Глава 80.0

Совет Слизерина больше не заседал в нашей общей комнате с Авери и Кассиусом. Ныне мы устраивали совещания в специально выделенной для этого, комнате. Место пришлось выбивать через старост.

В целом, подземелья Слизерина обладали огромным количеством комнат, но большинство было запечатано, чтобы сохранить их в целости. В конце концов, по три комнаты для девушек и три для парней на каждый новый курс — более чем достаточно. Всего 42 комнаты из 90. Именно столько было в книге о Хогвартсе. Сами не можем подсчитать — многие коридоры запечатаны чарамы.

И даже так, каждый год одна-две комнаты не заполнялись полностью. Вот нас, например, в комнате жило трое.

Хотя мне, конечно, интересно, в чём проблема — просто распечатать все комнаты и уменьшить максимальную наполняемость комнаты до двух раз. Возможно, так сделано из соображений, лучшей среды для развития дружеских связей. Да и меньше шансов, что начнётся перемешивание между крылом девушек и парней: если в комнатах будут жить два человека, то точно выйдет ситуация, когда парочки будут договариваться с соседями и съезжаться. А когда в комнате трое или четверо, провернуть подобное крайне сложно.

Вот только, даже так, задача впихнуть такое количество первокурсников в меньшее число комнат… оказалась не невозможной. Правда, пришлось подвинуть не перваков, а трёх лояльных Совету второкурсников к другим однокурсникам и к нашим же третьекурсникам из числа тех, кто подчинялся Совету. Стеснёнными оказались, понятное дело, только парни — выделить комнату в женском крыле для совета… было смертельно-опасно даже для меня. В женское крыло вообще лучше не заходить... Всем... кроме девушек.

В общем, в начале года, договорившись с моими любимыми старостами, удалось всё это провернуть. Ничего не подозревающих первокурсников по факту подселили, вытеснив троих парней со второго курса. Но ничего — эти трое были нашими. К тому же мы их после Йоля задобрим, да и в момент переселения я их подбодрил, сказав, что Совет этого не забудет и в будущем у них вновь будет своя комната.

Парни всё таки были друзьями, а мы их разделили, а ведь один из них и вовсе был достаточно умным парнем с лидерскими качествами, который ещё и понимал, кому надо подчиняться, чтобы и дальше иметь авторитет среди ровесников. Звали его Лиам Уайторн.

В общем заодно посмотрю и на его лояльность. Именно таким вот, нехитрым образом и удалось получить комнату для совещаний.

Комнату, конечно же, мы очистили от кроватей(передвинули и прикрыли) и всего остального барахла, освободив пространство. Пока что здесь стоял лишь простой, но массивный стол круглой формы и набор стульев. Ну и шкаф. Всё это чудо было добыто мною из Выручай-комнаты, в комнате потерянных/скрытых вещей, полной старья. Я просто часто рыскаю там, пытаясь найти Диадему или ещё что-то полезное, иногда вот натыкаюсь на разный... полезный хлам.

После зимних каникул я, конечно, планирую притащить в школу новый, более массивный круглый стол из резного дуба и более дорогие кресла с мягкой обивкой. Ну и приличный декор — геральдические знамёна, может быть, портреты. Пока же главным была функциональность.

Старосты позволили эту переделку не просто так — несмотря на их хорошее отношение ко мне, растрачивать такой солидный должок на подобный пустяк я не хотел. Да и в целом все эти «ответные услуги» были нужны мне, просто чтобы людей привязать к себе чувством долга, а дальше они уже сами начинают погружаться всё глубже и глубже.

В общем, пришлось помогать им с проблемами первокурсников, где им из соображений имиджа лучше было в открытую не вмешиваться. Зато в ответ они не просто помогли, но и подключили лучших умельцев со старших курсов. Дверь комнаты теперь была усилена дополнительными защитными чарами, а стены внутри покрыты статичным глушащим заклятием. Теперь разговоры изнутри не просачивались наружу, даже шёпот. Вся система была завязана на повышенный магический фон замка и подпитывалась ею, требуя лишь редкой коррекции наложенных чар, ведь основа была рунической. Наш маленький «штаб» стал по-настоящему закрытым.

Вообще все старались защитить свои комнаты, а старшекурсники хотели сильнее всех и по понятным причинам делали это лучше. А наш староста, Люциан Фоули, имел в друзьях лучшего умельца Слизерина. Он и на Древние Руны ходит — я видел его, когда группа старшекурсников выходила после занятий из кабинета. В общем, полезный парень, надо бы с ним найти общий язык.

Открыть дверь пока что можно было лишь имея ключ к двери и зная магический ключ-пароль. Короче говоря, поставили сложное запирающее заклинание. Альтернативой ключ-пароля, был только грубый взлом условным, взрывным заклятием. Ключ-пароль установил я сам, и даже друг Люциана, ставивший чары, не знал его. Ради этого пришлось проявить изобретательность при наложении чар, но я так хотел!

Внутри, кроме стола и стульев, сразу же в глаза бросался шкаф с подобранной мной литературой: труды по вопросам чистоты крови, истории про Салазара Слизерина и других Основателей, несколько книг по магической истории без прикрас, генеалогии Священных Двадцати Восьми и ещё пара символических книг. Отдельно лежал журнал с руководством по безопасности и протоколом действий в чрезвычайных ситуациях. Пока что он писался и не был завершён, но Авери и я старались над этим делом. Хочу чтобы были инструкции на случай, если я не смогу присутствовать на Совещании и будет, что-то экстренное.

Главной же ценностью была Книга Протоколов — толстая книга-дневник в переплёте из зелёной кожи. Она активировалась фразой: «Совет Слизерина приветствует тебя!». То есть без фразы-активатора это просто книжка с пустыми страницами. Кстати, это был вклад Авери в наш Совет.

С помощью прытко пишущего пера мы перед началом совещания вносили туда основную информацию: кто присутствовал на очередном совещании, какое это по счёту совещание и дату.

Планов по улучшению всего в этой комнате и в целом по приданию большей серьёзности нашей организации было много: зачарованные кольца для членов совета, чтобы в дальнейшем создать двухфакторную систему безопасности, более изощрённая система ведения записей, возможно, даже связь через наши кольца, а заодно смогу прикрутить пару сомнительных штук, которые мало, кто согласится носить, зная. Но всё это — после зимних каникул. Пока приходиться довольствоваться тем, что есть, и даже так, все здесь были довольны тем, насколько всё уже масштабно и солидно.

Моё пока ещё скудное понимание человеческой психологии сработало, и я всё-таки добился того, чтобы на данном этапе, мои товарищи воспринимали Совет как нечто крайне важное, что нужно оберегать, хранить и развивать. Общая идея объединила нас очень сильно, и постепенно к этой общей идее примкнёт весь Слизерин. Когда мы уже будем на последнем курсе, моя власть будет настолько тотальной, что я смогу буквально управлять всем факультетом — сотнями юных умов, которые будут расти с идеями, заложенными мною. Я буду играть на дудке власти, и я получу абсолютную власть, не только в школе, но и после школе, а всего лишь надо было объединить методы Грин-де-Вальда и Волан-де-Морта без радикальных шагов. Только вот моя цель куда масштабнее и глобальнее. А ещё я сделал всё правильно и не проиграю, а то не люблю проигрывать.

Сегодняшнее же заседание было рутинным, но важным, как и всегда. Я сидел, медленно крутя в руке палочку, тем самым выписывая в воздухе бесконечную восьмёрку.

Первым пунктом стояли первокурсники. Их адаптация шла в целом неплохо, но требовала точечного контроля. Особенно учитывая активность гриффиндорцев второго и третьего курса, которые переносили свои давние обиды, вручая флагшток в руки младшекурсникам.

— Объявляю тридцатое официальное совещание Совета Слизерина… открытым! — торжественно возвестил я.

Вообще мы считали количество совещаний, начиная с первого после получения Колец Слизерина и официального утверждения этого названия. Так что число было меньше истинного.

Сразу же слово взял Авери. Он дополнительно вносил коррективы для прытко пишущего пера.

— Седьмое октября 1990 года, воскресенье. Тридцатое официальное совещание началось. Присутствуют все члены Совета: Глава и основатель Совета — Арктурус-Корвус Арманд Малфой. Челны Совета: Аманда Розье, Маркус Авери, Декстер Блэкмор, Изабель Нокс, Кассиус Уоррингтон.

— Начнём с новичков? — незатейливо спросил Кассиус, крутя кольцо на пальце.

— Начнём, — подтвердил я. — Как я понимаю и вижу, адаптация идёт, но есть проблемы. Рассказывай, Маркус.

— Есть пару проблем, — с ленью в голосе начал он перечислять все происшествия и кратко рассказывать в чём проблема. — Начнём с внебрачного сына главы рода Паркинсон…

Далее мы начали разбирать каждый случай и придумывать решения. Вообще нужно понимать, что объединённый курс Слизерина, точнее его часть, что была ниже четвёртого курса, не представлял собой единого целого с точки зрения группы.

У меня нет цели сделать из Слизерина, что-то вроде Пуффендуя. Совет был рассчитан на то, чтобы все подчинялись ему, а взамен он давал защиту, поддержку и помощь. Но внутренняя борьба змей оставалась их делом, если это, конечно, не касалось членов Совета.

То есть слизеринцы оставались змеями в серпентарии, только в этом серпентарии появилась группа змей, которая подчиняла себе более мелких и слабых, а после помогала им вырасти, чтобы захватить весь серпентарий под своей властью. А уж то, что одна гадюка укусила другую, — это уже не проблема Совета.

— На этом, пока что, хватит о первокурсниках. Многие моменты могут поменяться сегодня.

— То есть? — спросил Кассиус.

— Староста школы явно чего-то хочет, раз собирает старост Гриффиндора и Слизерина сегодня, — задумчиво сказала Аманда, разглядывая свои ноготки. — Раз мы знаем, что речь пойдёт о первом курсе, то это будет вмешательство в конфликты, из-за которых вспыхивают стычки более старших курсов и на пустом месте возникают новые среди младших.

— Аманда права, — сказал я, глядя блондинке в глаза. — Это серьёзная проблема. Ведь начиная с нашего курса число конфликтов увеличилось, и если так будет каждый год, то противостояние слизеринцев и гриффиндорцев охватит все курсы и превратится в настоящую вражду. А пожар, как известно, может разгореться от любой искры.

— Теперь понимаю, — почесав подбородок, произнёс Кассиус. — Он боится, что вся школа будет жить в постоянных склоках.

— Ну, ты и тугодум, Уоррингтон, — зевая, подцепил Авери нашего общего приятеля. — Пока до тебя дошло, вечность прошла. И кстати, ты не совсем прав. Он всё-таки староста школы, и кроме этих причин, возможно, ему просто настучали по голове сверху.

На слова Авери, Кассиус и Декстер многозначительно покивали, как будто это они сами хотели сказать. Может, так и было, да только в последнее время они постоянно тренируются, как проклятые. Да и не они одни. Всё таки парни ещё и учат младших — тренируют.

— Тогда оставим вопрос с перваками… пока что продолжаем вербовать, как и раньше, а что делать с их проблемами, мы уже решили. Сообщу об изменениях, после сегодняшней встречи... если изменения будут.

— А можно я подниму следующий вопрос? — я перевёл взгляд на голос Изабеллы.

— Внимательно слушаем, Изабелла. Что же случилось?

Она вместо ответа быстро взглянула на Аманду, и та, что-то сообразив, бросила на свою подругу и в то же время конкурентку выразительный взгляд.

— А впрочем, неважно. Прошу прощения за беспокойство. Сама разберусь — не стоит внимания.

Нокс явно хотела что-то сказать, но промолчала.

— Аманда? Этот вопрос касается тебя? — Она ничего не ответила. — Надеюсь, ты помнишь, что было на Министерском балу, и понимаешь моё отношение к секретам, которые меня касаются.

— Разве кто-то говорил, что проблема касается вас, мистер Арктурус? Насколько помню, моё личное вас не касается, — язвительно парировала Аманда. — Разберусь сама. Благодарю за беспокойство.

И всё-таки она чересчур гордая и обидчивая, прямо как и я. Тишина повисла тяжёлым покрывалом. Затем раздался лёгкий, насмешливый вздох Авери.

— О, дорогая мисс Аманда, «разберусь сама» — это когда у тебя украли перо. А не когда тебя публично опозорили на клубном собрании.

Глаза Аманды метнули в Авери взгляд, полный ярости и убийственного намерения.

— Я именно так и выразилась… что ЭТО моё дело! — Она не превышала голос, но при этом прошипела сквозь зубы.

— Перестань, — мягко, но ставя точку, сказал я, и все взгляды снова обратились ко мне. Внутри закипало знакомое ощущение гнева. Я сделал глубокий, почти незаметный вдох, мысленно возводя ледяную стену между эмоциями и разумом. — Авери, продолжай. Что случилось?

Авери пожал плечами:

— Честно говоря, я пока не знаю всего, иначе рассказал бы сразу. Просто сегодня утром узнал о том, что вчера во время их клубного собрания случилась неприятная ситуация с участием Гарриеты Булльстроуд и Клариссы Дэрли. Четвёртый курс, наши же змейки.

Внутри всё похолодело. Гнев от факта, что они посмели! Свои же слизеринки. На людях бросить вызов Аманде! Они обидели её, а ведь это был ещё и вызов авторитету Совета. А значит, моё дело! Стоп, спокойно. Ледяная стена… между эмоциями и разумом ледяная стена!

Я посмотрел на Аманду. Она с обидой смотрела на Авери, а её уши горели румянцем.

— Ты не права, Аманда. Если тебя обидели, то это касается меня, — мой голос прозвучал тихо, но с такой металлической твёрдостью, что все насторожились. Аманда удивлённо посмотрела на меня. — А ещё, когда оскорбляют члена этого Совета, это перестаёт быть личным делом. Это оскорбление всех нас, и я хочу узнать подробности.

— В таком случае я и вправду была эгоисткой… — мило и смущённо сказала Аманда, сделав паузу. — И буду не против твоей помощи, Арктурус. Я уже знаю, как их опозорить в ответ, так что расскажу тебе после Совета.

Сказав это, она выглядела максимально милой и безобидной. Её красивая и, казалось бы, искренняя улыбка, да ещё сияющий взгляд, ещё сильнее подкупали. Но я наконец-то увидел эту хитрую бестию с длинными блондинистыми волосами, которая, хлопая своими пышными ресницами и манипулируя всеми, добилась своей цели.

Оставалось понять, в чём состояла её истинная цель. Она почти заставила меня сомневаться в том, что она — всё та же Аманда. Которая сама кого хочешь обидит.

Аманда Розье, которая, сколько бы ни прошло времени, всё равно оставалась для меня загадкой. Я никак не мог подобрать ключик и понять, что творится в этой милой голове змейки, которая в любом случае не проглотила бы обиду, а теперь у неё была тяжёлая артиллерия в виде меня. И, казалось бы, вот она, цель её манипуляции, но всё слишком сложно для такого простого плана.

Она добилась того, чтобы рассказать именно мне, отдельно от Совета. В этом и кроется загадка, и, кажется, я понимаю её мотив, но не принимаю внутри. После этого, всё остальное время совещания, проходила под аккомпанемент лучезарной улыбки Аманды, которая, что ни говори, была притягательна.

Даже не хотелось никак наказывать эту хитрую лисичку, с довольной мордочкой. Хотя, вроде бы я от её манипуляции должен был разозлиться, но я больше разозлился на то, что её кто-то обидел. Надеюсь, я не стал дураком и это не то, о чём я думаю…

В любом случаи, я ей напомню, что опасно мною играть, но разумом... сердце не хотело. Или же гормоны… она красивая.

— Бёрк и Рид, — подал голос Блэкмор. — Вот кто настроен против нас по настоящему. Раньше после встряски, только языком чесали, а теперь обнаглели. Пакостят нашим второкурсникам в библиотеке, подставляют на лестницах. Мелко, но нагло и постоянно пользуется тем, что они с третьего курса. В основном достают тех, кто не в группах и в целом держится особняком.

— Раз на нас не смогли, пытаются на младших отыграться? — Задал риторический вопрос Авери.

— Мне кажется, что они просто осмелели и, наоборот, пытаются нас задеть, чтобы мы на них обратили внимание, — предположение Нокс точно попало в цель. Я считал также.

— Мне кажется… Изабелла права, — зевая, сказал Авери, давно уже облокотившись на стул и закрыв глаза. Не удивлюсь, если сейчас он ещё и уснёт.

— Кассиус, кто-то сейчас заснёт!

Заметив неладное, мы, конечно же, не позволили Маркусу заснуть, так мы делали ещё с первого курса, как только замечали, что он пытается прикорнуть в дневное время. Острый приступ лени был на время изгнан из Авери, точечным уколом кончика палочки.

— Эй-эй! Больно же!

— Пха-ха, ну ты и обнаглел, Маркус. Спишь уже во время совещаний. «Засыпательно», видите ли.

Мы втроём посмеялись над локальной шуточкой, хотя Авери, конечно же, до конца совещания не перестанет ворчать по этому поводу.

— Думаю, Изабелла права, и они пытаются наступить на хвост Василиска. Но вот кто им придаёт смелости… — задумчиво сказал я. — За ними нужно понаблюдать. Выяснить их распорядок и с кем общаются. Вряд ли они будут достаточно предусмотрительны, чтобы не раскрыть свои карты в обществе, по крайней мере среди других Гриффиндорцев. Авери, кто среди гриффиндорцев может нам помочь? По-моему, в прошлом году мы неплохо помогли двум барышням.

— Каким ещё барышням?! — Почти хором вклинились в разговор девушки.

Ухмылка Авери стала шире.

— Есть пара особ с пятого курса, считающих Бёрка и Рида позором для своего галстука. К тому же эти леди, должны нам услугу.

— Это те, которым мы… — Начал было Кассиус.

— Молчи, глупец! — прикрикнул Авери, отчего взгляд наших змеек стал ещё смертоноснее и подозрительнее.