Глава 45.0

За окном вовсю наступала весна. Солнечные лучи нагло пробивались сквозь окна аудиторий, но не тех, что находились в подземельях. А ведь именно в подземельях находилась моя аудитория, где я и тренировался вот уже больше полутора лет. Да, я проводил магические тренировки в одном месте и засел тут видимо надолго — пока не найду Выручай-комнату.

С мартом пришел и лётний сезон, то есть для многих школьников, сезон квиддича. Команды снова начали тренировки, а пятые и седьмые курсы в панике штудировали конспекты, готовясь к предстоящим экзаменам. Но одна черта прослеживалась у всех: будто все находились под амортенцией — любовным зельем. Повсюду были парочки, перешёптывания и глупые улыбки. Ох уж эти гормоны.... думаю в Хогвартсе надо ввести отдельный предмет... На что мне часто намекала Карта Мародёров, где благодаря отображению в виде следов-ботинок можно было наблюдать интересные пары… в интересных позах…

Я старался не замечать это всё, особенно учитывая собственный пубертатный период. Гормоны шалили а эмоции скакали — я начал отчётливо замечать это ещё с сентября. А когда голос стал ломаться... то пришлось признать, что это оно. Просто ужас…

Хорошо хоть, есть воспоминания того меня, который всё это пережил и теперь я хоть знаю все тонкости.

Я отогнал посторонние мысли и сосредоточился. Мысленно представил, как магия сгущается вокруг одной из "бедных" парт, не раз переживших мои эксперименты. Медленно поднял правую руку. Парта послушно оторвалась от пола, движением руки я поднял её достаточно высоко. Без единого жеста палочкой и без шёпота заклинания. Лишь чистая сила воли и рука как направляющая магии. Помню, в начале года поднять парту удавалось лишь невысоко и с огромным трудом, сейчас же это было достаточно легко, чтобы постоянно работать с такими весами во время тренировки телекинеза.

Я начал вращать парту сначала просто перед собой, акцентируя внимание на ощущениях — как магия переливается по невидимым нитям, связывающим нас. Это было сродни дирижированию, где каждое движение мысли рождало отклик. Затем я отбросил парту на несколько метров и, сформировав подобие Флиппендо на кончике пальцев, выпустил нечёткий, рыхлый сгусток энергии. Он прилетел в уже упавшую парту и, несмотря на жалкий вид, заставил её со скрипом проехаться по полу.

Вообще за это время я сильно продвинулся в беспалочной магии. Стало это возможным благодаря Флитвику. На Рождество профессор отправил мне пачку пергаментов с рукописными заметками — его личные записи на эту тему. Там не было заклинаний, ибо беспалочковых заклинаний и не существовало в привычном понимании. Скорее... принципы. Инструкции по лепке из сырой магии. Флитвик, как и обещал ещё зимой первого курса, дал мне ключ к продвижению в высший пилотаж магического искусства. По крайней мере, ныне живущие волшебники считали беспалочковую магию уделом сильнейших — что не совсем… точно.

Как я уже говорил, до изобретения палочек и иных концентраторов все волшебники могли пользоваться лишь своим телом для создания волшебства. Поэтому тогда магия была намного слабее, и редкий волшебник мог продемонстрировать видимую и ощутимо влияющую на физический мир вольшбу. Конечно, один из десятка мог и фаербол с рук пустить и быка пополам разрезать, но остальные девять моги разе что зажечь огонь, оттолкнуть магией, что-нибудь поднять телекинезом или поджечь на расстоянии. И это только при долгих тренировках.

Сами же палочки ныне считались лучшими концентраторами и использовались в Европе, Южной и Северной Америке, Австралии и в других местах тоже, хоть и не так распространённо. Среди других популярных концентраторов были посохи, трости и, конечно, кольца — неотъемлемая часть магических традиций Китая и других азиатских стран, а также не европейской части России. Хотя в России ситуация была неоднозначной: там поровну пользовались и тем, и другим, и даже посохи были распространены.

Палочка получила большее распространение во всём мире благодаря универсальности, сравнительной дешевизне, простоте изготовления и — самое главное — гибкости применения. Она сочетает эффективность концентратора, сравнимую с посохами, но при этом творить магию ею легче благодаря размерам и весу, почти как кольцами. И это ещё не упоминая, что палочковые чары более обширны благодаря простому контролю через кисть руки, возможности вплетать в заклинание, движения палочкой. Самым же главным фактором, была развитость магической науки в странах, где она сейчас распространена.

Забавно, что секреты изготовления палочек были потеряны с распадом Римской империи и воссозданы лишь в XI веке. В этот промежуток использовали либо уже созданные палочки, либо посохи. А тот же Китай на протяжении всего этого времени использовал кольца, так что магические традиции там развиты ой как сильно, но там беда в том, что традиции магические разнятся от клана к клану и все знания на порядки более закрытое для общества, чем даже у нас, с частными библиотеками.

Сейчас же благодаря палочкам многие волшебники даже не пытаются тренировать беспалочковую магию, потому и считают любое подобное волшебство чем-то особенным. Но только в случаи, реально ощутимых заклинаний, ведь я не раз замечал взрослых волшебников, использующих магию без палочки, банально для бытовых нужд, — но их не большенство. И ещё там манипуляции на уровне: магией двигать ложку, чтобы размешать кофе, а это не равно умению создавать условный огненный шар

Мне потребовались записи профессора Флитвика, чтобы вырасти от простых поделок до использования более-менее полезных заклинаний, схожих с палочковыми аналогами. Например, я теперь никогда не останусь без света — создать пучок света было простым делом. Да и в случае чего смогу разрушить наложенные чары без палочки или вовсе защититься от шального заклинания или пули.

Да-да речь про защиту. Насчёт защиты... я занимался этим ещё тогда, без записей. Даже догадался, как создать защитный полукупол, схожий с Протего. Получив же знания от более опытного волшебника, удалось оптимизировать работу самодельного магического щита.

Теперь же я решил доработать беспалочковую вариацию Протего. Конечно, под это дело я использовал палочку — концентратор был нужен не только для готовых заклинаний, но и для облегчения манипуляций с сырой магией, делая их дешевле в плане затрат и сильнее. Поэтому я любые эксперименты с сырой магией начинаю сначала через концентратор, а уже после перехожу к рукам.

Так вот я решил развить мысль и убрать единственный минус этого простого, но эффективного защитного метода, как Протего.

Дело в том, что благодаря сферическому распространению Протего, заклинание, как и другие виды защитной купольной магии, не только защищало магическим слоем, но и благодаря сферической форме, атаки соскальзывали с поверхности щита, особенно физические атаки. Благодаря этому вся сила атаки никогда не приходилась по щиту, не говоря уж о конкретной точке. Вот только если щит пробивался хоть в одном месте — он разваливался, ведь сплетение разрушалось. И тут я решил подойти к вопросу с интересной стороны — усложнить простые чары.

В итоге долгих стараний у меня ныне был частично готов проект магической защиты с гранями. По факту должен получиться совсем иной принцип создания заклинания: щит из магии сплетается в этакие соты, которые как грани разделяют участки щита. Чем больше таких сот, тем легче восстановить часть щита в случае пробития. Такой принцип не убирает эффект поглощения удара всей поверхностью, как в базовом Протего, но при чрезмерной нагрузке лопается лишь один из десятков секторов, и заклинание не разрушается, а моментально восстанавливает недостающий кусок.

Конечно, это всё работало не как самостоятельное заклинание — всё контролировалось мною, но сам факт того, что у меня получилось создать подобную многоструктурную защитную магию, поражало. Единственный минус моей модификации это то, что создание сот занимало время. Поэтому сначала создавался щит, а потом благодаря придуманному мной алгоритму получалось создавать граф со связными вершинами. Благодаря такой конструкции обтекаемость щита почти не страдала, если треугольники были достаточно мелкими.

В идеале нужно было автоматизировать весь процесс до уровня, когда нужно просто подпитывать полученный магический конструкт, но а пока через ручную подпитку с нужной целью, получилось создать интересную разработку.

Мой щит представлял собой не монолитную сферу, а дискретную структуру. Я разбил защитное поле на треугольные ячейки, создав гексагональную сингонию — шестиугольник, состоящий из шести треугольных ячеек. Каждая ячейка — независимый магический модуль с тремя вершинами-якорями. При повреждении разрушалась только одна ячейка (или несколько, в зависимости от площади попадания), а не вся конструкция.

Математически я описывал это как связный планарный граф G = (V, E), где:

V — множество вершин (якорей магии),

E — множество рёбер (магических плетений, которые словно нити соединяли всё воедино).

Каждая грань была шестиугольником. Пришлось вспомнить формулу Эйлера для планарных связных графов: V - E + F = 2, где F — количество граней. Это обеспечивало структурную устойчивость при создании.

Алгоритм восстановления должен был работать по принципу поиска в ширину: при разрушении ячейки её соседи мгновенно перераспределяли магическую нагрузку, восстанавливая поврежденный участок. В итоге вероятность полного отказа системы снижалась экспоненциально с ростом количества ячеек.

Единственным недостатком было время инициализации при большом количестве ячеек. Однако после создания щит должен был работать автономно, требуя лишь минимальной подпитки. Это и было конечной целью. Пока же у меня имелся алгоритм для создания самого щита, но как вплести в конструкцию автоматический механизм восстановления, я не понимал. Вернее, понимал принцип работы алгоритма, но не видел способа его практической реализации.

На данный момент я мог без палочки создать аналог Протего, который за секунду преобразовывался в сложную структуру из мелких треугольников, вплетённых в магическую ткань щита. Это позволяло почти не терять сферичность защиты со всеми её преимуществами. Весь процесс занимал секунду без палочки и на 30% быстрее с палочкой. Всё благодаря оптимизированному алгоритму: я концентрировал магию в центральном узле из трёх вершин, а затем волевым усилием, словно компьютерной мышью, заставлял магию реплицировать этот паттерн по кругу. Получался участок из шести треугольников, образующих единую шестиугольную соту, после чего магия быстро тиражировала этот фрагмент на остальную поверхность щита.

Но даже одна секунда была непозволительной роскошью в условиях дуэли. Поэтому практическое применение такого щита оставалось ограниченным. Однако вне дуэлей или же в особых случаях, если создать защиту заранее, можно было уверенно принимать магические атаки, оперативно восстанавливая повреждённые участки без полного коллапса щита.

Тот же принцип можно было применить к любому заклинанию — например, создать беспалочковый аналог Петрификуса. Чтобы объяснить почему, нужно углубиться в механику контрзаклинаний.

Возьмём Фините — универсальное заклинание для снятия сглазов и простых чар. Благодаря элементарности и широкому спектру действия, его изучают уже на первом курсе Хогвартса. Раньше, я, пытаясь сорвать чары вроде Петрификуса без палочки, просто циркулировал магию. Так я пытался посильнее навредить наложенные чары, считай бездумно обрушивал на них поток собственной магии. Конечно, благодаря тренировкам я достиг уровня, когда и такой метод вполне неплохо справлялся с наложенным на тебе чарами, но я бесился, ведь этого было недостаточно. И лишь с помощью записей профессора я осознал то изящное решение, до которого не мог додуматься самостоятельно, несмотря на все свои интеллектуальные способности. В последних я даже начал сомневаться, но не долго.

Теперь я действовал иначе. Любое заклинание имело структуру, узор, название можно дать люброе, главное понять суть. Пробить структуру извне сложно, но если сконцентрировать атаку в одной точке, магия проникнет сквозь прочную стену, прямо внутрь структуры и быстро начнёт разрушать её изнутри, подобно эффекту домино. Будто бы саранча, что попала внутрь дерева. Еще можно было привести пример реки, к которой провели небольшую ямку. Через время по направлению этой ямки будет идти уже другая река, если повезет. Так вот, благодаря повышенной чувствительности к магии после ритуалов, я буквально ощущал эти потоки и понимал логику данного принципа.

Это не работало с Протего, имеющим физическое проявление магии, — там достаточно было пробить защиту в одной точке, что и являлось его уязвимостью и тогда защитное заклинание само разрешилось.

Жаль, что сам я до этого не додумался. Принцип то прост... впрочем, как и всё гениальное. Теперь, вооружившись подсказками Флитвика, я видел возможности повсюду. На основе этого принципа я создал щит, защищённый от «ахиллесовой пяты» классического Протего, когда точечное пробитие обрушивает всю защиту.

Освоив метод защиты, я понял, как создавать атакующие сглазы, устойчивые к быстрому разрушению при применении контрзаклятия. Если защитить чары, банально создавая их с теми же гексагональные контурами, базовые контрзаклинания окажутся неэффективны. Например, теперь я мог моментально снять обычный Петрификус, сконцентрировав магию для точечного прорыва с последующим каскадным разрушением структуры.

Я подошёл к упавшей парте и навёл на неё палочку. Телекинез давался мне легко и без неё, но с эбеновым прутиком в руке всё менялось. Лёгкое движение запястья и парта взметнулась в воздух, начав стремительно кружиться, словно лист в вихре. Она выписывала восьмёрки, петляла, замирала и вновь устремлялась в пляс. Концентратор... Что бы там ни говорили, это мощнейший инструмент. Он не заменяет силу, но оттачивает её, как точильный камень оттачивает лезвие.

Я добавил к первой парте ещё две и, управляя всего одной палочкой, легко вращал три массивных объекта, как душе угодно. В этом полёте было что-то успокаивающее.

В голове проносились мысли. Было забавно понимать, сколько всего я сделал за этот год, даже не считая всё это беспалочковое чудо. Знания, полученные за второй год обучения: десятки новых заклинаний, углубление в трансфигурацию, изучение ментальной магии и отработка заклинаний обеими руками. Я продолжал тренировать не только правую, но и левую руку — как с палочкой, так и без. В идеале стоило бы приобрести вторую палочку, но пока можно обойтись и без этого. Главное, вплести в боевой стиль равное использование обеих рук, что даст мне неоспоримое преимущество. А преимущество мне необходимо, ведь, несмотря на все усилия, я сомневаюсь не только в победе над каким-нибудь аврором, но и над победой, против сильного и опытного старшекурсника.

Но от ощущения того, что с каждым днем, с каждым месяцем, с каждым годом я становился лишь сильнее, меня радовало и помогало держать дисциплину. Дисциплину, благодаря которой я очень сильно стал опережать сверстников — как в физическом плане, где у меня было прекрасно развитое тело, так и в магическом.

Я мог спокойно выстоять на дуэли не то что против лучших с нашего курса, а даже против Блэкмора и Кассиуса одновременно, что больше не вызывала особой трудности. И это учитывая, что оба парня были очень хороши в дуэлях и давно уже сработались вместе.

То есть два топовых дуэлянта второго курса, которые постоянно тренировались по отдельности и вместе, а я легко против них стоял… ну, если перенаправлял заклинания. А когда мы тренировались не в дуэльном клубе, а здесь, я умение перенаправлять раскрывал на максимум. Не то чтобы мы так тренировались каждый день, но раз или два в неделю мы предпочитали так тренироваться. Это было весело и полезно.

В дуэльном клубе я тоже демонстрировал навык перенаправления, всё-таки Флитвик понял, что я опережаю остальных, и разрешал спарринговаться лишь с ребятами постарше, что было посложнее. Хотя всех третьекурсников я тоже легко побеждал даже без перенаправления, которое я, к слову, наловчился делать достаточно хорошо, чтобы на школьном уровне иногда вообще не применять защитную магию. А вот против лучших с четвертого курса, приходилось активно перенаправлять заклинания.

Пока что Флитвик мне не разрешал выходить против пятикурсников, но думаю, в скором времени это изменится.

И именно в этот уличающий и неприятный момент, когда вокруг меня крутились три парты, огибая меня и вращаясь вокруг собственной оси, пока я погрузился в размышления, — сработали чары тревоги. Кто-то вскрыл дверь, запертую мною, достаточно надежным заклятием.