Храм

Гали радовалась, что встреча, которую организовал Онуа, проходила более спокойно, чем прежние собрания. В конце концов все пришли к единому мнению: Тоа должны действовать как одна команда.
Каждый Тоа уже встречал Рахи, и Гали не была исключением. После того как она ушла от подводного монстра, того, которого встретила сразу после своего пробуждения, она всё отчётливее понимала, какой чудовищной силой могут обладать эти существа. Она уже знала, что некоторые чудовища называются «Таракава». Вождь рассказал им, что Рахи всегда жили на острове и Макута управлял ими, обделывая свои тёмные делишки
«Возможно, когда мы соберём все маски, мы найдём способ избавить остров от Рахи», — думала Гали.
Ей только хотелось, чтобы их миссия протекала более гладко. слишком много времени приходилось тратить на то, чтобы уладить разные споры, выслушать мнение каждого. Лива всё ещё стремился действовать в одиночку. Таху старался изувечить каждого Рахи, которого они встречали. Копака время от времени ругал всех вокруг, угрожая уйти и продолжать поиски в одиночку.
Несмотря на разногласия, Гали удавалось поддерживать мир среди Тоа. И она была уверена, что Онуа добивался той же цели, стараясь примирить всех. Поэтому Гали испытывала всё больше и больше уважения к этому сильному и уверенному Тоа Земли. Теперь, когда они вышли на берег моря к югу от деревни По-Коро, она посмотрела именно на него:
Онуа, если жители Та-Коро говорили правду, Маску Левитации для Таху нужно искать под водой.
Лива взглянул на неё сверху вниз и сердито заметил:
Только не под водой. Я уже достаточно нанырялся, доставая свою Маску Скорости. У меня до сих пор из ушей льётся-капает вода.
— Не говори глупостей, — вмешался Копака. — Ясно, что только те, у кого уже есть Маски Канохи Каукау, пойдут на поиски, Похату, Лива и Таху, вы останетесь на берегу.
Таху посмотрел на него.
— Спасибо, что объяснил понятные вещи, — ехидно заметил он. — Но мы ищем мою маску. В моей деревне рассказали, где её искать. Поэтому, я полагаю, мне решать, идти с вами или нет.
Глаза Гали стали круглыми от удивления:
— Было бы неплохо, если бы кто-то остался на берегу для охраны, брат Таху.
— Ну, в общем, да, — неохотно согласился Тоа Огня, продолжая исподлобья смотреть на Копаку. — Идите, Гали, и удачи вам. Мы будем охранять берег, пока вы не вернётесь.
Пока они препирались, Онуа ступил в воду, следом за ним Копака. Шествие замыкала Гали. Едва тёплая ласковая волна коснулась её ног, волнение исчезло. Она нырнула и быстро ушла на глубину.
Всех троих подхватило течением и понесло в сторону широкой и светлой морской долины. Копака указал на огромную тёмную тень, едва различимую в воде. Гали вздрогнула — она узнала Таракаву.
От одного Таракавы я ушла, ослепив его сильной волной, второго заманила в пещеру, где он застрял, — сообщила она. — Эти Рахи сильные, но не слишком умные, как мне кажется. Нам только нужен план...
И они поплыли к Таракаве. Едва чудовище заметило Тоа, раздался его ужасный рёв.
— Отлично. Он знает, что мы здесь, — прошептала Гали. — Копака, приготовься.
Тоа Льда кивнул. Таракава развернулся и поплыл к ним навстречу. Скоро считаные метры отделяли чудовище от троих друзей, но Копака не двигался.
Гали замерла. Секунда, и монстр схватит их...
Она уже собиралась закричать, и тут Тоа Льда начал действовать. Выбросив вперёд руку с ледяным мечом, он послал в Таракаву сильный заряд. Чудовище оказалось замурованным в глыбу льда.
Отличная работа! — закричал Онуа. Его низкий голос разнёсся под водой„ словно эхо. — Теперь моя очередь.
С этими словами он ударил кулаком в дно океана. Ил и песок поднялись вверх, изогнулись дугой, понеслись к ледяной глыбе и накрыли её.
— Это надолго задержит его, — сказала Гали. Теперь можем...
Погоди, — прервал её Онуа, пристально разглядывая Таракаву, чья голова торчала изо льда, — я хочу кое-что выяснить.
Он подплыл к чудовищу, стараясь не попасть под его челюсти. Затем Тоа поднял со дна комок глины, размахнулся и бросил его в голову монстра. Комок долетел, ударился и взорвался, как небольшая граната. От взрыва маска, покрывавшая голову Таракавы, слетела и упала на дно.

Чудовище, пытавшееся освободиться из ледяного плена и схватить Онуа острыми зубами, мгновенно затихло. Через секунду оно снова задёргалось, но уже не обращало на Тоа никакого внимания.

«Я так и думал», — сказал Онуа. — Мы с Похату сражались с двумя Нуи-Рамами, и я сбил с одного маску. Чудовище, вместо того чтобы продолжать драться, бросилось наутёк.

Копака понимающе кивнул:

— Что-то похожее произошло, когда я встретил Кума-Нуи по дороге в По-Вахи.

— Жаль, что раньше я не придавал этому значения», — сказал Онуа. Только сейчас я понял, насколько это важно.

Гали отметила, что Копака промолчал. Кажется, мы узнали очень важную тайну, обрадовалась она. — Через эти маски Макута управляет чудовищами.

И тут Гали заметила серое пятно маски на белом песке. Она подплыла ближе, нагнулась и подняла её.

Миссия завершена, — радостно заявил Онуа. — Возвращаемся.

Выброси это из головы, — настаивал Копака. — Ты погибнешь, а без тебя у нас возникнут проблемы.

Похату вздохнул, размышляя, не ошиблись ли Тоа, разбившись на две группы. Если бы здесь были Онуа или Гали, они, наверное, смогли бы разрешить спор между Копакой и Лива. Но они вместе с Таху отправились в Ле-Вахи на поиски второй маски Похату.

Похату стоял на краю самого высокого уступа недалеко от своей деревни и разглядьвал маску, которая серым безжизненным пятном блестела на карнизе посередине обрыва. У подножия их сторожил огромный Нуи-джага. Рахи знал, что наверху стоят Тоа: каждые несколько секунд он задирал кверху морду, прикрытую маской, и вытягивал в струнку хвост.

— Возможно, наш ледяной брат прав, Лива, — предположил Похату. — Вдруг ты промахнёшься и упадёшь... В любом случае, я думаю, надо искать другой выход. И мы его найдём, если будем действовать сообща.

Лива пожал плечами. Улыбка не сходила с его лица:

— Зачем волноваться-переживать? Кроме того, этот способ куда как забавенннннн...

Последнее слово заглушило эхо, когда Лива, раскинув руки, прыгнул вниз, словно в воду.

Чертовски глупо! пробормотал Копака со злостью.

Похату не мог говорить. Он даже не дышал, со страхом заглядывая в пропасть. Это была его маска, его Канохи Каукау, которую Лива пытался схватить, с головокружительной скоростью пролетая мимо уступа. Случись катастрофа, и Похату не сможет жить.

— Вауууууу! — крикнул Лива. одной рукой он схватил маску, а другой сделал широкий взмах, призывая на помощь ветер. И ветер появился. Он подхватил Тоа и понёс его вверх. Когда он стих, Лива продолжал подниматься сам по себе.

— Ага, он использует Маску Левитации, — догадался Копака.

Похату посмотрел на Тоа Льда. Несмотря на внешнюю холодность, в груди Копаки бьётся честное сердце.

Через секунду Лива приземлился.

«— Одна Канохи Каукау», — сказал он, протягивая маску Похату. Надеюсь, размерчик твой, потому что возвращать её назад я не намерен.

Онуа из-под ладони смотрел на макушку дерева. Солнечные лучи, отражаясь от дождевых капель на листьях, слепили ему глаза и мешали рассмотреть серое пятно. — Это она? — спросил он Гали и Таху, которые стояли сзади.

Гали кивнула:

— Это Канохи Какама. Кажется, она висит на самых верхних ветках. Плохо, что брат Лива не с нами. Он бы прекрасно сыграл роль обезьяны.

— Это точно. Но, сестра, у тебя есть Маска Левитации. Может, ты сделаешь это?

д— Я попробую, — ответила Гали, присматриваясь к вершине. — Пока у меня не было ни времени, ни возможности потренироваться. Но если подниматься медленно...

Таху шумно вздохнул:

Ребята, мы не можем возиться с этим целый день. Может, попробуем 60лее простой путь?

И он направил на дерево своё оружие.

— Таху, нет! — закричала Гали.

Но было поздно. Пламя окутало дерево. Через секунду все его ветки были охвачены огнём, и вскоре перед ними, растопырив чёрные, обуглившиеся ветви в разные стороны, стоял скелет. Огонь не тронул маску, и, потеряв опору, она упала вниз, взметнув клубы пепла.

Онуа, нахмурясь, поднял её.

«Будь его воля, Таху сжёг бы весь лес», — думал он, наблюдая, как языки пламени лижут соседние деревья.

Гали взмахнула руками, и в ту же минуту хлынул дождь, вымочив Тоа до нитки и погасив огонь.

— Спасибо, — поблагодарил её Таху и смахнул с лица дождевые капли. — Я не подумал о том, что огонь перекинется на соседние деревья.

— Конечно. — Голос Гали звучал холодно, словно говорила не она, а Тоа Льда. — Думаю, ты не подумал о птицах, которые считали это дерево домом, о растениях и животных, отдыхавших в его тени. Ты вообще не думал!

Она повернулась и направилась в джунгли.

— Здесь! — победно прокричал Таху, когда Рахи, с которого сорвали маску, убежал вниз по склону горы Иху. — Великая Маска Дыхания под Водой моя. А это означает...

— Что все маски собраны, — закончил вместо него Копака.

— Отлично, — сказала Гали. Она радовалась ликованию Таху, но была поражена, когда увидела, что серая Канохи Каукау стала огненно-красной, едва коснулась головы Тоа Огня.

Копака заметил, что Гали и Таху как-то отстранились друг от друга, но, к своему удивлению, почувствовал, что ему это приятно. Что произошло между ними, он не знал. Но и не собирался выпытывать.

— Теперь перед нами встал новый вопрос, — заявил Онуа. — Что дальше?

— Теперь мы обладаем полной силой, — заметил Таху, — поэтому пойдём и уничтожим остальных Рахи. Теперь, когда мы знаем, как с ними бороться...

— Это глупая-неразумная трата времени, — прервал его Лива. — Теперь этот секрет известен и маторанам. И они сами постоят за себя. Сегодня-сейчас Рахи не опасны. Я чувствую-догадываюсь, что у нас появится новая задача.

Копака вздрогнул, услышав заявление Тоа Воздуха. Неужели никто не понимает, как опасно полагаться на чувства и догадки? Но в то же время он не мог рассказать о видении, посетившем его возле озера лавы. Было ли это знаком или просто пригрезилось?

— Может быть, теперь мы должны добыть Золотую Канохи, о которой говорил вождь моей деревни? — предположила Гали. — Кто-нибудь что-нибудь об этом знает?

— Я — нет, — отозвался Онуа, в то время как остальные просто покачали головами- — А что он тебе рассказывал?

— Не так уж и много. — Гали нахмурилась она выглядела озабоченной и расстроенной. — Я... Я думаю, надо вернуться к нему и расспросить. Я знаю только то, что мы могли бы найти такую маску.

Копака тихо произнёс:

— Мне кажется, я знаю, где найти её.

Все с удивлением посмотрели на Тоа Льда.

— Эй, — воскликнул Таху, — о чём это ты? — У меня было видение, — продолжал Копака. — Как раз перед тем, как ты нашёл меня в озере лавы, брат Лива. — Он посмотрел на Тоа Воздуха, и тот сразу обернулся. — Я видел храм, огромный храм в центре острова. Думаю, следует отправиться туда.

— И когда же ты собирался посвятить нас в столь важную тайну? — ехидно поинтересовался Таху.

— Он только что сделал это, — заметила Гали. — И это хорошо. До сих пор нам не нужно было знать об этом.

Копака отметил, что она защищает его... «Это потому, что Таху раздражает её», — подумал он.

Но он всё ещё не мог улыбнуться ей в знак благодарности.

Выглядит точно, как в моём видении, — удивлённо пробормотал Копака.

Остальные Тоа громко восхищались видом огромного храма. Однако Онуа быстро погасил эмоции и обратился к разуму.

— Смотрите, — сказал он, указывая на шесть статуй. Тоа, высеченные в полный рост, были похожи на них, но только без масок. — Вы тоже думаете...

«— Да, если ты думаешь, что наши маски придутся впору их каменным лицам», — сказал Таху, снимая с себя Канохи Каукау и надевая её на голову статуи Тоа Огня.

— Подожди, — остановил его Копака. — Давай не будем расставаться со своими силами.

Таху нахмурился.

— А почему ты решил, что мы расстаемся с силами? — спросил он. — Твои видения привели нас сюда. А теперь ты называешь глупцами нас?

— Я не это имел в виду, — возразил Копака.

Гали взяла Копаку за руку:

— Всё в порядке, брат. Мне кажется, что Таху на верном пути. — И, помолчав, добавила: — На этот раз.

— Спасибо, сестра Гали, — откликнулся Таху. — Я ценю твою поддержку.

Гали улыбнулась, а Копака нахмурился. Как бы он ни волновался, этих двоих, похоже, его переживания не трогают. Копака открыл было рот, чтобы возразить, но что-то его остановило.

«Может, это не так уж неправильно — действовать, подчиняясь чувствам, а не разуму, — подумал он и тут же рассердился на себя. — Что я делаю? Я, как Лива или Гали, начинаю верить в чувства и желания».

Таху надел свою маску на каменную голову. И она растворилась в камне. Тогда он снял с себя Канохи Миру и ещё одну маску и тоже надел на каменное изваяние.

Примеру Таху последовали Лива и Похату. Гали тоже подошла к своей скульптуре, держа в руках Канохи Акаку.

Онуа обратился к Копаке:

— Обычно я, как и ты, против безоглядных поступков. Но сейчас у меня есть чувство, что мы обязаны поступить именно так.

Копака кивнул:

— Я.… я.… кажется, чувствую то же самое.

Для Онуа этого оказалось достаточно. Он уже довольно хорошо изучил Тоа Льда и понимал, что тот никогда не сделает необдуманного шага.

Они подошли к своим каменным изваяниям, Онуа снял Канохи Какаму и с тяжёлым вздохом водрузил её на голову истукана. Камень словно всосал маску. Тогда Онуа надел на статую другие свои маски. Они тоже растворились в камне, окрасив его в чёрный цвет. Без масок лицо Онуа казалось странным и уязвимым.

Сначала ничего не изменилось. Онуа чувствовал, как стучит его сердце. Неужели они расстались с масками просто так? Не было ли это сделано по наущению Макуты?

Но вдруг раздался громкий звук, словно ударили в большой колокол. Онуа застыл в удивлении: на голове каждой статуи появились новые маски. Это были золотые Канохи — Маски Света и Силы.

Онуа осторожно взял Золотую Маску и надел её. По телу пробежала такая волна энергии, что он еле удержался на ногах. И тогда Тоа Земли позволил себе улыбнуться. Новая маска несла не только громадную мощь, но и сочетала в себе свойства всех шести масок.

— Это то, что мы должны были отыскать, сказала Гали с благоговейным трепетом. — Теперь мы обладаем реальной силой, чтобы драться с Макутой.

Её слова заглушил страшный шум, раздавшийся из-под земли. Тоа отскочили в разные стороны, , когда перед ними разверзлась глубокая трещина, а земля под ногами заходила ходуном. Трещина ширилась, росла, но, едва достигнув сере; дины храма, превратилась в широкий тоннель.

Всё стихло. Земля успокоилась, словно ничего не произошло.

Тоа в изумлении смотрели то на отверстие в земле, то друг на друга.

Никто не произнёс ни слова.

Наконец заговорил Онуа.

— Пошли — сказал он и сделал шаг к туннелю. — Пора узнать, куда ведёт этот подземный ход.