Разрушенные памятники
Похату быстрее всех добрался до своей деревни. По-Коро располагалась в бесплодной каменистой пустыне. По-матораны строили прочные дома из камня и песка, которые сливались с окружающими их безлесными вершинами и песчаными дюнами.
Приближаясь к деревне, Похату заметил, что местность выглядит не так, как выглядела, когда он был тут последний раз.
— Бороки, — сердито пробормотал он.
Деревне угрожала опасность. Похату разглядел полчища Бороков. Они двигались по Дороге Пророчеств, ведущей к воротам По-Коро.
Похату прибавил шагу.
«Ладно-ладно, Параки, — шептал он. — Давайте поиграем в опасную игру, если вы этого хотите. Сегодня я не очень-то благодушно настроен».
Он перепрыгнул через упавший памятник и огляделся. Вождь Онева бился с Параками, защищая другой монумент. Но похожие на насекомых существа не обращали внимания на его удары. Они обошли Турагу и опрокинули большой камень, испещрённый рисунками.
— Онева, отойди, — закричал Похату, налетая на Параков.
— Похату! — воскликнул Онева. — Рад тебя видеть. Особенно теперь.
Похату печально посмотрел на вождя.
— Приятно, когда тебя любят и ждут, — отозвался он. — А теперь быстро отойди. Памятник почти испорчен. Главное сейчас — защитить деревню.
Онева понимающе кивнул:
— Я побегу за остальными. Мы встанем на защиту ворот и удержим их, чего бы нам это ни стоило.
С этими словами он убежал.
Тоа повернулся к Паракам. Они были повсюду. Их было так много, что и не сосчитать.
«Добудь Краану, — напомнил он себе. — Это главное. Нам нужна Краана».
Похату запрыгнул на спину оказавшемуся поблизости Параку. Тот вертелся и брыкался, пытаясь сбросить непрошеного наездника, но Похату держался изо всех сил. Тогда Парак изменил тактику. Он стал медленно приближаться к большому камню, нависавшему сверху. Очутившись под ним, Парак выгнул спину и с силой ударил Тоа о камень.
Похату, занятый мыслями, как удержаться на противнике, не заметил его маневра и свалился на землю.
— Эге, — крикнул он, — ну, погоди. Хочешь играть в грязные игры? Что ж, поиграем!
Парак не обратил внимания ни на слова Похату, ни на него самого. Он уже пытался свалить следующий памятник. Поднявшись, Похату поспешил к врагу. Между ними был камень Рахи. Похату упёрся в монумент с противоположной стороны и почувствовал сильное сотрясение, когда чудовище толкнуло камень со своей стороны.
Задержав дыхание, Тоа Камня отступил на шаг, а затем со всей силы ударил, стараясь попасть точно в центр. Монумент дрогнул и опрокинулся. С противоположной стороны донёсся удивлённый вскрик.
КРАААААААААК!
Громадный камень рухнул, придавив Парака.
— Прошу прощения, мой уродливый друг, — сказал Похату. С этими словами он подошёл и сорвал с головы противника пластину. — Кажется, у тебя есть то, что мне очень нужно.
Он осторожно вынул влажную зелёную Краану и с удовлетворением отметил, что по форме она немного отличается от той, что они видели в Та-Коро. Отлично, ещё один образец Крааны, которая им так необходима!
Похату спрятал добычу на поясе и направился к следующему Параку.
Похату не знал, сколько времени прошло, как вдруг откуда-то раздался крик:
— Приближаются другие!
Он посмотрел наверх и понял, что голос доносится со сторожевой вышки над воротами, где сидит наблюдатель.
Тоа Камня подпрыгнул, схватился за край вышки и подтянулся. Ступив на площадку наблюдательного поста,
Он осмотрелся. К деревне направлялись новые отряды Бороков. Это были Леваки. Их ярко-зелёные тела образовали сплошной поток. Выпуская впереди себя яд из ужасающих клешней, они расплавляли всё на своём пути.
— Что делать? — спрашивали матораны.
Сердце Похату ёкнуло. Ему повезло: он добыл ещё несколько Кран, но он не мог истребить всех врагов. Между тем приближались новые полчища...
Однако в его голосе не было и тени страха:
— А что нам остаётся, братья? Дождаться, когда они подойдут, и дать отпор!
Спустившись вниз, он приготовился встретить Ливаков, чтобы защитить деревню и её жителей.