Одна судьба

— Держитесь! — крикнула Гали.

Такуа взглянул вниз, стараясь увидеть Тоа. Но вместо них его глаза встретили луч энергии страха, сорвавшийся с посоха Ракши. Мгновенно оцепенев, он упал на колени.

Турак выпрямился на своих длинных ногах и навис над Такуа. Он взмахнул посохом, направив его на беспомощного маторана.

Но Джаллер видел, что происходит. Он прыгнул вперёд, размахивая зажатой в руке клюшкой для колхи.

Такуа вырвался из транса страха как раз в тот миг, когда Джаллер перехватил направленный на него удар Ракши.

— Джаллер! — отчаянно закричал он, увидев, как тёмная энергия затрещала, охватив тело его друга.

Ракши страха повернулся к нему, глаза его злорадно мерцали. Но прежде чем он успел нанести новый удар, Гали и Похату, подскочив, схватили его за руки.

Такуа бросил Маску, подбежал к упавшему Джаллеру и приподнял его голову.

— Что ты наделал! — воскликнул он, видя, как гаснут глаза друга. — Это я должен был пожертвовать собой! Это же я — провозвестник!

— Нет, — слабым шёпотом произнёс Джаллер. — Это мой долг. А ты... Ты знаешь... — он замолк, собирая остатки угасающих сил, и с трудом перевёл дыхание, — ...кто ты, — закончил он еле слышно. Протянув руку, он взял Маску Света и вложил её в руки Такуа. — Ты всегда был не таким, как все.

Рука Джаллера бессильно упала на камень. Бережно опустив голову погибшего друга на землю, Такуа выпрямился и поднял Маску. Она сияла ярче, чем когда-либо.

Несколько мгновений он стоял неподвижно, глядя прямо перед собой.

Неподалёку Ракши страха удалось вырваться из хватки Гали и Похату. Они потеряли равновесие и покатились по ступеням, врезавшись в остальных Тоа, которые спешили им на помощь.

Такуа опять повернул к себо Маску. Его глаза решительно сузились. Когда он поднял её, она вспыхнула ещё ослепительней. Вот она коснулась его собственной Канохи, и из неё вырвался сноп сверкающих лучей белого света.

Седьмым Тоа был он сам!

Он чувствовал, как сквозь него потоком течёт сила Маски, трансформируя его тело. Он становился выше, сильнее, ярче. Свет исходил от него, заставив надвигавшегося Ракши страха замереть на месте.

Шесть Тоа благоговейно смотрели на него. Потом преклонили колени.

— Привет тебе, брат Тоа! — в один голос воскликнули они.

Такуа уставился на собственную руку, которая казалась добела раскалённой от энергии света. Он поднял клюшку Джаллера, и маленькая искорка, соскочив с его пальцев, превратила простую клюшку для колхи в Посох Света.

Он повернулся к остальным Тоа и взглянул на них, глаза его были полны благоговения и силы.

— Я Таканува, — сказал он. — Тоа Света.

Яркий белый свет, исходивший от него, озарил Храм. Таканува наклонился и, подняв тело Джаллера, понёс его вниз по ступеням мимо остальных Тоа. И каждый из них, пока он шёл, поднимал в торжественном салюте своё оружие, а затем они последовали за Тоа Света с почтительно склонёнными головами.

На следующее утро Таканува стоял у надгробия, выполненного в форме купола сувы. Для могилы было выбрано тихое место, с которого был виден весь Храм Кини-Нуи. На полукруглой крыше склепа установили памятный столб. На нём покоилась маска Джаллера.

К Тоа Света подошёл Турага Вакама.

— В конце концов ты обрёл свою собственную историю, — сказал он негромко, — и по-прежнему ищешь ответы на вопросы.

Такуа неотрывно смотрел на маску Джаллера:

— Всё это ради того, чтобы выяснить, кто я?

Вакама пожал плечами.

— Мата Нуи мудрее всех нас, — ответил он. — Путь, которым ты шёл, вёл тебя не сюда... — Он помолчал и указал на Храм. — ...А сюда. — Он хлопнул Такануву по груди. — В конце концов понимаешь, что у каждого только одна судьба.

Лива помогал Таху приделывать трубку к повозке, которую они мастерили.

— Как этот драндулет поможет найти Макуту? — спросил он.

Таканува подошёл, зажав в кулаке шесть краат:

— Что принадлежит Макуте, вернётся к нему.

Он вложил краат в специальную щель. В тесноте они злобно затрепыхались.

Таху оглядел механизм, который они назвали Уссануи. Они собрали его из частей побеждённых Ракши. Будет ли он работать?

Вскоре все семеро Тоа собрались вокруг Уссануи. К ним приблизилась Хали, бережно неся маску Джаллера.

— Джаллер был провозвестником, — торжественно обратилась она к Такануве. — Пусть он и дальше ведёт тебя к победе.

Она подошла к передней части Уссануи и прикрепила там маску. Таканува кивнул

— Хорошо сказано, Хали, — отозвался он.

Похату, склонив голову к плечу, с любопытством разглядывал повозку.

— Не очень-то просторен этот транспорт, — заметил он. — Как же мы поместимся, братец?

Таканува покачал головой.

— Вы не поместитесь, — ответил он. — Вы не поедете со мной.

Остальные Тоа были удивлены.

— Но ведь только объединив нашу силу, мы смогли победить Ракши, — напомнил ему Похату.

Таху согласно кивнул:

— Уж наверняка, чтобы победить Макуту, понадобится не меньше.

Таканува отвернулся от них, глядя на повозку.

— У меня своя судьба, — ответил он. — Ваши связаны с маторанами и с Турагами. Соберите их вместе и ждите моего возвращения. — Он взобрался в Уссануи и оглянулся на собравшихся Тоа. — До встречи, — сказал он.

Уссануи стремительно неслась по туннелям под Кини-Нуи. Таканува просто ждал.

В конце концов, после очередного поворота, Уссануи оказалась перед огромной дверью. Повозка не замедлила хода и вышибла её.

Таканува открыл глаза. Он выбрался из разбитой Уссануи и обернулся. Из обломков повозки поднималась знакомая фигура.

— Хали! — воскликнул Таканува.

Хали подошла к передней части Уссануи и сняла с неё маску.

— Позволь мне быть твоим летописцем, — решительным голосом сказала она Тоа Света.

Тот на мгновение заколебался, затем кивнул. Задержавшись ещё на миг у обломков, чтобы извлечь оттуда шесть краат, он повернулся и вошёл через разбитую дверь в тёмное помещение.