Глава 7.0

Венуа посмотрел вниз на неподвижную фигуру Нокамы. В ней едва оставались проблески жизни. Он не сомневался, что только благодаря своей силе она еще цеплялась за существование.

- Мы должны повернуть обратно, - сказал он. – Если мы вернемся на остров, мы сможем по крайней мере удобно уложить ее, прежде чем…

- Он прав, - сказал Онева. – Эти туннели полны опасностей. Мы не можем рисковать еще больше.

Матау поднял Нокаму на руки. Онева и Венуа уже пошли обратно по тому пути, по которому они сюда пришли, и теперь Матау направился за ними. Они не оглядывались назад, полагая, что Вакама и Нуджу идут следом.

- Мы не идем назад, - сказал Вакама. – Никто. Мы продолжаем двигаться в Метру Нуи, мы все.

Шокированный, Онева уставился на Вакаму. Но еще больше его удивило то, что Нуджу стоял рядом с Тоа Огня, и его молчание говорило о том, что он согласен с этим нелепым утверждением. Что с ними случилось?

- И там что? - спросил Онева. – Даже если мы дойдем, даже если Нокама не умрет по дороге, все равно там нет никого, кто помог бы нам! Город лежит в руинах. Матораны погружены Макутой в сон.

- Точно, - ответил Вакама. – Жизни сотен Маторанов зависят от нас. Мы должны спасти их. Это важнее, чем любая одна жизнь, даже жизнь Нокамы. Извини.

Онева сжал свои протопитоны и бросился на Вакаму:

- Не извиню, если ты собираешься так сделать, огнеплюй!

Нуджу шагнул между двумя Тоа. Взглянув в его глаза можно было понять, что он не собирается бросать им вызов.

- Остановитесь. Мы оскорбляем этим Нокаму – стоим здесь и спорим, пока жизнь уходит из нее. Онева, возвращение на остров ничего не даст нам, потому что там нет ничего, что может вылечить ее.

Тоа Льда повернулся к Вакаме:

- А ты мог бы вспомнить, что у нас есть еще одна причина вернуться в Метру Нуи, кроме выполнения нашей миссии. Там в Башнях Знаний могут быть древние знания, способные спасти Нокаму.

- Если мы собираемся идти вниз, лучше бы нам пойти, - сказал Матау. – Ей становится все хуже.

Тоа покинули в пещеру в неловком молчании. Венуа предложил понести Нокаму, но Матау оттолкнул его.

- Я сам сберегу мою подругу-Тоа, - поклялся он.

Теперь они шли намного быстрее, не обращая внимания на резьбу на стенах или боковые туннели. Онева шел рядом с Матау, как если бы думал, что его близость может как-то поддержать вспышки сердечного свечения Нокамы.

Туннель суживался по мере того, как они спускались, и теперь везде был виден мох, покрывавший камни. Его пучки касались плеч Оневы и липли к его доспехам. Он с отвращением отбросил их со словами:

- Что это за дрянь?

- Я никогда не встречал в шахтах ничего подобного, - ответил Венуа, протягивая руку, чтобы достать мох и исследовать его. К его удивлению, тот отодвинулся, чтобы избежать его прикосновения:

- А вот это странно.

- Ты не мог бы не думать-беспокоиться о каких-то растениях? – резко сказал Матау. – Мы нужны нашей сестре-Тоа.

Тоа воздуха собирался сделать следующий шаг, но обнаружил, что не может сдвинуть ногу. Он посмотрел вниз и увидел, что сотни тонких стебельков проросли из каменного пола и обвились вокруг его лодыжек. С остальными Тоа случилось то же самое. Вакама послал узкую струю пламени, чтобы сжечь ростки. Но как только пламя коснулось того, что его связывало, более толстая, колючая лоза выскочила из пола и сама по себе завернулась вокруг его шеи, придушив его.

Вакама схватил лозу, пытаясь оторвать ее от себя. Но только с помощью Нуджу удалось преодолеть ее силу и отодрать ее. Вакама открыл рот, чувствуя с ужасом, что старый враг возвращается.

- Морбузак… - прошептал он.

Ответивший ему голос исходил, казалось, отовсюду сразу, звуча как сухой треск мертвых веток. Это не было свистящее шипение Морбузака, но в голосе была та же тяжесть и то же ощущение распада и разложения.

- Нет, - сказал он. – Я то, чем Морбузак хотел бы быть.

Нуджу использовал свою силу льда, заморозив одну из покрытых мхом стен. Неприятный смех наполнил туннель. Мгновением позже лед разбился как стекло:

- Я не так слаб, Нуджу. О, да, я знаю, кто вы. Я знаю всех моих врагов.

Оневе удалось высвободить одну ногу:

- Врагов? Мы никогда не встречались с тобой раньше. И прежде чем ты что-то сделаешь против нас, может быть, ты захочешь узнать, чем теперь стал Морбузак: пеплом на ветру.

Лозы как щупальца зазмеились по туннелю по направлению к ним. Одна за одной, они сами собой обвились вокруг Тоа Метру, выдернули их на свободу и потащили глубже в темноту. Матау запротестовал, когда лоза вытащила Нокаму из его рук, и унесла ее бесчувственное тело.

- Пойдемте ко мне, - сказал голос. – Пойдемте, и вы узнаете, почему я ненавижу вас больше всех остальных существ без исключения. Пойдемте, и вы узнаете, какое вы причинили мне зло, и как вы за это заплатите.

Маторанская легенда рассказывает о времени задолго, задолго до основания Метру Нуи, может быть даже до прихода самого Великого Духа Мата Нуи. В эти древние времена Матораны непрестанно трудились в темноте, почти не зная, для чего нужна их работа. Тем Маторанам, которые хорошо выполняли свою работу, в качестве награды могло быть разрешено путешествие в место, называемое Артакха, где они могли трудиться при свете и не тревожась своем будущем. Со временем об Артакхе стали говорить как о мифе, таком же как и «Великое Избавление» Маторанов, которое должно было спасти их от зла.

Но для тех Маторанов, которые работали плохо, жизнь была совсем иной. Их направляли в место, по сравнению с которым Большая Плавильня Та-Метру показалась бы слабым источником тепла. Никто не знал что там происходило, но говорили, что никто из отправившихся туда Маторанов никогда не возвращался. Это пугающее место никогда не имело собственного названия, и вместо этого его называли именем того существа, которое им управляло:

- Карзахни, - прошептал голос.

Вакама вздрогнул, услышав пугающее имя, произнесенное захватившим его растением. Но он был согласен, что пещера, в которую их притащили, могла быть домом мифологического существа. Здесь не горело никакого огня, и пещера была заполнена мутантами-Рахи, некоторые из которых были мертвыми, а некоторые очень даже живыми. Но он понимал, что правила здесь не смерть – а страх, такой невыносимый, что был почти ядовитым.

Само растение было мало похоже на Морбузак. Это не была лиана, а скорее скрученные стволы и ветки, похожие на искаженную извращенную версию одного из тех деревьев, что росли на острове наверху. Его вещество срослось с камнями пещеры, даже в большей степени чем Морбузак со стенами Большой Плавильни.

- Вы знаете имя, - прошептало создание. – Конечно, вы знаете. Это показалось забавно моему создателю – дать мне имя существа, которого Матораны в прошлом так ненавидели и боялись… показывая, что сила вызвать страх должна была потом жить во мне.

- Чего ты от нас хочешь? – спросил Нуджу.

- Чего? Я не хочу ничего, - ответил Карзахни. – Так, небольшая просьба к маленьким существам. Необходимость ? Ах, есть много того, что мне нужно, и во многом вы можете мне помочь. А для начала, подарок…

Глаза Тоа последовали за одной из лоз, медленно двинувшейся по направлению к дальней стене. К стене была пришпилена фигура, которую Матау узнал слишком хорошо: огромная змея, напавшая на него в туннеле.

- Ваш друг, полагаю, - сказал Карзахни. – Я обнаружил его, когда он полз через проходы, не сомневаюсь, планируя напасть на вас снова. Это глупое существо думало, что сможет проскользнуть незамеченным мной.

Карзахни понизил голос. Его тон стал заговорщическим:

- Вот почему его род не выжил, Тоа… а мой – будет править..

Полусгнившая ветвь показала на остальных Рахи, которые скользили, ползали и бродили по пещере.

- Моя цель проста – сила и мщение. Сила у меня есть, больше чем нужно – неудачный эксперимент моего создателя. А мщение… если вы меня обманете, Тоа Метру, моя месть обрушится на вас.

- О чем он говорит? – шепотом спросил Онева Нуджу.

- Я не знаю, - ответил Тоа Льда. – Но если и есть что-то, чему я научился от Морбузака, так это то, что с растениями спорить бесполезно.

- Но твоя месть, наверно, будет слаще, если ты направишь ее против всех шестерых? – спросил Вакама захватившее их в плен существо. – Как можешь ты в полной мере получить удовлетворение, если один из нас умирает?
- Мы все умрем здесь, Тоа, - сказал Карзахни так спокойно, как если бы они обсуждали погоду. – Я просто полагаю, что я умру последним.
Лозы освободили шестерых Тоа, и даже аккуратно положили Нокаму на пол пещеры. Матау бросился проверить ее состояние, и обнаружил, что ей стало только хуже с тех пор, как их поймали.
- Какое зло-вред причинили мы тебе, монстр, что ты не даешь нам спасти нашу подругу? – заявил Тоа Воздуха.
- Ты обокрал меня, Матау, - последовал ответ. – Вы атаковали моего создателя, заточили его в месте, которого я не могу достигнуть, и поэтому вы должны искупить свою вину.
Конечно, - подумал Вакама. – Почему я не догадался об этом раньше?
- Макута, - выдохнул он. – Тебя создал Макута, а мы победили его. Теперь ты сердишься, потому что хочешь спасти своего создателя.
- Спасти? Спасти? – смех Карзахни перешел в оглушительный крик. – Дураки! Я хочу его смерти!
Ошеломленные Тоа стояли молча, с трудом постигая то, что только что услышали. Потом Венуа не смог больше сдерживать любопытство:
- Если Макута создал тебя, - начал он, - Тогда почему…
- Создал меня… и отказался от меня, - проурчал Карзахни. – Он сделал меня слишком хорошо. Я был слишком сильным и слишком умным. Я бы не удовольствовался преследованием обитателей города на окраинных улицах, или даже правлением в Метру Нуи. Я бы ловил Маторанов везде, поймал бы их всех и прикончил их царство! Я не хотел их подчинения и их преданности, как Макута – только их гибели.
Вакама не мог придумать что сказать. Все это согласовывалось с теорией, которая у него сложилась во время путешествия к острову, и теперь подтверждалась. Макута создал Морбузака и выпустил его в Метру Нуи, как прелюдию к своему плану погрузить всех Маторанов в столетний сон. Карзахни был его первой попыткой, но слишком мощной для целей Макуты.
Но он-то не смог победить нас, - подумал Тоа Огня, - А эта штука может успешно это сделать.
Нокама застонала. Ветви Карзахни двинулись к ней, но Матау ударил по ним своими аэрослайсерами. На мгновение показалось, что ветви приготовились к атаке, но вместо этого они мягко опустись на пол.
- Вашей подруге осталось немного времени, - сказал Карзахни. – И как предполагал Вакама, вы нужны мне все шестеро, по причинам, о которых он и не подозревает. Потом вы выполните одно мое задание. Выполните его, и может быть я смогу быть лекарством для Тоа Воды.
Онева взглянул на Нуджу, потом на Вакаму. Было очевидно, что никто не понимал Карзахни в этот момент. Но если он восстановит здоровье Нокамы, даже на короткое время, они как минимум получат шанс в битве. А это было все, что требовалось Тоа.
Одна из ветвей двинулась снова. Матау снова шагнул остановить ее, но Вакама покачал головой. Тоа Воздуха отступил, не отрывая глаз от руки растения. Она закачалась над Нокамой, сама собой скрутилась несколько раз, и в конце концов выдавила из себя несколько капель мутной серебристой жидкости. Они упали в рот Нокаме. Через несколько секунд в ее глазах появился свет.
- Где я? Что… - сказала она, садясь.
Матау потянулся заключить ее в объятия. Нокама оттолкнула его со словами:
- Ты с ума сошел, братец? И что… в чем дело? Где огромное чудовище, с которым мы сражались?
- День тот же – монстр другой, - сказал Тоа Воздуха, помогая ей подняться на ноги.
Вакама шагнул вперед:
- А теперь, что за задание?
- Простое для таких храбрых героев, - ответил Карзахни, посмеиваясь. – Вы шестеро выйдете из этой пещеры через южный выход. По дороге вы найдете склеп в стене туннеля. Оттуда вы возьмете черный сосуд. Вы используете этот сосуд, чтобы набрать в него энергетического протодермиса в одной из многочисленных берлог Макуты и принесете его сюда ко мне.
- Если это так просто, почему ты не сделаешь это сам? – спросил Онева.
Ветви Карзахни раздраженно зашелестели:
- Я не создан для передвижения – это ты и сам мог бы увидеть, Тоа Камня, если бы твоя голова не была заполнена одними булыжниками.

Онева проигнорировал оскорбление и взглянул на пещеру глазами тактика. Он ничуть не сомневался, что Тоа Метру могут сразиться с этим созданием и победить. Но дальше что? Если он развалится, как это произошло с Морбузаком, станет невозможно получить еще противоядия для Нокамы. Как ни тяжело было с этим согласиться, сейчас не стоило сражаться, а нужно было время, чтобы подумать.

Вакама, по-видимому, был согласен с этим, потому что сказал:

- Хорошо, Карзахни. Мы выполним твое поручение. Но если ты планируешь предательство…

- О, идите-идите, - ответил Карзахни. – Ложный Турага Дьюм… Ваки… Акму… даже сам Макута – все они поняли бы это, Вакама. Что за жизнь без небольшого предательства?