за тебя?
— Хм? — Джон сделал шаг назад и посмотрел на бутылку в своей руке. — Чёрт, эта штука хороша.
— Думаю, вы правильно расслышали… к тому же вы ещё не сделали ни глотка.
— Правда? — Джон попытался найти смысл в происходящем. — Ладно, давай сделаем это ещё раз, но, пожалуйста, не так возбуждённо. Говори на скандинавском.
— Ты меня чертовски хорошо расслышал, тан Джонхильд. Я хочу сражаться за тебя. Вчера я увидел нечто большее, чем я сам, и многое понял. Я не переставал думать прошлой ночью и пришёл к просветлению. Всё, за что мы боролись, всё, чего я пытался достичь все эти годы, привело меня к краткосрочным победам и долгосрочным поражениям. Всякий раз, когда я пытаюсь победить Талмор, они всегда находят способ обернуть всё против меня. Но с тобой они проигрывают одну битву за другой. Ты можешь сделать всё правильно лучше, чем я. Пожалуйста, позволь мне присоединиться к тебе, пока ещё есть время. Ты будешь ответом на всё.
Просьба Ульфриха была искренней и шла от самого сердца, но чем больше он говорил, тем суровее становилось лицо Джона, а его ответ был подобен камню, брошенному в воду.
— Нет.