Глава 2.0

Тоа Ликан, Хранитель города Метру Нуи, стоял в полумраке Великого Храма. Он не раз бывал здесь: приходил, чтобы вспомнить о былом и подумать о грядущем. Это место всегда благотворно влияло на его дух. Но не сегодня.

Из-за дела, приведшего его в один из самых почитаемых округов Метру Нуи, он был полон печали и сомнения. Немало ночей провёл он без сна, спрашивая себя, нет ли другого пути, но новые идеи не приходили. В конце концов он признал, что выбора нет. Это должно быть сделано, пока не поздно.

Помрачнев, Ликан с усилием открыл вход в суву, протянул руку и снял с пьедестала шестой, и последний, камень Тоа. И так же, как проделывал уже пять раз, положил камень на тонкий лист металлического протодермиса, который держал на ладони, плотно обернул его фольгой и сжал кулак.

Глаза Ликана под жёлтой Великой Маской Защиты сузились. Он знал, что не просто забирает ценные предметы силы, а делает шаг к тому, что изменит его собственную жизнь, жизнь ещё шестерых и будущее Метру Нуи.

Он вытянул над сжатым кулаком другую руку и сосредоточился. Шесть энергетических потоков вырвались из его раскрытой ладони, слившись в единое белое копьё энергии. Она обволокла завёрнутый в фольгу камень Тоа и исчезла. Раскрыв кулак, Ликан обнаружил, что металлический лист спёкся по краям и на нём отпечатался символ трёх маторанских добродетелей: единства, долга и судьбы.

Хранитель услышал за спиной шорох и быстро обернулся. Из темноты к нему приближались две фигуры: одна — четвероногое насекомоподобное существо, вторая — грубая гора мышц. Ликан слишком хорошо знал, кто это и зачем они здесь. Он уже скользнул было прочь, когда инсектоид начал метать в него разряды энергии.

Бегство претило натуре Ликана, но он долго был Тоа и знал: нельзя браться за невыполнимое. Он побежал, уворачиваясь от энергетических сетей, которые пытались набросить на него Тёмные Охотники. Когда они были совсем близко, Тоа Огня выпрыгнул в окно и провалился в пустоту.

Насекомоподобный Тёмный Охотник кинулся к окну, чтобы увидеть, как падает враг. Вместо этого он увидел, как Ликан соединяет части своего оружия, превращая их в плоский глайдер. Через несколько секунд Тоа исчез из виду.

Нокама стояла перед Великим Храмом в окружении учеников. Будучи учительницей, она знала, как важно время от времени проводить экскурсии, чтобы ученики своими глазами узрели историю Метру Нуи. С помощью своего трезубца она демонстрировала древние надписи на стенах Храма.

Вдруг она услышала, как ахнули за её спиной ученики. Она повернулась и увидела Тоа Ликана. Он приблизился, протянул ей маленький свёрток и исчез. Нокама покачала головой в недоумении. Что бы это значило?

В По-Метру усердно трудился Онева. Он провёл на солнцепёке целый день, заканчивая резьбу по камню, но не замечал ни времени, ни усталости. Усилия окупятся, когда работа будет закончена и очередной прекрасный образец будет готов к отправке. Онева знал, что каждый По-маторан в каждой из окружающих его хижин чувствует то же самое, ну, может быть, кроме Акму. Для того, похоже, почести важнее.

Что-то с глухим стуком упало у ног Оневы. Это был маленький свёрток, завёрнутый в фольгу. Онева поднял глаза и успел заметить удаляющуюся фигуру Тоа Ликана.

Венуа был доволен. В Архивы только что прибыла новая партия Бороков. Он занесёт их в каталог и немедленно отправит на выставку, где их увидят матораны.

Венуа работал быстро, выхватывая образцы из кучи и сортируя их. Некоторые, с биркой, будут отосланы на выставку сразу же. Другие опустят на нижние уровни; а есть экземпляры, повреждённые настолько сильно, что использовать их нельзя. Такие он пошлёт в Та-Метру на переплавку.

Венуа был так поглощён работой, что не заметил Тоа Ликана. Тоа задержался рядом с ним всего лишь на мгновение, чтобы протянуть какой-то маленький предмет, после чего исчез. Венуа с удивлением смотрел на свёрток, оболочка которого слабо поблёскивала.

Матау перевёл дыхание. Это его любимый этап работы — проверка новых мобилей, прежде чем они окажутся на улицах Ле-Метру. В силу своей квалификации он лучше любого другого умел гонять по тестовому треку, поскольку был самым умелым водителем в своём метру... по крайней мере, он сам так считал.

Мобилем, который предстояло тестировать сегодня, были одноместные мотосани, изобретённые одним Ону-матораном по имени Нупару. Тот утверждал, что когда-нибудь сани заменят крабов Уссалов, перетаскивающих грузы по всему Метру Нуи. Матау это интересовало меньше, чем то, насколько быстро эта штука сможет бегать.

По сигналу Матау повернул рычаги, и мобиль пришёл в движение. Вскоре он мчался по тестовому треку. Матау усмехнулся, уверенный, что сможет выжать из машины Нупару ещё немножко скорости. Он потянулся, схватился за один из рычагов, но тот вдруг сломался.

Глаза Матау расширились. «Ох, а вот это совсем не смешно», — подумал он.

Мобиль бешено завертелся, и от него во все стороны полетели детали. Осталось только водительское сиденье с вцепившимся в него Матау, который пытался удержаться, чтобы его не выбросило под машину. Когда единственная оставшаяся целой секция мобиля стала останавливаться, высекая искры, Матау выскочил.

Маторану удалось отделаться лёгким испугом. Когда он встал на ноги, то увидел Тоа Ликана, который протягивал ему что-то, а потом исчез. Матау посмотрел на тяжёлый маленький предмет в своей руке. «Странный нынче выдался денёк», — сказал он себе.

Нуджу смотрел в телескоп. С удобно расположенного места на верхушке башни Ко-Метру он видел небо, звёзды, скользящего по направлению к нему Тоа Ликана...

Тоа Ликан?

Единственный защитник Метру Нуи мягко приземлился возле маторана. Не говоря ни слова, он протянул Нуджу завёрнутый камень Тоа. А затем, убедившись, что путь свободен, спрыгнул с крыши и, оседлав ветер, умчался прочь.

Нуджу смотрел, как тот удаляется, и размышлял, как это отразится на его будущем.

Вакама бережно перенёс Диск Канока с верстака в горн и неотрывно смотрел, как тот размягчается в огне. Через какое-то время он вынул Диск и придал ему определённую форму: сгладил по краям, сделал прорези для глаз и остановился, чтобы оценить новую Маску Силы.

Под ним, глубоко внизу, пузырилось и кипело озеро расплавленного протодермиса. Это было сырьё, из которого делали сначала диски, а потом, если позволяло качество, — маски. Над озером перекинулись мостки, а над чаном с расплавом нависла огромная лебёдка.

Вакама поднёс маску к свету и стал выискивать на ней брак. Не обнаружив его, он надел маску на лицо. Это должна была быть Великая Маска, но ему всё равно не удалось бы задействовать её силу. Он это понимал, но захотел проверить, работает она или нет. Маска слабо засветилась, потом замерцала и погасла.

Вакама с отвращением снял её и бросил поверх огромной кучи похожих масок. Если так пойдёт и дальше, гора бракованных изделий скоро станет выше, чем он. Тряхнув головой, мастер обернулся — и увидел Тоа Ликана.

— Делаешь Великие Маски, Вакама? — спросил Тоа.

Вакама попятился и споткнулся.

— Тоа Ликан! Э, пока нет... Но с подходящим диском...

— Городу нужна твоя помощь, — сказал Ликан и достал что-то из-за спины.

Через мгновение Вакама увидел, что это маленький пакетик, завёрнутый в блестящий материал.

— Моя помощь? — переспросил маторан, отступая ещё на шаг. При этом он наткнулся на кучу брака, и маски с грохотом полетели на пол.

— Матораны пропадают, — поспешно продолжал Ликан. — В тенях Метру Нуи притаилось вероломство.

— Сколько драматизма!

Ликан и Вакама одновременно обернулись на голос. В помещении плавильни стояло крупное насекомоподобное существо на четырёх ногах.

— Вечно ты строишь из себя героя, — прошипела тварь.

— Некоторые из нас серьёзно относятся к своему долгу, — хмуро отрезал Ликан, потом повернулся к Вакаме, кивнул на свёрток и шепнул: — Сохрани его! Приходи в Великий Храм.

Нидики вскинул клешни:

— На этот раз мы простимся навсегда, братец.

— Ты давным-давно потерял право называть меня братом, — ответил Ликан.

Нидики выстрелил в него разрядами тёмной энергии. Ликан уворачивался, однако один из выстрелов попал в опору моста, пронзив её насквозь. Ликан обдумывал свои дальнейшие действия, как вдруг услышал треск. Он взглянул вверх и увидел падающую на него слоноподобную тушу.

— Твоё время истекло, Тоа, — проревел на лету великан.

Нидики ухмыльнулся, когда Крекка, его чудовищный партнёр, грохнулся на помост рядом с Ликаном. Тоа и Тёмный Охотник начали драться. Крекка имел преимущество в весе и грубой силе, однако в Ликане он встретил ветерана тысячи сражений. Тоа дождался подходящего момента, затем отступил в сторону и, используя силу Крекки против него же самого, перевалил громилу через край.

Тёмный Охотник, возможно, не блистал умом, однако сообразил, что произойдёт, если он рухнет в чан с горячим протодермисом. Его рука резко взлетела вверх, вцепилась в край помоста, и он начал подтягиваться наверх.

Ликан бросил взгляд на Вакаму. Маторан смотрел на сражение оцепенев, так что даже не заметил повреждения, нанесённого недавним разрядом Нидики. Но Ликан видел, что мостки, на которых стоит Вакама, вот-вот обрушатся.

— Вакама! Беги! — крикнул он.

Но было поздно. Металл застонал и треснул, помост отделился от поддерживающих его опор, и Вакама заскользил к раскалённой лаве. Не обращая внимания на Нидики, Ликан вскочил на покосившуюся платформу и поймал маторана.

Глаза инсектоида сузились:

— Сочувствие всегда было твоей слабостью, брат.

Ликан тащил Вакаму всё дальше и дальше, в безопасное место. А потом внезапно почувствовал, что он схвачен и поднят в воздух. Тоа обернулся и увидел, что Крекка завладел рычагами и, подцепив их, несёт обоих к булькающему чану.

— Пора поплавать, — прорычал громила.

Тёмный Охотник передвинул рычаги и опустил ковш. Ликан собрался с силами и, размахнувшись, подбросил Вакаму так высоко, что тому удалось ухватиться за клешнеподобную часть лебёдки.

— Не разжимай рук! — велел Тоа.

— Я и не собирался, — ответил Вакама.

Тоа Ликан начал раскачиваться на канате, как маятник, пытаясь набрать размах. Он не думал о том, что случится, если задуманный план провалится, он не думал о расплавленной массе внизу, — всё его внимание сфокусировалось на ритме и скорости.

Выбрав подходящий момент, Ликан отпустил руки и взмыл в воздух. К удивлению Крекки, он приземлился точно на крышу кабины крана. Прежде чем Тёмный Охотник успел отреагировать, Ликан плечом отпихнул его в сторону и остановил лебёдку.

Но торжествовать победу Тоа не пришлось. Энергетическая сеть, запущенная Нидики, опутала его. Он тщетно пытался высвободиться, не сводя глаз с маторана.

— Вакама, Великий Дух надеется на тебя! — закричал он. — Спаси сердце Метру Нуи!

Крекка выпустил дугу тёмной энергии, которая сковала руки Тоа, и больше Вакама ничего не видел. Его разум был захвачен видением будущего...

Время замедлило свой ход и почти остановилось. К Вакаме приближалось чьё- то лицо, полускрытое волнами стихийной энергии. Вот оно прояснилось,... Это лицо Ликана... Но искажённое, перекрученное... А за ним — пара красных глаз, источающих зло...

Вакама вздрогнул и очнулся. Он растерянно огляделся и увидел Ликана, окружённого Креккой и Нидики.

— Время на исходе! — кричал Ликан. — Останови тьму!

— Нет! — произнёс Вакама. Потому что, по правде говоря, это было единственное, что он мог сказать.