Глава 10.0
Тоа Воды чувствовала «глаза» Карзахни весь обратный путь к его секретному подземному жилищу. Она почти чувствовала, как он ждет их приближения с энергетическим протодермисом. В этот момент она решила, что не позволит другим вести переговоры с этим порочным созданием, даже если это будет означать ее собственную смерть.
Ветви растения раздвинулись, как бы приглашая их войти в пещеру.
- Удивлен, что все вы остались в живых, - прошептал Карзахни.
- Не просто остались в живых, - сказал Вакама, предъявляя сосуд. – У нас есть то, о чем ты просил. Теперь сдержи свое слово и вылечи Нокаму.
Мириады частей Карзахни зашелестели. Лоза двинулась, чтобы выхватить сосуд, но Вакама спрятал руку за спину.
- Я не давал вам никакого слова, - сказало создание. – И мне надо проверить, что вы мне принесли. Дай мне это сделать, или знай, что ты погубишь свою подругу.
- Как погибаешь ты сам? – спросил Нуджу. – В этом путешествии с самого начала все было не таким, чем оно казалось. Мы боролись с существами, которые, мы думали, хотели повредить нам, а на самом деле просто убегали. А ты, такой уверенный в своей силе… тебе ведь осталось жить совсем мало времени, так ведь, Карзахни?
Ветви растения придвинулись к стволу, как бы готовясь к атаке:
- Ты очень умен, Нуджу. Тебе бы следовало быть Ваки.
- Скажи это себе, - ответил Нуджу. – Все здесь умирает. Макута давал своим созданиям ограниченное время жизни, не так ли, чтобы они не представляли для него угрозы.
Карзахни засмеялся:
- Нет, Тоа Льда. Он просто не хотел беспрестанно сталкиваться со своими «неудачами». Но с тем, что в этом пузырьке, я превзойду его самого. Я сделаю все, что он не смог, и в конце, я буду повелителем, а вы рабами. А теперь давайте мне этот сосуд.
Вакама поднял пузырек с энергетическим протодермисом в воздух и слегка наклонил его, как если бы собирался вылить его содержимое на землю:
- Я проверю его, если ты хочешь.
- Ты не сделаешь этого! – крикнул Карзахни.
Улыбка Тоа Огня заставила похолодеть даже других Тоа:
- Карзахни, после того, что я видел за эти последние недели… существует очень мало вещей, которых я не мог бы сделать.
Фонтанчик земли извергся у ног Нокамы. Небольшой корень проделал себе дорогу через камень.
- Съешь это, - сказал ей Карзахни, - И ты выздоровеешь. То, что сделало одно из Макутиных созданий, другое может исправить.
Нокама колебалась. Может быть, это отравит ее? Но нет, тогда его власть над Тоа Метру исчезнет, и ее друзья смогут убежать с сосудом. Она нагнулась, оторвала корень и положила его в рот. На вкус он был горьким, и еще она сразу почувствовала, как в нее снова вливается сила. Она взглянула на Вакаму и кивнула.
Тоа Огня протянул руку с сосудом.
- Ты с ума сошел? – сказал Онева. – Ты не можешь дать этой штуке такую силу!
- Тоа держат свое слово, - ответил Вакама. – Иначе мы будем не лучше тех, с кем сражаемся.
Ветвь Карзахни схватила сосуд и поднесла его поближе к стволу.
- Да, это вещество жизни, - сказало растение, голосом, кипящим темным удовольствием. – Это трансформирует меня в нечто большее, чем я есть. Я смогу свободно передвигаться, вырасту, подчиню моего создателя. Об этом можно только мечтать. Всего несколько капель…
Тоа стояли, прикованные к месту, когда серебристая жидкость плеснулась на ветвь Карзахни. В то же мгновение существо-растение закачалось как под ударами штормового ветра. Потом сосуд упал на землю, и Карзахни пронзительно закричал:
- Это жжет! Это жжжжееееееет!
Полный хаос овладел растением, его ветви корчились, пока сила энергетического протодермиса проникала в них. В отличие от каменной крысы и насекомого-мутанта, Карзахни не растворился, вместо этого пламя уничтожило его изнутри. Едкий запах умирающего сочного растения заполнил воздух, и одна за одной чудовищные ветви опустились и упали на землю.
- Это ведь не то, что он хотел-думал? – спросил Матау.
- Трансформация не была судьбой Карзахни, - ответил Нуджу. – И оставалось только другое…
- Это… это ужасно. Мы ведь не хотели этого сделать? – прошептала Нокама.
Нуджу покачал головой. Такой судьбы он не пожелал бы даже Макуте, но Карзахни сам сделал свой выбор. Он ценил силу даже больше, чем жизнь, и потерял и то, и другое.
Потом все закончилось. Увядшая, почерневшая фигура Карзахни рухнула на землю, оставив только внедренные в стену корни, которые не могли упасть на пол.
- Последняя шутка Макуты, - слабо сказал он, - обещание вечной силы, а под этой маской - гибель.
- Да, - сказал Вакама. – Макута любитель… масок.
- Между прочим, у меня осталось еще достаточно силы, чтобы уничтожить вас, - сказал Карзахни. – Но… я не сделаю этого. Послушайте мои слова, Тоа: вы не остановите Макуту, только замедлите его продвижение. Вернувшись в Метру Нуи, вы обнаружите, что он сильно изменился, и в худшую сторону. Вас там ждут только опасности и несчастья. Но я позволю вам уйти… как единственным Тоа, которые могут надеяться прикончить моего создателя. И… его надо… прикончить.
Больше Карзахни ничего не говорил. Нуджу осмотрел существо и через мгновение повернулся к остальным.
- Сила протодермиса истребила его. – сказал он. - Как и Акму, как Маврах, как слишком многие другие, он пал жертвой темноты внутри самого себя.
Вакама знал, что должен что-то сказать. Мудрые и успокаивающие слова были необходимы, но никто их не произнес. Вместо этого, они чувствовали великую усталость. Быть Тоа, очевидно, значит сталкиваться с темнотой и побеждать ее, раз за разом.
А те, о ком говорил Нуджу? – хотел бы знать он. – На что это может быть похоже: пасть жертвой темноты внутри себя?
Тоа Огня надеялся и молился, чтобы никто из них никогда не узнал этого.