Глава 33.0

Суббота в Дуэльном клубе всегда начиналась одинаково. Завтрак в зале — чуть больше поесть, чтобы хватило сил дотянуть до обеда, и кружка крепкого чая, после чего мы нашей компанией поднимались на третий этаж, шли по коридору к залу клуба, который через два года станет запретным крылом. Сейчас здесь были некоторые аудитории, а ещё зал Дуэльного клуба, скрытый за огромными воротами.

Помещение было привычное: два широких помоста с амортизирующими чарами вокруг и с защитой от вылетающих чар, чтобы не пострадали зрители. Ведь кроме помоста, около стен были ряды скамей, где обычно сидели либо ждущие своей очереди, либо же к концу года школьники, что любили наблюдать за ежегодными мини-турнирами, которые проводил профессор Флитвик. Плюс не стоит забывать про публичные дуэли, на которые имели право чистокровные и на которые тоже приходили зрители, ведь в школе зачастую было скучно, а дуэль — вещь зрелищная.

Если бы не Дуэльный клуб и разрешение проводить дуэли, то опасность для учеников лишь возросла бы, банально скрывали бы все. А так хоть всё проходило под присмотром и с соблюдением техники безопасности.

В самом конце огромного зала находилась отдельная площадка с мишенями, которые сами восстанавливались после попаданий.

В зале сейчас было шумно, ведь собрались почти все участники кружка. И хоть сам зал был вторым по величине, сразу после Большого зала, но во время активного пользования помещением, размером почти в половину от Большого зала, всё это гудело от полусотни учеников, что швырялись в мишени и друг в друга разными заклинаниями.

Пока же был лишь гул шепотков. Профессор Флитвик, войдя, дошёл до центра и поднял палочку — и мгновенно весь гомон стих.

— Сегодня, — его высокий голос легко разнёсся под сводами благодаря магии, — у нас дуэльные спарринги. Все, кто хочет встать на помост и поучаствовать, отделитесь направо. Те же, кто сегодня предпочтет отработку базовых связок, встаньте налево. Часть по хотению будет упражняться с защитой и атакой, другая может идти работать с мишенями.

Ученики потянулись в стороны. Больше половины сразу шагнули вправо, в том числе я, Кассиус и Блэкмор. Остальные же, как и Авери, распределились по группам: часть пошла к мишеням, часть выстроилась в пары для отработки. В этот раз у них была отработка «обмена» — это когда сначала ты атакуешь одним заклятием, напарник защищается, а потом сразу же атакует он, и ты защищаешься. Чем быстрее происходит обмен ролями, тем лучше. Ещё были схемы, где по несколько минут один отрабатывал одну часть, другой — другую, и потом менялись. Всё это в зависимости от курса регулировалось профессором по сложности. Так, если второкурсники отрабатывали «Протего — Оглушающее», то более старшие курсы отрабатывали либо более сложные заклинания, либо цепочки простых заклинаний. Скажем, тебя атакуют отталкивающим, ты защищаешься, а после — атакующей связкой определённых заклинаний с приближением расстояния, при этом защита может быть любой.

В общем-то, я восхищался умением профессора следить сразу за двумя помостами, где спарринговались ученики, да ещё и наблюдать за теми, кто отрабатывал, и менять им задания между тренировочными дуэлями. К тому же он успевал приглядеть, чтобы никто не отлынивал, и помочь советом.

Конечно же, в этом деле ему помогали, во-первых, секунданты, которых он обычно ставил из старших ребят, а во-вторых, ему помогала глава клуба дуэлянтов, которой являлась Нимфадора Тонкс, знакомая мне из памяти той жизни. И тем больнее было понимать, что она моя родная кузина — двоюродная сестра, с которой я не общался из-за того, что её мать, тётя Андромеда Блэк, вышла замуж за маглорожденного.

А ведь Нимфадора была такой необычной и обворожительной… С крайне редким даром и проклятием одновременно, она была прирождённым метаморфом. А ведь есть отдельная дисциплина высшей трансфигурации — метаморфомагия, в которую, например, входила та же анимагия.

Чаще всего удивительная шестикурсница с Пуффендуя, которая была крайне задорной девушкой, принимала облик молодой волшебницы с длинным, заострённым лицом в форме сердечка и короткими, торчащими во все стороны волосами цвета ярко-розовой жвачки. Но волосы то и дело меняли цвет в зависимости от её эмоций, как и черты лица, которые вроде бы были статичны, но податливы, словно глина.

Её лицо при сильных эмоциях будто плавало, но я пока в этом не уверен, ведь она почему-то избегала не то чтобы разговора со мной, а в целом старалась не обращать на меня внимания.

И несмотря на всё это, она была одной из лучших в дуэлях. Наверное самая сильная дуэльянка среди школьниц.

Моя кузина, с которой я решил обязательно познакомится, не только разыгрывала Филча, и развлекалась не хуже близнецов Уизли, но еще и помогала Флитвику, как в суботнные собрания, когда все должны были приходить, так и почти каждый день, после уроков, когда Флитвика не было. И за полтора месяца я отметил, как она старается и, что более важно, как у нее хорошо получается держать все в порядке. Конечно не без помощи парочки парней и девчонок старших курсов.

По уже сложившейся традиции, мы сами выбирали спарринг-партнёров, и сегодня я уже договорился с Блэкмором. В прошлый раз я вставал с Кассиусом, который, по моим ощущениям, был сильнее меня до лета. То есть до того, как я прошёл двухмесячную подготовку у Кригера. И хоть даже тогда по чистой дури и скорости волшебства я превосходил нынешнего Кассиуса, но он за лето набрался достаточно опыта, умений, чтобы быть на уровне Блэкмора. Дэкстер к слову, тоже летом стал покруче себя прежнего и сейчас был крайне сильным для второгодки.

У них после первой же дуэли здесь началось дружеское (надеюсь) соперничество, и с того дня они постоянно выходили друг против друга. Но в этот раз всё-таки я должен был сппаринговать с Блэкмором, по его же просьбе. Ну по крайней мере первый спарринг, ведь до обеда мы успевали от двух до нескольких раз выйти на помост — благодаря тем, кто туда не шёл. Например, как наш Авери, который сейчас уничтожал свою мишень чем-то убойным из своего личного арсенала заклятий.

Мы просто стояли и наблюдали за учебными дульями других, ожидая нашей очереди, и всё бы хорошо, ведь было интересно смотреть на наших старших коллег. Вот только рядом оказался Бёрк со своим неизменным другом Алексом Эйдрианом. У Бёрка была привычка при каждом удобном случае вызывать на спарринг именно Блэкмора — в отчаянной попытке вернуть себе титул победителя. Но пока что, кроме их той первой неофициальной дуэли, у Бёрка ничего не получалось. Говорю же: Блэкмор стал монстром дуэлей. Ну, для своего возраста и если не считать скромного меня.

— Блэкмор, — протянул он, едва заметно ухмыльнувшись. — Думаю, самое время нам снова проверить, кто здесь держит палочку крепче, а то помню…
— Помнишь, как два раза я растоптал тебя во время одной дуэли? — перебил Блэкмор, не дав тому договорить. От этого у Бёрка в моменте перехватило дыхание, и тот уже было собрался что-то гневно доказывать, но не успел.
— О, я тоже вспомнил этот случай! — ухмыльнулся рядом стоящий Кассиус, поддевая Бёрка ещё сильнее.
— Не лезь не в свой разговор, — заговорил обычно молчаливый друг Бёрка. Я бы мог ему то же самое повторить, но это сделал Кассиус.

Мне же осталось лишь ещё сильнее разозлить этих двоих, хотя Эйдриан был поспокойнее Бёрка, которому больше место среди змей, чем львов, если верить стереотипам о Слизерине.
— Как не влез ваш друг, Рид? Ах да, его же не пустили в Дуэльный клуб, вот он и не влез. Что странно, ведь не надо быть гением, чтобы получать хотя бы «выше среднего» по заклинаниям. Так ведь, Бёрк? Эйдриан?

Мой простой тон и будто бы непонимающий вид были достаточным условием, чтобы Бёрк уже накинулся на меня, но его остановил рядом проходящий гриф с пятого курса. Причём не простой гриф — этого шатена я знал очень даже хорошо.

— Успокойся и не ведись на слова Малфоя. Слизеринцы только словами и умеют. Как, например, их староста Ансуорт, который в последний раз… не помню, когда давал мне достойный бой. — Слова гриффиндорского старосты тронули условную честь нашего факультет, и хоть в конфликт более старших я старался пока не лезть, но здесь задели ещё и меня. Да и конфликт собирал аудиторию, а значит, надо поднимать социальный рейтинг в глазах зрителей.

Староста Гриффиндора — Джейкоб Фармус. Здорово так враждует с нашим старостой. Вот только мне помощи от нашего старосты, не светило. Этот обмудок вмешался бы только в крайнем случае, даже когда его буквальный соперник прикрывает своих подопечных просто так.

— Ты же, старайся не лезть в чужой конфликт, Малфой! — выплёвывая каждое слово, сказал Фармус, стараясь придать своему голосу жесткости. Он чувствовал силу перед второгодкой.
— А кто тебе дал право переходить на столь личное общение со мной? Или откуда ты уверен, что это не моё дело? — начал я свой монолог, набирая обороты и с каждым словом всё увереннее смотря в его глаза, всё громче чеканя каждое слово. — В данном случае в спор влез лишь ты, староста факультета, который, не разобравшись в ситуации, сначала оскорбил мой факультет, а после перешёл грань общения со мной. Неужто вместо справедливости ты просто решил поддержать сторону своего факультета!? Фармус, я разочарован в выборе профессора Макгонагалл. Возможно, уважаемая профессор не знала всей тонкости твоих личных взаимоотношений с факультетом Слизерина и конфликта с нашим старостой, но разве это повод выставлять её в дурном свете и трогать простых второкурсников, которые всего лишь хотели дождаться своей очереди и провести дружественный спарринг? Тогда как ваши, видимо, подопечные решили за место моего друга, с кем же он будет спарринговаться.
— Чёртов Малфой… — краем уха услышал я от кого-то в толпе. Но пока староста Гриффиндора пытался сообразить, что ответить подходящему к нам Флитвику иодновременно, думая о том, что же я такое говорю и как выкрутиться из моего капкана, где я банально перекрутил всё, что можно, я продолжил свой монолог. Зрителями стали половина тех, кто собрался сегодня спарринговать.

— Неужто это та самая храбрость, присущая отважному факультету Гриффиндора? Уважаемый староста, надеюсь, проявление вашей храбрости не падёт ещё и на наших первокурсников, а то мне придётся лично получить от вас извинения, ибо, как оказалось, наш староста не готов вступиться за нас так же, как вы заступились за мистера Бёрка и его друга.

Я перешел на более приличные слова, еще и уколол заочно нашего старосту, а тоожно даже подумать, что он не состоит в дуэльном клубе. Он банально все это время наблюдал за конфликтом, стараясь не лезть дабы подгадить мне. Опять же, не знаю почему он меня невзлюбил.

— Ты думаешь, что вырезанных из контекста слов достаточно, дабы выставить меня в плохом свете!? Может, и вправду мне стоит выйти с тобой на «дружественную » дуэль, Малфой!

Честно говоря, не ожидал, что пятикурсника можно так легко развести на эмоции, да ещё и старосту факультета. Вот только конфликту было не суждено продолжиться дальше, ибо я не тупой и вывел из себя старшака в присутствии не только других учеников, но и профессора Флитвика. Декан когтеврана был самым нейтральным среди всех деканов и почти не делал различий между факультетами, чем особенно грешили Макгонагалл и Снейп.

— Я безусловно рад такому энтузиазму к дуэльному искусству, но, мистер Фармус, не считаете ли вы слишком большим, возрастное различие между вами и мистером Малфоем?

— Я… я лишь хотел предотвратить конфликт между вторым курсом слизерина и гриффиндора, профессор Флитвик, — виноватым видом, побитой собаки, сказал обвиняемый, наконец-то отбросив эмоции и понимая в какой он жопе.

Теперь он понял, в чём был смысл моих слов и для кого я сыграл в жертву несправедливости. Пусть это будет ему уроком, чтобы понимал, когда не стоит лезть в дела, о которых он даже не в курсе. А ведь ему доверили быть старостой… хотя, вспоминая нашего нынешнего старосту… мдаа… ну и поколение пошло. Хах.

— Интересный способ вы подобрали. Пятикурсник, вызывающий второкурсника на дуэль… — сказал спокойным тоном профессор, но без своей вечно радостной улыбки. После этого мелкий полугоблин, отбрасывающий большую тень, лишь посмотрел на меня, подмигнул и продолжил дальше: — Безусловно, мистер Малфой умен для своих лет, да и на поприще дуэлей он себя хорошо показывает, но лучше предотвратите конфликт со своими эмоциями в дуэли с мисс Тонкс.

Вскоре на помост вышли весёлая и задорная Тонкс и крайне хмурый Джейкоб Фармус, который сегодня потерял 10 баллов, а ведь сегодня суббота, и занятий нет. Лошок одним словом.

Было бы все иначе, и, быть может, Флитвик бы не вмешался, но скажу по секрету: с деканом Когтеврана я был в крайне хороших отношениях, и он часто помогал мне с заклинаниями — начиная от совета по дополнительной литературе и заканчивая помощью с беспалочной магией, если я до конца семестра сделаю личное задание, заданное профессором.

Фармус и Тонкс поднялись на помост. Толпа раздвинулась, и вокруг установилась тишина — та самая преддуэльная, знакомая мне тишина. Сразу вспоминаются дуэли с мистером Кригером, когда даже дыхание слышно слишком отчётливо, ведь мозг готовится к схватке. Флитвик вытянул палочку, очертил границы защитных чар, призванных защитить зрителей — то есть нас — от шального заклинания двух дуэлянтов и негромко сказал:

— Поклон и начинаем.

Оба поклонились. Тонкс поклонилась как-то лениво, но с такой широкой ухмылкой, будто собиралась развлекаться.

— Инсендио Фаэра! — первым ударил Фармус, и из его палочки вырвался почти настоящий фаербол — широкий и плотный сгусток горячего пламени, что по меркам школьных дуэлей уже было на грани дозволенного, ведь могло убить.

Двойной барьер Тонкс загасил всю силу удара, ценой разрушения, но вот последовавший усиленный оглушающий пробил защиту. Вот только Тонкс успела увернуться в сторону, словно случайно споткнувшись, и выстрел прошёл мимо.

— Ой, чуть не задел! — хохотнула она и тут же бросила какое-то мощное оглушающее, явно не Остолбеней, но при этом выглядел луч заклятия крайне мощно и она все сотворила безмолвно.

Заклятие было быстрым и точным, но Фармус кое-как защитился Протего Дуо и в ответ выпалил Ступефай. Красный луч пронёсся мимо, зацепив край плаща Тонкс, и та театрально завизжала:

— Ай-ай! Попал почти в сердце!

Зал загудел от смеха, но именно в этот момент она резко выпрямилась и с огромной скоростью ударила сразу связкой заклятий: Флиппендо — Экспеллиармус — Петрификус. Всё шло так быстро, что даже Флитвик развеселел. Но, конечно же, простая цепочка заклинаний не была концом — за ней скрывалось ещё одно мощное оглушающее, то которое мне было незнакомо.

Жаль, что она зачастую колдовала без слов, хотя и не всегда, а то узнал бы, что за оглушающее такое. Впрочем, самое безмолвное повторение некоторых заклятий уже само по себе удивительно. Даже среди здешних ребят далеко не все могли безмолвно сотворить базовый отталкивающий или тот же Инсендио.

Фармус, конечно, не из слабаков, но его щит вспыхнул и не выдержал даже первых трех заклинаний — Экспеллиармус хоть и не обезоружил, но сбил его с равновесия, палочка едва не вылетела, и только мощный шаг назад удержал старосту Гриффиндора от падения.

— Серьёзно? — прошипел он, вскидывая снова мощный Протего, на который вновь потратил много сил, как на создание, так и на восстановление от последней атаки — Хорошо. Давай иначе.

И тут началась настоящая дуэль. Без шуток и улыбок. Заклинания сыпались одно за другим: Импедимента, уход с линии атаки, серия ослепляющих Лумос Солем и парализующего Петрификус в купе с огненными чарами, которыми он хорошо владел.

Тонкс же двигалась, как вихрь. Казалось, она даже не продумывала свои шаги, а импровизировала: то падала на пол и каталась, то делала вид, что зевает, а потом резко стреляла точным Экспеллиармусом, и Фармус едва успевал заблокировать его между отправляемым им, градом заклинаний, которые не доставляли особого беспокойства его противнице

Будь я настроен на философию, то описал бы это получше, чем столкновение манеры: тяжёлый напор против хаоса и легкости

В какой-то момент Фармус поймал её на замедлении и почти прижал к краю помоста. Его Ступефай прошил воздух, сжигая пространство между ними. Толпа уже затаила дыхание.

Но Тонкс вдруг резко рухнула на колени — «споткнулась» — и заклинание пролетело над головой, затем она в лучших традициях соулс лайк игр, перекатилась, ударила простым остолбеней, снизу вверх, и Фармус, не ожидавший такого угла, отлетел, едва не выронив палочку.

— Ну, теперь мы квиты! — выкрикнула она.

Флитвик хлопнул в ладоши, прервав напряжение:
— Отличный показательный поединок. Победитель — мисс Тонкс.

Зал взорвался аплодисментами и смехом. Староста Гриффиндора, мрачный, как грозовая туча, даже не поклонился и просто ушёл с помоста, а Тонкс, сияя, приняла овации, будто это была не дуэль, а комическая пьеса.

Вот так и должны выглядеть дуэли между старшими курсами. А то я видел парочку совсем уж позорных поединков. А ведь здесь нельзя было применять режущие и другие слишком травмоопасные заклинания, хотя и показанное, при желании, могло бы убить.

Но были и огрехи. Мне Кригер научил, как надо правильно уклоняться и как не надо — перекатами точно не стоит «доджить» заклятия. Мы все таки не в Дарк Соулсе или боевике, но у моей кузины было иное мнение. У меня же сложилось впечатление, что она либо банально игралась, либо слишком хорошо чувствовала поле битвы, скрывая это за маской удачи и неуклюжести, а может, и всё вместе.

***

От Автора

Я очень рад, что на текущем этапе истории у меня получается развивать навык написания боевых сцен. Главная причина, по которой я не начал писать с седьмого курса героя, — это как раз нехватка опыта. Я бы просто испортил весь эпичный размах, который задуман для той части сюжета.