Тень Древнего

Золотое сияние Осколка Пламени уже готово было вырваться из-под наших ладоней, превращая нас в живую сверхновую. Я чувствовал, как реальность вокруг нас начала плавиться, как воск. Ещё секунда — и «Целитель Миров» стал бы самым большим погребальным костром в истории.

Но в этот миг всё замерло. Не так, как при «паузе» Валентайна. Это было другое. Время не остановилось — оно словно склонило голову перед кем-то, кто был старше самой вечности.

«ХВАТИТ».

Один звук. Одно слово. Оно не прозвучало в воздухе — оно родилось в костях, в крови, в каждом атоме этого корабля. Это не был крик. Голос Альдракара был тихим, глубоким и настолько тяжёлым, что гравитационные линзы Кроноса просто лопнули, как мыльные пузыри.

Я замер, чувствуя, как энергия Осколка послушно втянулась обратно, словно испуганный зверь. Хитоши пошатнулся, его посох погас.

«Не сжигайте свою суть ради железа, дети мои. Ваша жертва преждевременна. У этого мира ещё есть долги, которые нужно взыскать. Выключайте машину. Но не становитесь ею».

Тишина, наступившая после этого, была страшнее любого взрыва.

На мониторах, по которым за нами следили Генералы, застыли помехи. В зале управления, в восьми километрах от нас, Кронос и Астарта переглянулись. Я видел их через камеры, которые сам же едва не сжёг. На их безупречно белых масках не было эмоций, но я чувствовал их недоумение. Для них Альдракар был «аномалией в архивах», спящим куском прошлого. Но этот Голос... он был реальностью, которая только что дала им пощечину.

— Кто... кто это был? — прошептала Астарта, и её ментальные линзы задрожали. — Такая плотность Отречения... Это не может быть человек.

— Это Альдракар, — Септимус возник в центре их зала, и его голос впервые потерял свою стерильную уверенность. — Тот, кто спит на Троне Пепла. Кажется, мы недооценили глубину этого колодца.

Я медленно опустил руки. Кольцо Отречения на пальце было спокойным, почти холодным.

— «Слышал, Хит? Дедуля сказал: "Рано помирать". Походу, у него на нас еще большие планы».

Хитоши вытер пот со лба.

— «Альдракар прав. Если бы мы синхронизировались сейчас, мы бы не просто уничтожили корабль. Мы бы выжгли всю жизнь в радиусе ста миль. Нокстар бы исчез вместе с ними».

Я посмотрел на экран, где всё ещё горел объятый огнём город.

— «Ладно. Раз план "Бабах" отменяется, переходим к плану "Хирургия". Альдракар сказал — выключать. Значит, пойдем и выдернем вилку из розетки».

Мы двинулись дальше. Но теперь Инквизиторы не нападали. Кронос и Астарта замерли в режиме ожидания. Им стало интересно. Они — ученые-палачи, и перед ними только что открылась тайна, которая была важнее зачистки одного города. Они хотели увидеть, на что еще способна сила Альдракара.

Мы вышли в сектор «Магистраль Ноль». Это был огромный туннель, по которому каждые пять секунд проносились сгустки чистой плазмы. Это была кровеносная система корабля.

— «Если мы перекроем поток здесь, орудийные системы "Целителя" сдохнут», — я указал мечом на центральный распределитель.

Но путь нам преградил новый противник. Это был не Ликвидатор. Это был Майор Вальхас собственной персоной. Он стоял посреди туннеля, его плащ развевался в потоках плазмы. В его руке была тонкая, как игла, рапира, которая светилась мягким белым светом.

— Я слышал его, — сказал Вальхас. Его маска была снята. У него было лицо человека, который не спал тысячу лет. Усталые глаза, тонкие губы. — Голос вашей...скрытой силы... Он... он не звучит как Хаос. Он звучит как завершенность.

— «Вальхас, уйди с дороги», — я встал в стойку. — «Ты же нормальный мужик, я видел. Ты не хочешь этой тишины так же, как и мы».

— Я — Инквизитор, Хаяси. Моё желание не имеет значения. Имеет значение только приказ Императора, — Вальхас поднял рапиру. — Но мне интересно. Септимус хочет изучить ваш источник. А я хочу проверить, насколько далеко распространяется защита вашего "дедушки".

Вальхас рванул вперед. Его скорость была запредельной. Это не была «пауза» Валентайна, это была идеальная техника. Его рапира жалила, как рой ос. Я едва успевал блокировать удары «Глотающей Тенью», а Хитоши приходилось создавать ледяные щиты каждую секунду.

Битва превратилась в безумный калейдоскоп. Вальхас танцевал между потоками плазмы, используя их энергию, чтобы ускорять свои выпады.

— Вы боретесь за жизнь, которая обречена на тление! — выкрикнул он, делая сложный финт. — Мы же предлагаем вам вечность в янтаре!

— «Янтарю место в музее, Вальхас!» — я поймал момент и ударил его своей правой рукой. Не Завершением, а просто физической силой, усиленной Пеплом.

Наш удар встретился в центре туннеля. Волна энергии выбила несколько панелей обшивки, и в коридор ворвался холодный воздух Ноксара. Мы были близко к краю.

Вальхас отступил на пару шагов. Его рапира дрожала.

— Сила Альдракара в тебе... она растет. Ты становишься похож на него. Скоро ты перестанешь чувствовать радость, Хаяси. Ты станешь просто функцией, как и мы.

— «Не дождешься», — я ухмыльнулся, хотя легкое оцепенение уже начало ползти по моей правой руке. — «Я всегда найду повод поржать, даже если буду последним живым существом во вселенной».

В этот момент корабль снова содрогнулся. Но на этот раз это был не Альдракар. Это был Мортос. Генерал легиона, кажется, потерял терпение.

— Септимус! Кронос! — его рев разнесся по всей магистрали. — Пока вы любуетесь их "источником", мои солдаты гибнут на стенах! Я активирую Протокол "Белое Выжигание"!

— Нет! — закричал Вальхас, оборачиваясь к потолку. — Это уничтожит и тех, кто на борту!

Но было поздно. По всему кораблю начали открываться люки, и из них начал изливаться ослепительно белый свет — анти-материя, которая стирала всё, чего касалась.

— «ХИТ, БЕЖИМ К РАСПРЕДЕЛИТЕЛЮ!» — я схватил брата за руку. — «Вальхас, если хочешь жить — помогай! Либо мы выключаем эту дуру сейчас, либо мы все станем частью этого гребаного "Исправления"!»

Вальхас на мгновение замешкался, посмотрел на нас, потом на белый свет, пожирающий коридор сзади... и встал рядом с нами.

— Только до распределителя, Архонт. Дальше — каждый сам за себя.

Мы втроем — Хаос, Порядок и Инквизиция — рванули в самое сердце энергетического шторма. 1500 метров до цели. Вокруг рушился корабль, сверху нависала воля Императора, а внизу Нокстар задыхался под белым саваном.

Но в моей голове всё еще звучал спокойный голос Альдракара: «Выключайте машину». И я собирался это сделать, даже если мне придется прокусить эти стальные вены зубами.