Глава 9.0

Онева лежал на дне. Он наглотался воды, ослабел и не мог всплыть на поверхность. Ему казалось, что он снова в По-Метру у камнерезного верстака наводит лоск на Маску Канохи. Работа продвигается медленно. Стоит только коснуться Маски резцом, из неё фонтаном брызжет вода.

Но ведь торопиться-то некуда. Обычно Онева стремился побыстрее закончить работу, но сейчас он почему-то чувствовал, что срочности нет. Внутренний голос твердил, что нужно прекратить работу и убираться восвояси, но он был так слаб, что Онева не обращал на него внимания.

Маврах покрутил головой, приходя в себя после удара. Он открыл глаза, огляделся и подумал, уж не сошёл ли с ума.

Его окружали картины и звуки битвы. Ворзаки напали на самых страшных Рахи, применив к чудовищам жезлы-станнеры. Это должно было лишить их разума. Но учитывая, что разума у Рахи было не густо, эффект оказался ничтожным. Рахи по-прежнему кидались на растерявшихся Рорзаков, сталкивали их в воду и топили.

Четвёрка Тоа образовала квадрат. Энергия их стихий летела во все стороны. Друзья отбивались от Крали, Рахи и Ваков. Пока что оборону пробить не удалось, но нападавшие так сильно их обступили, что перейти в наступление Тоа не удавалось.

Глаза Мавраха расширились от ужаса, когда он увидел, как Ворзак, отклонившись от прямого курса, вдруг резко свернул налево и врезался в стену. Искрясь, он соскользнул в воду и исчез.

Вакама и Нуджу сообща атаковали Крали. Пока Нуджу замораживал одну половину машины, Вакама добела раскалил другую. От резкого перепада температур, робот рассыпался.

Рёв Рахи, потрескиванье жезлов Ваков, вой ветра, поднятого Матау, — всё сливалось, образуя невыносимый гул. Маторан моргнул, увидев, как Ваки врезался в Рахи, оглушил его станнером, и огромная бесчувственная туша скрылась под водой. Маврах отвернулся и стал свидетелем другой картины: полдюжины Ворзаков теснили четвёрку Тоа.

«Четвёрку? — удивился он. — Онева под водой, я это видел... Но где Венуа?»

Тоа Земли заметил, что Онева утонул, и немедленно нырнул следом. Он пробивался сквозь бурлящие потоки и молился, чтобы Маска Ночного Видения осветила ему путь.

Жителей Ону-Метру и По-Метру редко связывала крепкая дружба. Ону-матораны любили вспоминать прошлое, тогда как По-маторанов волновало лишь то, как завершить работу в срок и как побыстрее схватить акилини во время игры. Но между обоими Метру всё же существовала связь. Одни прорубали туннели в твёрдом протодермисе, другие — превращали протодермис в строительные блоки.

Земля и камень неразделимы, и Венуа это знал. Поэтому он не задумывался, рисковать ли собственной жизнью ради Оневы.

Луч его Канохи осветил что-то на дне. Онева. Он лежал неподвижно, его сердечный свет стал тусклым и едва мерцал. Над Тоа Камня кружила стая акул Такеа, пытаясь определить, действительно ли маторан беззащитен или только делает вид.

Венуа запустил землебойные свёрла. Акулы бросились врассыпную, напуганные вибрацией оружия Тоа. Венуа знал, что у него есть всего несколько секунд до тех пор, пока они не вернулись. Огромный скат преградил ему путь, но Тоа Земли смёл его в сторону.

Он схватил Оневу и оттолкнулся от дна, устремившись на поверхность. Акулы погнались за ним. Далеко-далеко наверху Венуа разглядел край каменного карниза. С дотошностью живущего в нем архивариуса он рассчитал, что ни за что не сможет добраться до него.

Тоа Земли изо всех сил работал ногами. Если ему суждено погибнуть, он всё равно будет бороться до конца. Слева почувствовалось какое-то волнение. Венуа повернулся и увидел, что к нему плывёт огромный Таракава. Он вытянул свои чудовищные лапы и приготовился схватить Тоа. Но тут подоспели акулы. Они накинулись на неповоротливого Рахи и начали рвать его зубами.

В Венуа проснулась надежда. Он сделал последний гребок, зацепился за карниз и вытолкнул из воды Оневу, приготовившись выпрыгнуть за ним, как вдруг сзади его ударил Таракава. Преодолевая боль, Венуа всё же выпрыгнул и потерял сознание.

Онева кашлял, отплёвываясь от воды. Он чувствовал себя так, словно по нему прошлось стадо Киканало. Несмотря на слабость, он пополз к Венуа. Тоа Земли был без сознания. Онева поднял глаза и увидел Мавраха.

— Это же твой друг, — сказал Тоа Камня. — Он мог погибнуть. Неужели для тебя это ничего не значит?

Из воды опять выскочил Таракава, на одной из его лап висела зубастая акула. Несмотря на размер и силу Рахи, было очевидно, что он обречён.

— Ты ничем от них не отличаешься, — добавил Онева, кивнув в сторону озера.

— Не надо, — оборвал его Маврах. — Они мои друзья, мои товарищи...

Две летающие рыбы с разных сторон накинулись на Ворзака. В последний момент робот отпрянул в сторону, и Рахи начали терзать друг друга.

— Понятно, — сказал Онева презрительно. — Теперь я вижу, как ты обращаешься с друзьями. Подвергаешь их опасности, допускаешь, чтобы их ранили... Пожалуй, я предпочту, чтобы ты был моим врагом.

Какой-то Ваки показался над водой. К нему прицепились два Рахи. Огонь Вакамы заставил змееподобное создание прыгнуть обратно.

— Посмотри вокруг, — продолжал Онева. — Рахи, которых ты, якобы, защищаешь, изранены, некоторые погибли. А ведь этого можно было избежать. И ты можешь прекратить это.

Рахи с головой, по форме напоминающей лезвие топора, пробил пол и угрожающе навис над четвёркой Тоа. Гигантский краб, оглушённый станнером Ваков, не удержался на скале и соскользнул в воду. Там с ним мгновенно расправилась стая акул.

— Но к чему утруждать себя? — говорил Онева. — В самом деле, ведь они никогда ничего не значили для тебя, верно? Ты думал только о себе. Дьюм лишил тебя твоего любимого проекта. Никаких тайн, никаких экспериментов... пришлось возвращаться к повседневной монотонной работе в Архивах. И ты похитил их и удрал, вообразив, — что? Что найдёшь способ превратить их в милых ручных рыбок Руку? Что вернёшься в Метру Нуи героем- первооткрывателем?

Тварь с головой-топором отшвырнула Матау в сторону, словно это был клочок водорослей. Под водой Рахи сплелись в клубок, они взбаламутили озеро и обрушили на стены пещеры огромные водяные валы.

— Ты не понимаешь... — упорствовал Маврах.

— Я понимаю, что сейчас мои друзья — те, что рисковали жизнью, чтобы спасти таких же, как ты, маторанов, — в опасности, — вспылил Онева. — И я понимаю, что твои «друзья» теперь уничтожают друг друга. А ещё я понимаю, что эта пещера окажется последним местом, которое видит каждый из нас!

Наверху уцелевшие Ваки перегруппировывались, готовясь к очередной атаке. Топороголовая морская тварь превратила последнего Крали в бесформенную кучу запчастей.

Маврах затряс головой:

— Нет, нет. Я не хотел. Всё должно быть иначе... — Он побежал по берегу, восклицая: — Прекратите! Прекратите!

Венуа, ещё не пришедший в себя окончательно, попытался остановить его:

— Маврах, не надо!

Но маторан уже стоял на краю карниза, размахивая руками:

— Прекратите драку! Пожалуйста, прекратите!

Даже если бы участники сражения и были расположены его выслушать, слова Мавраха всё равно потонули бы в шуме битвы и грохоте волн.

Венуа с трудом поднялся и, шатаясь, пошёл к Мавраху. Он успел сделать всего два шага, когда на обрыв обрушилась чудовищная волна и смыла Ону-маторана.

Тоа Земли кинулся за ним, но Онева остановил его:

— Венуа, нет! Слишком поздно. Рахи вышли из подчинения. Ты не найдёшь его, только сам пропадёшь.

— Но он же мой друг! — проговорил Венуа, хотя понимал, что Онева прав.

— Знаю, — ответил Онева. — И я тоже.

Вакама увидел бегущих к нему Оневу и Венуа. Нуджу и Нокама загоняли в подземелье последних Рахи и заделывали льдом отверстие в полу пещеры.

— Ты нашёл транспорт? — спросил Онева.

— Да, он недалеко.

— Тогда нужно идти, — сказал Тоа Камня, — пока ещё можно.

— А как быть с Ваками? Ведь они от нас не отвяжутся! — осведомился Матау.

Онева покачал головой:

— Хватит задавать вопросы, ездок на Уссалах. Бежим.

Вакама вывел друзей к транспорту. Матау полетел на разведку. Через несколько секунд он вернулся с хорошей новостью.

— Путь свободен. Этот проток огибает озеро, в котором живут Рахи, и впадает в реку.

Венуа и Онева столкнули транспорт со скалистого уступа и проворно вскарабкались на борт. Никто не заговаривал о пропавшем контейнере. Все понимали, что, если они немедленно не тронутся в путь, последние пять сфер тоже будут потеряны, а вместе с ними исчезнет и надежда.

Матау взялся за рычаги управления, и они быстро поплыли вперёд. Каждый думал о своём. Отзвуки сражения то затихали, то становились громче, стоило героям оказаться возле реки. Транспорт перевалил через пороги и вошёл в широкий туннель. Друзья оглянулись и увидели, как Рахи дерутся с Ваками и друг с другом.

Один высоко взлетевший вверх Ворзак заметил транспорт, и все мысли о сражении были забыты. Что-то убегало! Ваки были разработаны специально для погони за тем, что убегает. Робот подал сигнал товарищам, и полдюжины стражников помчались за Тоа.

Вакама обернулся и увидел приближающихся к судну механических стражей Метру Нуи.

— Я их задержу, — сказал он Оневе, — а ты их остановишь.

— Ты понимаешь, о чём просишь? — спросил Тоа Камня. — Это значит, что мы никогда не сможем пройти этой дорогой.

— Тогда мы найдём другую, — заключил Вакама, выпуская в Ваков очередь огненных зарядов. — Мы ищем новый мир, Онева, и я не хочу, чтобы Ваки стали его частью.

Стихийная сила Тоа Огня не остановила Ваков, но им пришлось уворачиваться от пламени, что задержало их и нарушило порядок в строю. Онева собрал всю свою энергию и сфокусировал её на сводах. Камень подчинился ему, и старый туннель обрушился. Сначала роботам удавалось уворачиваться, но камнепад продолжался до тех пор, пока не завалило весь проход.

Ваки исчезли под грудами камней.

Матау остановил транспорт. Шестеро Тоа смотрели на преграду.

— У меня такое чувство, что это — знак, — тихо проговорила Нокама. — Словно Великий Дух предупреждает, что мы никогда не вернёмся в Метру Нуи.

— Вернёмся, — заверил её Вакама. — Мы должны исполнить долг.

— Прежде чем возвращаться назад, придётся пойти вперёд, — заметил Венуа. — Вот чего Маврах не мог понять. Он зациклился на том, чего мог лишиться, и перестал думать о будущем.

Нуджу кивнул:

— Подобно многим Ону-маторанам... и многим Ко-маторанам... он пытался спрятаться от жизни.

По воде плыл жезл Ваков. Вакама выудил его и переломил через колено.

— Но жизнь всё равно найдёт тебя, — заключил Тоа Огня, выбрасывая обломки за борт «Ликана».