Пролог.

Толпа студентов Хогвартса плотной стеной сгрудилась вокруг Черного озера. Факелы отбрасывали длинные тени, а в воздухе стояло напряженное ожидание. Сначала прибыли ученики Шармбатона – элегантные, изящные, словно танцующие на ветру. Их прибытие вызвало восхищение, особенно у мальчишек, которые с нескрываемым восторгом наблюдали за грациозными девушками в светло-голубых мантиях.

Но стоило на горизонте появиться тёмному кораблю, из глубин озера, как воздух будто бы стал холоднее. Из воды поднялся массивный корпус, и на поверхности показались первые фигуры. Их шаги были четкими, уверенными, доведенными до автоматизма будто шагали не студенты школы волшебства а военные.

Первым из тени выступил Игорь Каркаров, высокий, худой, с острым носом и черной козлиной бородкой. Рядом с ним шёл Виктор Крам – высокий и массивный, мрачный и сгорбленный, — Так и не скажешь, что это всемирно известный ловец сборной Болгарии, который летает лучше чем ходит. По толпе пробежал восхищенный ропот.

— Ооо, да это же Крам! — воскликнул кто-то из младшекурсников.

— Он даже круче, чем на «Кубке мира»! — добавил Ли Джордан.

Но вскоре внимание студентов привлекла другая фигура среди делегации Дурмстранга.

Высокий, выше Каркарова и даже крама, с широкими плечами и горделивой осанкой. Его платиновые волосы, словно отлитые из серебра, были идеально уложены, а пронзительные голубые глаза, казалось, смотрели сквозь всех, кто попадался ему на пути. Правильные черты лица, а именно острое узкое лицо, бледная кожа, четкое очертание скул вкупе с глазами, которые будто то тускнели, то светились сильнее создавали образ эдакого аристократа в вакууме. В отличие от остальных, он не опускал голову, не прятал взгляда – наоборот, в его движениях чувствовалась уверенность и неуловимое превосходство, как у хищника, наблюдающего за добычей.

Гарри вдруг заметил, что этот беловолосый маг кого-то напоминает.

— Кто это? — нахмурился он, оборачиваясь к Рону.

— Что, правда не знаешь? — в голосе Джорджа звучало удивление. — Это Арктурус…

— …Малфой. Он перевелся в год, когда вы поступили — продолжил Фред.

— Малфой?! — переспросил Гарри, шокировано глядя на высокого юношу. Еще один…

— Да, но не знакомый всем нам слизень, который может только жаловаться отцу.

— А его старший брат… — Манера продолжать речь друг друга, до сих пор путало Гарри, но он внимательно слушал.

— Учился на слизерине… пока его не выперли.

— Выперли? — переспросил Рон, недоверчиво разглядывая высокого блондина, который, в отличие от Крама, шагал горделиво, будто это он был ловцом на чемпионате мира по квиддичу.

— Ну, официально он «перевелся» в Дурмстранг, — Джордж сложил пальцы в кавычки.

— Но… его бы всё равно отчислили. — Усмехнулся Фред.

— За что?

Фред театрально понизил голос:

— Потому что он псих.

— Хитрый и опасный. Настоящий змей… — Добавил Фред.

Гарри, Рон и Гермиона уставились на него, ожидая пояснений.

— Говорят, он напал на троих наших старшекурсников, — продолжил Фред, наслаждаясь вниманием. — Причём не просто дуэль устроил, а шандарахнул бомбардой прямо в коридоре!

— Но это запрещено правилами! — с сомнением спросила Гермиона. — Это правда?

— Абсолютная! — уверенно кивнул Джордж. — Те трое просто хотели решить конфликт с ним, но Малфой вытащил палочку и начал шмалять, а когда понял что не справляется, то жахнул бомбардой в стену, камни разлетелись по всему коридору! Шрапнель прошлась по ним, как нож сквозь пергамент.

— Все трое — отправились в Мунго, один из них теперь не может ходить и на домашнем обучении — добавил Фред. — А он отделался парой царапин и добровольно-принудительным переводом в Дурмстранг.

— Точно отец отмазал! — Брякнул Рон. — Его надо было в азкабан отправить!

— Тише! Он может услышать. — Шикнула Гермиона.

Гарри покосился на очередного Малфоя, убеждаясь в том, что говорит Рон. Тот же неспешно шёл рядом с Каркаровым и Крамом. На лице его застыло выражение эдакого превосходства, ядовитая улыбка теперь казалось еще ужаснее. Очередной Малфой… подумал Гарри, но опаснее.

— Говорят, что он даже не раскаялся потом, — сказал один из близнецов.

— Просто стоял и смотрел, как их уносят словно переломанных кукол.

— Ещё бы, очередной пожиратель…, — фыркнул Рон. — Как и вся остальная семейка Малфоев.

— Но, что хуже всего, — тихо добавил Фред, — он не просто какой-то там Малфой. Он еще и чемпион европы по дуэлям среди юниоров. Я помню, что был заголовок, что старший сын Люциуса Малфоя стал чемпионом по дуэлям Европы и Америки.

— Это все неважно, помнится Гарри здорово отделал тогда одного Малфоя. На одного больше, на одного меньше, какая разница… да, Гарри!?

— Было в «Пророке» пару месяцев назад, — подтвердил какой-то гриф. — Этот парень разнес всех своих соперников на соревнованиях в Ильвелморни.

— Ну да, что взять с сына пожирателя… очередной темный маг…— Пробурчал Рон чисто для виду, снова переключившись на Крама.

— Я и не знал, что есть чемпионат по дуэлям. Там как на втором курсе? — Спросил Гарри вспоминая 2 курс.

— Конечно же нет наш молние-лобый друг… — Ответил Джордж

— Там чуточку другой уровень…

— Ну разве, что чуточку! — Завершил Джордж мысль Фреда и они оба усмехнулись.

Гарри сглотнул. Если хотя бы половина из того, что говорят, было правдой… второй Малфой был еще опаснее, чем первый.

***

Автобус тряхнуло на очередной кочке, и я машинально сжал поручень, продолжая смотреть в окно. Был обычный день — холодный, серый, как и большая часть года в Питере. В наушниках играла музыка, мысли блуждали вокруг курсовой работы и предстоящей пересдачи. Всё было как всегда. Обычный день, обычный вечер, обычный маршрут до дома и вот заиграл один из любимейших песен в плейлисте, любимая рок группа чуть подняла настроения.

И вдруг резкий удар. Вот только что это было я так и не понял. Что-то схлопнулось внутри, как будто меня дернули за нити. Острая, пронизывающая боль пронеслась через всё тело, сознание вспыхнуло ярким белым светом, и в следующую секунду все исчезло.

Тьма. Ни звука. Ни движения. Только липкое, удушающее ощущение пустоты. А потом я наконец смог вдохнуть.

Я очнулся резко, словно вынырнув из ледяной воды. Мягкие, шёлковые простыни, прохладный воздух и запах дорогих ароматических свечей — всё это было неестественно знакомым, но в то же время чужим.

Я медленно сел, ощущая тяжесть в голове. Мир плыл, словно я только что вышел из глубокого, беспросветного сна.

Глаза скользнули по богато обставленной спальне. Моей спальне. Темные стены, украшенные серебряными узорами, тяжёлые шторы, почти не пропускающие свет, массивный дубовый шкаф, искусно вырезанные детали на мебели

Малфой-Мэнор…

И тут меня накрыло. Все тело сковало, а сознание медленно трескалось. Я снова упал на кровать не в силах даже шевельнуться.

Воспоминания хлынули потоком, одно за другим, сталкиваясь, переплетаясь, создавая ощущение головокружения. Пласты личностей двух совершенно разных людей, из разных эпох, из разных миров, разного положения и мышления. Воспоминания соединялись вместе. Личность же трещало по швам, но что-то или кто-то старательно все это скреплял и будто шил само сознание словно два куска ткани.

Терялось многое — лица, воспоминания, эмоции… да, особенно эмоции. Менялась абсолютно все, даже мировоззрение. Не знаю сколько я так лежал, но вскоре в комнату вошел кто-то, а через еще некоторое время зашли и другие, но я их не видел, глаза от напряжения чуть ли не взрывались, а все мысли… они были не моими и моими. Я не мог думать о чем то конкретном. Мысль менялась и перескакивала с одной темы на другую. В конце концов я не выдержал сотни образов, дежавю и воспоминаний. Перед глазами снова опустилась тьма и наконец-то наступил миг спокойствия.

Люблю тьму… она такая спокойная и успокаивающая… будто смерть, которую видимо я пережил совсем недавно. По крайней мере по моей теории я вспомнил прошлую жизнь… точнее не прошлую, а просто вспомнил чужую жизнь. Даже не так… я скорее теперь результат слияния двух душ.. двух сознаний совершенно разных людей. Впрочем я не мог однозначно сказать кем я являюсь больше. Нельзя быть ни в чем уверенным. Слишком необычная ситуация…

Я — Арктурус-Корвус Арманд Малфой. Наследник древнего и уважаемого рода Малфоев. Старший сын Люциуса и Нарциссы Малфоев. Кем я должен был стать? Достойным потомком рода? Великолепным интриганом? Со временем быть может даже возглавить род и не только. Или быть может стать великим магом, богатым бизнесменом, новатором, министром магии… а может все вместе или же ничего.

Но это была лишь часть правды. Потому что одновременно с этим я помнил другую жизнь.

Я — я… обычный студент из мира без магии. К сожалению я не могу вспомнить своего имени из того мира, будто бы вырвали кусок души. Имя было словно слово, которое на языке, но что ни делай — не вспомнишь.

При этом я помнил все остальное. Россия, 2025 год. Учёба, тусовки, мечты, цели, проблемы, работа. Всё это было моим, но сейчас казалось чем-то далеким, будто не я думал как бы через месяц пересдать Термех или как угодить научному руководителю чтобы полегче было получить заветную корочку. Всегда мечтал о хорошей подставке для чая… особенно красной.

Две жизни. Две личности. Кто главнее? Непростой и одновременно простой вопрос. Я больше ощущал себя 11 летным наследником благородного рода, но при этом это казалось таким странным… выдуманным, как и весь этот мир, о судьбе которого… ныне безымянная личность — тот я, читал книги, смотрел фильмы и даже был знаком с некоторыми фанфиками.

Вот уж умора… наследник чистокровного и благородного рода с частью души маггла… а маггл ли? Я сжал голову руками, чувствуя, как внутри разрастается паника. Что это за чертовщина? Кто я? Где реальность?

Последнее, что я помнил из моей жизни… из жизни Арктуруса, — отец, Люциус Малфой, говорил с румынским ритуалистом. Готовился какой-то сложный ментальный ритуал, цель которого — усилить мою врожденную ментальную защиту. В голову чистокровного волшебника, обладающего естественной защитой разума проникнуть сложнее, но все еще возможно. Что уж говорить о маглорожденных, у которых подобная защита намного слабее и их разум лишь чуть надежнее простых магглов. Обычные люди вовсе лишены даже такой защиты… вот как… теперь я им сочувствую. В том мире, другой я даже не обладал магией… забавно.

Я помнил, как начался ритуал. Мягкий свет, ритуальная пентаграмма нарисованная кровью какого-то магического создания, прикосновение магии к моему сознанию и странное, даже страшное ощущение зуда. Изменять, что-то внутри самого ценного, что есть у человека… того что и делает нас людьми, было страшно. А потом — тьма и все это.

Ум пытался найти рациональное объяснение, но его не было. Я медленно провалился в водоворот эмоций и мыслей меняющихся быстрее чем кадры в маггловских фильмах. Это скорее всего было панической атакой, но осознание данного факта не помогала найти ответы.
“Это сон. Или галлюцинация. Этого не может быть!? Какого чёрта? Кто это сделал со мной? Я не давал на это согласия!”, который вскоре сменился на торг с самим собой.
“А вдруг это просто временно? Может, я проснусь? Или… или можно найти способ всё исправить?”
Но даже если это реально… что теперь!?
В конце концов, в голове осталась лишь одна, единственная и верная мысль. Ничего не изменится, если я буду истерить. Нужно думать, а не паниковать. Я глубоко вдохнул и медленно выдохнул. Первые лучи солнца уже давно проникли в мою комнату сквозь маленький зазор между тяжелыми шторами.

Я собрался с силами, встал с кровати и направился к зеркалу. В отражении меня встретил мальчишка. Правда не простой. Ведь я не был простым пареньком.

Бледная кожа, четкие черты лица, высокие скулы без царапающих сознание дефектов и пронзительные голубые глаза и весь этот аристократический образ довершили волосы цвета платины.

Голубая кровь — благородные предки, которые сотнями лет влияли на историю всей Британии и не только. Славная история рода, что тянулась еще со времен Вильгельма Завоевателя. Я был выше других уже по праву рождения. Справедливо ли это? Конечно же нет, но когда ты с этой стороны тебе плевать на эту справедливость. И это не лицемерие… просто ты ценишь труд своих предков, каждый из которых сделал все чтобы потомки жили лучше. Но не суть.

Смотря в эти голубые глаза, из-за которых можно было и нарциссом стать, я заметил глаза того “я”, который пожил чуть подольше и успел набраться немного жизненного опыта. Глаза, которые не должны быть у ребёнка одиннадцати лет, даже такого как я. Но к черту все это, если я сейчас не разберусь с этим, то это расшатает мою личность.

Да, я помню ту жизнь, но сейчас я живу здесь, в этом теле и если бы встал выбор, где жить…. я бы без сомнения выбрал бы жизнь волшебника. Кто не мечтал в детстве о заветном письме из Хогвартса, кто не мечтал стать магом — повелевать самой реальностью просто за счет эфемерного волшебства…

Однозначно… я решил!

Я — Арктурус Малфой. Мне 11 лет. Вскоре я поеду в Хогвартс и этим все сказано. Есть только один “Я” и все! Ничего не случилось, ритуал прошел успешно. А все что в голове… это уже мое дело. Никто не узнает об этом… никто и никогда!